Итак, добрался до полезных дел. Во-первых, ещё раз перечитал весь эпизод. С правками всё действительно отлично (ну, насколько я сам могу судить), но глаз дополнительно зацепился вот за эту мелочь:
Три союза "и" подряд в соседних предложениях, причём в слегка разном статусе – при перечислении однородных дополнений и в качестве связующего слова между двумя предложениями.

Во-вторых, как и намеревался, позвонил коллеге, большую часть жизни проработавшему на Николаевских верфях. Он, конечно, специалист-теоретик в области гидродинамики, но и с историей, и с практикой судостроения знаком не понаслышке. Его вердикт однозначен – хотя в истории ранних пароходов встречались отдельные случаи, когда на трёхмачтовых судах машину и дымовую трубу размещали перед грот-мачтой, в подавляющем большинстве случаев она стояла за ней, между второй и третьей мачтой. Как оказалось, дело не только в смещении центра тяжести, но и в конструкционных особенностях – подкрепление днища для самой высокой грот-мачты наиболее серьёзное, и машину разумно ставить рядом с ней. Ну, а труба позади мачты оберегает её от лишнего воздействия сносимых ветром искр, а убранные паруса – ещё и от дыма. Очевидно, если ветер попутный, парусно-паровой корабль пойдёт под парусами для экономии угля, а встречный ветер будет сносить продукты горения к корме, до бизань-мачты искры уже не долетят, а дым заметно рассеется и охладится. Так что и тут с правками всё в порядке.

Наконец, в-третьих, по комментариям:
Ну да, тут путаница с терминологией. В современной кнорр – определённый тип кораблей, может статься, довольно поздний, с высокими бортами и сравнительно большой осадкой, предназначенный для перевозки грузов. Но сами скандинавы того времени называли этим словом (в версии knǫrr) просто торговый корабль, безотносительно особенностей его конструкции, в противоположность боевым драккарам. Скорее всего, они вовсе делили корабли по носовым фигурам – боевой, с драконом – драккар, с обычной деревяшкой – кнорр. Так что с этим моментом тоже всё хорошо))

Не очень понятно, зачем их в принципе секретить. Это же какое мощное пропагандистское оружие – показать натуральное чудо света, зримое подтверждение могущества и божественного благоволения Камбрии. Да и потенциальным врагам будет полезно быть в постоянном беспокойстве – даже при абсолютном штиле на море они теперь не застрахованы от недружественного визита. Впрочем, если секретна была сама постройка таких кораблей (вернее, их оснащение – скрыть сам факт строительства двух больших кораблей практически нереально), то Этайн могла быть просто не в курсе того, что это за корабли, до их первого боевого применения, то есть начала африканской войны. А там ей было уже не до того, чтобы любоваться на корабли, хватало более важных беспокойств. В общем, тогда всё тоже сходится прилично.