И да, по поводу "сели и полетели" - это вообще атас.
На чужом корабле, с подопечным сенатором, просто так во славу левой ноги Реванки - а шоб и не полететь, в самом деле.

Это же совершенно то же самое, что Падме, которая жалеет Энакина и не хочет, чтобы он после матери ещё и любимого учителя потерял!