Бастард (джен)

В главе опять же присутствуют выдержки из канона, некоторые без изменений. Так что со всем, что не мое, вопросы к госпоже Роулинг. 

Детей надо баловать — тогда из них вырастают настоящие разбойники.

Евгений Шварц "Снежная королева"

Нашествие студентов ожидается только вечером, но уже с утра все стоят на ушах: эльфы готовят праздничный ужин, преподаватели в последний раз просматривают учебные программы, Хагрид кормит тестралов тухлятиной, а Макгонагал личной Немизидой ходит за мной и пытается научить уму-разуму. Как по ней, так я, выходит, нечто среднее, между тупым студентом и чучелом. На вид красиво, но вместо мозгов стружка.

Да еще и место мое за преподавательским столом находится между Флитвиком с одной стороны и Снейпом — с другой. Соседство бывшего декана можно даже назвать приятным, а вот зельевар, черным недодементором маячащий слева, держит меня в постоянном тонусе. Кому вообще в голову пришло сажать преподавателя Защиты рядом с человеком, о чьей паталогической нелюбви ко всем, занимающим эту должность, легенды ходят? Проверяют на психологическую устойчивость?

Если бы мне удалось наладить с ним подобие цивилизованного диалога... Вот уж с кем можно было бы обсудить свои кривые эксперименты, а то и напроситься в лабораторию. Но, увы, я понятия не имею, как к нему подступиться. Да еще и так, чтобы при этом выжить. Будь он хоть тысячу раз гением, как человек Снейп тот еще кадр.

И вот только-только я, отделавшись от воспитательных речей заместителя директора и решив временно плюнуть на нелюбезного зельевара, нацеливаюсь вилкой на отбивную, как прямо перед учительским столом с легким хлопком материализуется чей-то патронус.

Весьма симпатичная на вид кудрявая овечка пару раз мигает и смутно знакомым женским голосом, в котором явно слышатся истерические нотки, сообщает:

— Альбус, Рон и Гарри пропали! Они не прошли за нами на платформу, снаружи мы их не нашли! И машины Артура тоже нигде нет! Мы обыскали все, даже домой вернулись... — речь прерывается отчетливым всхлипом. — Альбус, сделайте что-нибудь!

Выговорив всю эту ахинею, патронус просто растворяется в воздухе, а я кручу головой, чтобы посмотреть на реакцию коллег. Только я ничерта не понял? Нет, вон Вектор с Синистрой недоуменно переглядываются, да и Хуч явно не в теме. Зато директор, его зам, Флитвик и Спраут, кажется, сообразили о чем речь.

— Мерлин, Альбус! — Макгонагал делает движение, словно собирается вскочить с места и немедленно куда-то бежать.

— Спокойно, Минерва, — директор выглядит скорее озадаченным, чем встревоженным. — Давай для начала попробуем разобраться, что в точности случилось. Молли, как мать, разумеется, не в состоянии сейчас трезво мыслить.

— А в чем тут разбираться, директор? — Снейп, похоже, тоже въехал в суть и теперь отчего-то брезгливо морщится. — Речь же о вашем драгоценном Поттере. Я почти уверен, что этот мальчишка, в погоне за очередной порцией приключений, подбил младшего Уизли на какую-нибудь идиотскую выходку. Очень в духе Джеймсова отпрыска. Или он вообще решил, что, овладев Алохоморой, дальше может не учиться.

Вот, еще и герой магической Британии откуда-то всплыл. Ну да, он же, по идее, еще учится в школе. Но, судя по лицу зельевара, сейчас его дальнейшая учеба под вопросом.

— Он водить-то умеет? — с сомнением спрашиваю я, вклиниваясь в наступившую паузу.

— При чем тут это? — Макгонагал недовольно косится на меня, словно я на заседании Международной Ассоциации Магов, прямо посреди важного доклада поднял руку и спросил, где тут сортир. Ну конечно, они же здесь все умные, один я тупой.

— Эта Ваша Молли только что сказала: пропали дети и машина, — я пожимаю плечами, пытаясь вспомнить, где же я слышал этот голос. — Как по мне, так сложить два и два для трансфигуратора вашего уровня задачка посильная.

— Мальчишке всего двенадцать. Если он или его рыжий дружок додумались сесть за руль, мы скоро об этом узнаем, — хмуро откликается Снейп. Он, похоже, тоже на нервах. — Ищите вашего избранного, Альбус, либо в участке, либо в больнице.

