Малфой вернул себе спокойное выражение лица и снова обратился к недоумевающему гостю.
— Что ж, — вздохнул он. — Получилось несколько невежливо с моей стороны привести вас сюда без предупреждения, но так даже лучше. Смогу донести всё лично.
Взмахом палочки Люциус вырвал письмо из руки Каспина. Конверт через мгновение вспыхнул и осыпался пеплом на ковёр.
Каспин положил руку на палочку в кармане, готовясь в любой момент вытащить её. Ему совершенно не нравилась подобная компания — оправданные, но всё же Пожиратели смерти.
— Да, было бы славно узнать, где я нахожусь и по какой причине, — лицо Каспина непроизвольно напряглось.
— Вы находитесь в Литтл-Хэнглтоне — в поместье Тёмного Лорда, — с лёгким удовлетворением произнёс Люциус.
Эти слова подтвердили худшие опасения Селвина. В то же мгновение он попытался аппарировать. Безрезультатно.
Каспин медленно опустил руку.
“Антиаппарационные чары” — заключил он.
Очевидно, отпускать его никто не собирался.
— Наш Милорд вернулся и ждёт с вами встречи, — ехидно улыбнулся Люциус.
Другие Пожиратели тоже выглядели довольными. Один лишь Каспин скривился от этой новости.
— Полагаю, отказ равносилен смерти? — со спокойным смирением спросил он.
— Верно, — Люциус левитировал с полки маленький флакон с зелёной жидкостью и опустил его на журнальный столик. — Вероятно, Лорд предложит вам метку. И если вы собираетесь отказаться… лучше выпейте это сейчас.
— Вы пытаетесь меня убить? — Каспин недовольно свёл брови.
— Это акт милосердия. Тёмный Лорд не будет столь любезен.
— Но, если я умру сейчас, вас за это вряд ли похвалят, — усмехнулся Селвин.
— Вы слишком много о себе думаете, — Люциус вздёрнул подбородок. — Вы, конечно, полезнее живым, но ваша смерть нисколько не опечалит Милорда.
На несколько секунд воцарилась тишина. Селвин смотрел на флакон. Думать, по сути, было не о чем. В Хогвартсе его учили ценить честность и преданность. Реальность же быстро объяснила, что прежде всего стоит волноваться о собственном благополучии. Если клеймо подарит ему жизнь — пусть будет так.
***
Дождавшись назначенного времени, все присутствующие покинули гостиную, и прошли в большой зал с длинным столом. В конце зала на небольшом возвышении располагалось угловатое кресло, подобное трону.
Несколько мест уже были заняты. Все эти люди казались незнакомцами, пока Каспин не узнал в одном из них своего дядю. Он постарался не привлекать внимание и последовал за Люциусом, который велел ему стоять в конце стола, недалеко от места Лорда.
Когда все заняли свои места и шорохи затихли, из боковой двери вышел тот, чьё имя боялась произносить вся Британия.
Рот Каспина приоткрылся в изумлении, а брови никак не могли найти удобное положение на лбу. Он слышал много слухов о том, как выглядит Тёмный Лорд, но такого безобразия увидеть не ожидал. Первая мысль, пробежавшая в его голове, была совершенно не к месту: «Фото такого человека… а можно ли его вообще так назвать?.. точно не поставишь в рамочку у кровати». В памяти всплыли магловские изображения инопланетян — Лорд, конечно, не был зелёным человечком, но сходство всё же прослеживалось. Глаза Селвина бегали, рассматривая безносое лицо и костлявый силуэт волшебника.
Тёмный Лорд не привык к таким пристальным взглядам и невольно заглянул в мысли наглеца.
Не успев обдумать увиденное, Лорд поднял палочку и, медленно, словно давая фору, выкрикнул фирменное:
— Авада Кедавра!
Каспин успел отпрыгнуть и шлепнулся на пол. Заклятие ударило прямо между его ботинок.
Сердце Селвина упало бы в пятки, если бы человеческое тело было на это способно. Глаза широко распахнулись. Он тяжело дышал, глядя на каменный пол, представляя своё мертвое тело на месте черного следа. Тёмный Лорд не дал времени на передышку: в следующее мгновение заклинание всё же достигло цели.
— Круциатус!
В этот момент Люциус чувствовал, как его прекрасные платиновые волосы теряют блеск.
Раздался истошный крик. Каспин извивался на полу, а пальцы его неестественно скрутились. Пытка продолжалась всего пять секунд, но казалось, что плоть уже давно истаяла в бурлящей лаве. Когда Лорд опустил палочку, тело Каспина мгновенно обмякло. Он все еще ощущал мелкую дрожь, которая теперь чудилась приятной на контрасте с предшествующей ей агонией. Поднимаясь, Каспин оперся на непослушные руки, и на его лице промелькнула едва заметная, блаженная улыбка.
— Я вижу, в моём наказании ты нашёл повод для радости, — прошипел Волан-де-Морт. — Представься, мальчишка.
— Каспин Иларион Селвин, работаю в Отделе по устранению магических инцидентов, — ответил тот.
— Да-да, помню. Мой дорогой друг Люциус поведал о твоей прекрасной работе с памятью, — Тёмный Лорд опустился в кресло. — Продемонстрируй мне свой талант.
— Для этого мне нужен человек, — оглядев присутствующих, сказал Каспин.
— Люциус, — после тихого шёпота Лорда, Малфой поднялся из-за стола.
— Как поживает Драко?
— Хорошо, Милорд.
— Прекрасно, — Тёмный Лорд махнул рукой и обратился к новичку. — Селвин, сотри все воспоминания о младшем Малфое у моего дражайшего друга.
Люциус побледнел.
— Но Милорд…
Волан-де-Морт прервал возражение:
— Если он так хорош, как ты говоришь, твои воспоминания вернутся в целости и сохранности.