ААА, я помню эту песню! И даже слышала ее в записи. А еще есть ее второй вариант (автор не я, а девушка по имени Лея Рейнер):
Звонок на Центавр
— Алло, Центавр! Прошу ответить,
Как положенье ваших дел?
Кто в этот час за все в ответе
И кто остался не у дел?
— Привет, привет! Все просто классно!
И все дела у нас ништяк!
И все в порядке в целом на планете,
Вот только есть один пустяк:
Ворлонцы реют у планеты
И требуют за все ответа.
Но этот факт пусть вас не беспокоит —
Все на Центавре хорошо!
— Алло, Центавр! Я просто в шоке!
Кто допустил эту войну?
О чем Картажье думает на троне?
Кто в трудный час помог ему?
— Как вам сказать… наш трон пустует,
И весь Центавр три дня ликует.
А голова советника Картажье
Висит в саду, висит в саду!
— Алло, Центавр! Вот это новость!
Какой неслыханный удар!
Что происходит на родной планете?
Как приключился этакий кошмар?!
— Все это пыль, не тратьте нервы:
Картажье встретил Самых Первых,
Теням отдал он в океане остров,
И очень Морден им доволен был…
Картажье богом стать хотел,
Но тут Моллари прилетел,
Теней на острове взорвал,
И сколько б Морден ни орал,
Ему висеть теперь в саду
Башкой отдельной на колу,
А в небе ворлоны кружат,
И в том Моллари виноват!
Но этот факт пусть вас не беспокоит —
Все на Центавре хорошо!
Harriet1980:
Геометрия войны и ловушка сломленных душ.
Бывают тексты, которые затягивают не дешёвыми спецэффектами, а безупречной внутренней дисциплиной слова. Первая глава "Фрактала" — это как раз тот случай, ...>>Геометрия войны и ловушка сломленных душ.
Бывают тексты, которые затягивают не дешёвыми спецэффектами, а безупречной внутренней дисциплиной слова. Первая глава "Фрактала" — это как раз тот случай, когда автор с первых абзацев демонстрирует чёткий, структурный и удивительно живый стиль.
Здесь нет "воды" или случайных фраз: каждая деталь, каждый метафорический образ бьёт точно в цель, создавая осязаемую, кинематографичную и суровую атмосферу вселенной "Звёздных войн" времён Гражданской войны.
Глава безупречно выстроена композиционно. Она делится на две чёткие, зеркальные грани: психологическую дуэль в сырых застенках Явина-4 и усталую, но прагматичную эвакуацию руководства Альянса.
Первая половина главы — это шедевральная камерная драма. Локация, метко названная "тесной кладовкой", становится идеальной метафорой положения самих повстанцев. Автор рисует Орсона Кренника невероятно каноничным — даже в магнитных наручниках, бледный, с воспалёнными веками, он остаётся ядовитым, высокомерным интеллектуалом, который умудряется полностью доминировать над измотанным следователем Мэйлом.
Их диалог — это не просто допрос, это хлёсткая шахматная партия, где Кренник бьёт наотмашь знанием "простой физики" и неизбежного апокалипсиса от падающих обломков Звезды Смерти. Описание имперских чипов-ловушек с тройным уровнем кодировки добавляет повествованию весомого, качественного оборонного реализма.
Вторая половина плавно перетекает в коридоры штаба и жилые блоки, обнажая внутреннее устройство сопротивления. Мон Мотма и генерал Дравен, взвешивающие жизни людей ради "Объекта 755", показаны без лишнего пафоса — как уставшие функционеры затяжной войны.
Но по-настоящему живым и щемящим текст делают внутренние монологи Кассиана Андора. Автор с поразительным психологизмом препарирует его выгорание. В свои двадцать шесть Кассиан смертельно устал от революции. Его тоска по погибшему К2SO, эта "фантомная боль от утраченной конечности", прописана до мурашек искренне. Текст обнажает суровую правду: Скариф не принёс героям исцеления. Их сложная, "истеричная"близость с Джин Эрсо, похожей на дикую и жестокую нексу, — это не романтическая сказка, а попытка двух сломленных людей спастись от внутреннего ада.
"Фрактал" — это глубокая, структурно выверенная и эмоционально зрелая работа. Автор пишет хлёстко, держит баланс между каноничной матчастью и тонкими психологическими портретами персонажей. Заявленная завязка с экспедицией раката интригует, а чёткий авторский слог обещает, что это путешествие будет незабываемым.