Глава 8. Положительная предвзятость

Гермиона: от компетентной к подчинённой

Начало главы: Гермиона одна, но — текст слишком настаивает, что она не одинока. Классический приём: отрицание проблемы подчёркивает её существование.

Она активно ждёт, когда кто-то попросит о помощи: . Это не застенчивость — это паттерн поведения: "я нужна только как помощница".

Гарри использует именно это: — он создаёт ситуацию, где она может продемонстрировать знания, получить одобрение. Манипуляция через её потребность быть полезной.

Тест как инструмент доминирования

— Гермиона пытается сохранить равенство.

Реакция Гарри: — это не шутка, это угроза. Он предупреждает, что сопротивление будет наказано.

Дальше: фокус с Прыским чаем. — преднамеренный обман, чтобы напугать и впечатлить.

Гермиона паникует: и хочет бежать к взрослым. Это здоровая реакция одиннадцатилетней на невозможную магию.

Но Гарри превращает это в унижение: + . Он обучает её подчинению: "Когда я говорю, что я опасен — верь мне".

Игра 2-4-6: педагогика через унижение

.

Гермиона — отличница, которая читает учебники по 5 раз для запоминания. Гарри объявляет всё её образование недействительным и предлагает себя как единственный источник "правильного" знания.

После первого провала: — она пытается сопротивляться.

Но после успеха со второй попытки: — он переопределил фрейм. Больше не "мы равны", а "ты нуждаешься в моей помощи".

И она принимает: — эйфория от успеха в тесте заставляет её забыть, что минуту назад она возмущалась его тоном.

"Десенсибилизация" Невилла — жестокость под видом терапии

.

Это не десенсибилизация. Настоящая exposure therapy:
- Проводится специалистом
- С согласия пациента
- Постепенно, контролируемо
- С возможностью остановиться

Гарри и близнецы:
- Напали на напуганного ребёнка без предупреждения
- Создали публичное унижение (толпа наблюдала)
- Использовали "эффект свидетеля" () как преимущество
- Никакого контроля, никакого последующего наблюдения

— она права.

Но Гарри парирует: .

Он превращает моральный спор в интеллектуальную игру. Вместо "это было жестоко" → "докажи, что последствия плохие". Перекладывает burden of proof на Гермиону: она должна доказать, что травмировать ребёнка плохо.

И она сдаётся: . Её возмущение обезоружено псевдонаучной риторикой.

Невилл как пешка

Невилл появляется трижды:
1. Ищет жабу, получает отказ
2. Узнаёт Гарри как "Лорда Хаоса" и убегает в ужасе
3. Плачет после отказа старосты

Гарри использует Невилла как:
- Объект "терапевтического" эксперимента (платформа)
- Повод продемонстрировать превосходство перед Гермионой (— она хотела просто помочь, он предлагает более эффективный план)
- Повод для героики в финале

Когда Невилл возвращается в слезах, Гарри взрывается: и .

Но где была эта ярость, когда он сам довёл Невилла до слёз на платформе? Ах, да — тогда это была терапия.

ВРАЖ: староста Гриффиндора как жертва

— слова старосты Гриффиндора.

Это единственная функция этого персонажа: показать, что Гриффиндор лицемерен, что система не работает, что только Гарри может спасти положение.

Проблемы:
1. Старосты — ученики. У них свои обязанности. Искать жаб по всему поезду — не входит в их функционал. Это не жестокость, это разумное разделение ответственности.

2. Жаба не в опасности. Она где-то в поезде. Можно продолжить поиски спокойно. Это не экстренная ситуация, требующая мобилизации.

3. Невилл получил отказ, а не унижение. Староста не обозвал его, не высмеял — просто сказал, что не занимается этим. Возможно, грубовато, но не чудовищно.

Но текст преподносит это как моральный провал: .

Сравните с Гарри, который реально травмировал Невилла на платформе — но это было "полезно". А староста, который просто отказал — злодей.

ВРАЖ: мир подстраивается, чтобы Гриффиндор выглядел плохо, а Гарри — героем. Староста существует только для этого.