— Либо в морге, — я решаю не мелочиться, и профессор Спраут хватается за сердце, а Флитвик укоризненно косится в мою сторону. Как будто я виноват в том, что на краденой машине спаситель магического мира может докатиться до первого столба раньше, чем до первого полисмена.

— Я думаю, что это не тема для обсуждения за едой, — директор откладывает приборы на край тарелки и с отнюдь не стариковским проворством поднимается с места. — Минерва, Филиус, Северус, прошу за мной. Остальным желаю приятного аппетита.

Я скептически хмыкаю. Кажется, недостаточно тихо, потому что в следующую секунду ловлю на себе пронзительный взгляд Макгонагал. А что? Прелестное решение — для начала всех всполошить, а потом удалиться с загадочным видом в окружении «особ приближенных к императору». Сейчас мы, разумеется, как накинемся на рагу из кролика с морковью...

Ясное дело, что оставшееся до вечера время преподаватели ходят нервные, хмурые и периодически принимаются шушукаться на тему «что же делать?». Так что я сбегаю в свои комнаты: терпеть не могу этих переливаний из пустого в порожнее. И без того понятно, что никто из присутствующих ничего сделать не может, а те, кто могут — те делают. Хогвартские комнаты встречают меня благостной тишиной, запахом пергамента и бьющим в окна солнечным светом. Понятия не имею, всех ли преподавателей защиты селили именно в этих апартаментах, а моего мнения никто не спрашивал, но выбор мне определенно нравится. Три небольших комнаты плюс ванная — как раз достаточно, чтобы один человек мог разместиться с комфортом. К тому же мне на разграбление отдан кабинет на третьем этаже, примыкающий к аудитории. Той же самой, в которой я буду учиться все семь лет. При мне традиции раз в год менять преподавателя уже не существовало, так что это место я запомнил, как обиталище профессора Патил.

Я устраиваюсь на диване с книгой по защите за пятый курс и на несколько часов просто выпадаю из реальности: приходится признать, что за шесть лет я успел изрядно подзабыть школьную программу. Прерываюсь я лишь затем, чтобы спуститься на третий этаж в собственный кабинет и откопать там учебный план шестикурсников. Вот только я не учел, что сегодня день несбыточных планов. Стоит мне выйти из кабинета и спуститься на два пролета вниз, как я натыкаюсь на вездесущую Макгонагал и не менее вездесущего Снейпа, которые самозабвенно ругаются посреди коридора. Они шпионят за мной что ли?

— Пусть только объявится, и я лично позабочусь, чтобы он вылетел отсюда к Мерлину! Прямо на этой чертовой машине! — шипит Снейп, потрясая перед лицом заместительницы директора сложенной газетой.

— Гарри и Рональд — студенты моего дома! Так что позволь нам с Альбусом решать, — раздраженно откликается Макгонагал. — Поттер не твоя забота, Северус.

— Да если бы! — зельевар, кажется, собирается добавить еще что-то, но натыкается взглядом на меня и резко передумывает. — Что вам здесь нужно, Локхарт?

— Учебный план шестого курса, — честно отвечаю я, решив не искушать судьбу. Вид у Снейпа такой, словно он только и ищет повода кому-нибудь этой газетой вмазать. Не хочу быть крайним. — В моем кабинете. Напротив которого вы оба стоите.

Макгонагал и Снейп, как по команде, оборачиваются на дверь класса защиты, подступы к которому они мне действительно перекрыли. Потом смотрят на мою невозмутимую физиономию. Кажется, они подозревают, что я над ними издеваюсь. И правильно, между прочим, подозревают. Но это недоказуемо.

— А у вас что нового?

— Ничего, кроме проблем, — снова начиная заводиться, цедит зельевар сквозь зубы. Видимо, он считает этот ответ исчерпывающим. А вот заместитель директора — нет, потому что забирает у своего нервного коллеги газету и отдает мне.

— Только что пришел вечерний «Пророк», — она вздыхает. — Взгляните сами, Гил.

Я послушно изучаю передовицу и тихо присвистываю. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что именно так заинтересовало Макгонагал и взбесило Снейпа. Такой аршинный заголовок фиг пропустишь.

