— Но теперь, Гарри, когда ты раздобыл важнейшее воспоминание, мы подошли к тайне, которая позволит уничтожить Волдеморта, так близко, как никто к ней еще не подходил. Ведь ты слышал его, Гарри: «Не лучше ли, чтобы обрести побольше силы, разделить душу на несколько частей? Разве шестьдесят семь это не самое могущественное магическое число?» Думаю, идея разделить душу на шестьдесят семь частей обладает для Волдеморта огромной притягательной силой.

— Так он создал шестьдесят семь хоркруксов? — в ужасе спросил Гарри, и несколько портретов на стенах также издали восклицания, полные гнева и страха (только слизеринец Финеас торжествующе вскинул кулак и прокричал "сикс-севен!"). — Но он же мог разбросать их по всему свету: спрятать, зарыть, сделать невидимыми.

—Я рад, что ты понимаешь размеры стоящей перед нами задачи, — спокойно сказал Дамблдор. — Но только не шестьдесят семь, а шестьдесят шесть. Шестьдесят седьмая часть души Волдеморта стала основой для его воссозданного тела и присягнула Сaтане...

***

— Ну и чего вы добиваетесь своим демаршем, мистер Найджелус? — подчёркнуто холодно поинтересовался у портрета Дамблдор, когда за потрясенным Гарри закрылась дверь. — Или вы не понимаете, что Волдеморт — наша общая проблема?

— Знаете, Альбус, — нахохлился Финеас. — На вашем месте я бы радовался, что Темный Лорд остановился на двузначном числе. Так-то хоркруксов могло быть как шестьсот шестьдесят пять, так и почти полторы тысячи!