Еще раз по сабжу.
Есть публичное сообщество, посвященное определенной теме. Когда каждый участник этого сообщества может распоряжаться своими написанными буквами и не может распоряжаться чужими - это и есть равноправие. У всех есть равные права. То есть некий произвольный читатель, например, не может удалить чей-то текст, который оттоптал ему эдельвейсы дамбигадством/уизлигадством/некошерным пейрингом/еще чем угодно. Само собой, написавший этот текст автор был под влиянием пмс, а также преследовал цель обидеть фанатов своего "антигероя" и самоутвердиться (табличка скарказм, если что). Но и автор, которому читатель под влиянием все того же пмс и желания самоутвердиться (ведь других причин для некомплиментарных отзывов не существует, всем же известно - снова табличка сарказм) оттоптал его эдельвейсы, тоже не может этот "текст" удалить. При этом оба участника обязаны соблюдать правила, за чем должен следить независимый арбитр, то есть модератор, в спорных случаях определяющий, есть ли в комментарии нарушение норм поведения (то есть переход на личности).
А возможность удалять комменты для автора - это НЕ право. Это привилегия. Причем привилегия, ущемляющая права других участников коммуникационного процесса.
Я, в общем, в курсе, какие аргументы лежат в основе требования подобной привилегии, и смысла это обсуждать не вижу. Дело не в этих аргументах, а в подмене понятий (привилегия на право).
Иногда всё, что нужно для стабилизации кукухи, – чтобы тебя обстебал правильный человек.
Приехала сегодня к маме, рассказываю ей как дела. Потом спросила у её соседки как она себя чувствует. Ну, такое, разговоры ни о чём. А далее диалог:
Соседка: а вы где живёте?
Я: в трёх остановках
Мама: *смотрит на меня как на дурочку*
Я: ээм, в двух? Через одну, в общем. Да, я не умею считать, я больше по русскому языку.
Мама: *ржет и смотрит на меня очень выразительным взглядом*
И как же мне сразу спокойно стало. Да, сейчас всё не очень хорошо, да, мама не разговаривает. Но она смеётся! И меня стебёт! Это так прекрасно. Меня на фоне этого отпустило до такой степени, что я поела без тошноты. Да что там, я в принципе есть захотела, а не впихнула в себя что-то через силу.