— Ну, по крайней мере, теперь мы знаем, что дети живы, — я пробегаю глазами подписи под колдографиями. — Или хотя бы были живы еще недавно.

— Ищете во всем светлые стороны, верно? — ядовито спрашивает Снейп.

— А вы мне предложите пойти с Астрономической башни сброситься? — не отрываясь от газеты, интересуюсь я. — Так. Лондон, Норфолк, Пиблз... хм, а что, поездом в школу ездить уже не модно?

— Когда речь идет о Поттере? — зельевар раздраженно дергает уголком рта. — Разумеется нет!

— Северус! — одергивает зельевара хмурая Макгонагал. — Я уверена, что у Гарри и Рональда есть объяснение...

— И нет мозгов, — Снейп тоже в долгу не остается.

— А смысл гадать? — я складываю газету и пожимаю плечами. — Вот прилетят ваши супергерои в школу, возьмете одного за левое ухо, второго за правое и спросите, что у них есть, а чего нет. Тут главное, чтобы они вообще добрались, а не рухнули по дороге.

— Альбус и Филиус настроили защиту, — делится со мной, очевидно, государственной тайной Макгонагал. — Как только они пересекут границы Хогвартса, мы будем об этом знать.

— А если они до Хогвартса вообще не дотянут? — резонно возражаю я. — Это же два пацана в летающей машине, мадам. Пикси с волшебной палочкой и то больше доверия вызывает. Почему вы не попросили Патронуса сказать им, чтобы спускались и ждали взрослых на твердой земле?

— Патронуса? — женщина недоуменно хмурится. Как говорят у магглов: фейспалм.

— Патронус, мадам, — медленно произношу я. — Результат сконцентрированной при помощи магии положительной энергии заклинателя. Вы его сегодня за обедом наблюдали. Служит защитой от дементоров, а также является средством экстренной связи. В отличие от камина или портала, настраивается не на место, а на мага, к которому отправлен с сообщением. Так что способен найти адресата и в воздухе, и под землей, и у Мерлина в заднице, простите мой Шотландский.

— Я знаю, что такое патронус, — раздраженно поджав губы, перебивает меня женщина. — Однако, распоряжения директора на этот счет вполне ясны, и я не вижу ни одной причины в них сомневаться. Сейчас, думаю, самым разумным будет довериться его опыту.

«Которого у него побольше, чем у тебя»

Эта фраза повисает в воздухе, но вслух Макгонагал больше ничего не произносит. Вместо этого, отобрав у меня газету, заместительница директора удаляется, похоже, в сторону Дамблдоровского кабинета. Ну ясно, моя мини-лекция, видимо, задела мадам за живое. И от души пнуло мертвое.

Снейп-то чего молчит, интересно?

А Снейп и правда молчит и смотрит задумчиво, явно что-то прикидывая. Ладно, подождем, до чего он дозреет. Все равно копаться в учебном плане расхотелось.

— Я вижу две проблемы, — видимо придя к какому-то выводу, сухо произносит мужчина.

— Только две? Да вы, смотрю, тоже оптимист, — вношу я в беседу свой вклад, — Извините, молчу.

— Проблема первая, — Снейп одаривает меня таким взглядом, что я тут же чувствую себя жалким, ничтожным человечишкой, посмевшим вломиться в драконью пещеру. В картонных латах. — Они летят давно, темнеет, оба устали и нервничают. Появление патронуса перед и так взвинченными малолетними оболтусами может выйти нам боком. Как бы они действительно не рухнули.

— Они что, к двенадцати годам ни разу патронуса не видели? — я пожимаю плечами. — Нет, это риск, но не больший, чем ждать, когда все само рассосется. Мадам не очень хочет меня слушать, но вы-то, кажется, логик. Не знаю как вам, а вот мне чертовски не хочется объяснять этой Молли, как из шести стоунов ее сына получилось шесть стоунов фарша. * А вторая проблема?

— Как, согласно вашему гениальному плану, мы узнаем, где они сели? Или вы наивно ждете, что Поттер назовет вам свои координаты? — язвительно интересуется Снейп. — Он свою лохматую голову без карты не найдет, да и приятель его не лучше.

— Дьявольщина. А с самого патронуса считать никак?

