У меня в раннем детстве было что-то вроде воображаемого друга, с той особенностью, что медведь сам понимал нереальность своих фантазий. И всё же втайне мечтал увидеться с этим самым "другом" и убедиться в его реальности.

Потом, позже, лет в 8-10, мечты стали несколько более приземленными. Хотелось стать учителем русского языка и внезапно побывать в цыганском таборе.