А ведь он прав, черт возьми, если даже мальчишки сядут, как мы будем их искать? Хотя я бы на их месте, наверное, вообще дал деру. Выражение лица у зельевара такое, что и без легилименции ясно: найдет — прибьет обоих к чертовой матери.

— И вы еще собираетесь преподавать защиту? — Снейп морщится с презрением. — Ну тогда попросите Поттера или его дружка прислать вам своего патронуса и считывайте сколько угодно. По собственному патронусу адрес своего головного мозга выясните, а уж потом задавайте подобные вопросы.

— Сдаюсь, сдаюсь, — я примирительно поднимаю руки. — Не надо давить авторитетом, у нас сейчас проблема посерьезнее, чем глубина моих познаний.

— Есть другой способ, — одержав надо мной моральную победу, Снейп, кажется, немного успокаивается. Вот и славно. Мне только трехчасовой словесной дуэли для полного счастья не доставало. — Наколдовывайте своего вестника.

— Почему я? — нет, я не то, чтобы против, но не он ли только что обвинял меня в некомпетентности?

— Потому что как только Поттер услышит мой голос, он сделает что угодно, лишь бы не то, что я велел, — криво усмехнувшись, просвещает меня зельевар.

— Да я смотрю, у вас взаимная любовь, — я хмыкаю. — Ладно.

Я достаю палочку и, сосредоточившись, вызываю защитника.

Материализовавшись, он переступает лапами, а потом садится, выжидательно наставив на меня уши. Я же раздумываю над текстом, машинально постукивая палочкой по раскрытой ладони. Пожалуй, лучше сходу их не запугивать. Пусть вон Снейп на них орет, я же вижу, как ему хочется.

— Гарри, Рональд, это ваш новый профессор защиты. Точнее, это мой Патронус. Мы знаем о машине, и в школе все на ушах. Затея была не лучшая, спускайтесь и ждите, мы переправим вас способом понадежнее. Валяй, приятель.

Последнее обращено уже к самому защитнику. Крупный серебристый лис, коротко тявкнув, — понял, мол — исчезает, а я вопросительно смотрю на зельевара.

— Сойдет, — скупо одобряет мои ораторские способности Снейп и в свою очередь прищелкивает пальцами. — Лори!

Перед зельеваром немедленно возникает домовик в чистой наволочке с гербом Хогвартса на пузе.

— Что угодно профессору сэру?

Я чуть не подпрыгиваю на месте: домовики обычно пищат, так что басовитый голос Лори становится для меня полной неожиданностью.

— Через двадцать минут отправляйся за пределы Хогвартса и найди двоих учеников, Поттера и Уизли. Доставь их в мой кабинет, — отрывисто отдает приказ алхимик.

Ха! Просто, как все гениальное. Эльфу, как и патронусу, пофигу на координаты, да еще и с переброской вопрос решается.

— Как соавтор идеи требую присутствия на казни, — говорю я, как только эльф исчезает. Зельевар косится на меня с сомнением, а затем пожимает плечами, и мы отправляемся куда-то в сторону подземелий.

* * *

— Значит, поезд недостаточно хорош для знаменитого Гарри Поттера и его верного подпевалы Рона Уизли. Захотелось явиться в школу с помпой?

Я брожу вдоль стен, с интересом рассматривая содержимое банок. Черт побери, интересно, тут кто-нибудь, кроме Снейпа, знает, какие ценности хранятся прямо у них под носом? Один заспиртованный Клабберт чего стоит! А муховёртки? Про клешню квинтолапа я вообще молчу, ее даже на черном рынке ингредиентов не купишь! Во многом потому что люди, сумевшие подобраться к квинтолапу и его клешням достаточно близко, редко возвращаются обратно.

Подозреваю, что девяносто девять человек из сотни охарактеризовали бы Снейпову коллекцию как «кучу дряни в банках». Вот и двум мальчишкам, мнущимся перед столом зельевара, все эти сокровища побоку. Хотя, если бы на меня наезжал похожий на взбешенную мантикору тип в черном, мне бы тоже все было параллельно.

А Снейп все больше и больше входит во вкус. Нет, он пока еще не орет — он тихо шелестит. Прямо как горчичный газ, вытекающий из поврежденного балона. Пацаны, по-моему, уже дошли до той кондиции, когда слишком часто дышать и то страшновато. Кстати, чуть на забыл — оказалось, что Поттер и Уизли, это уже знакомые мне по «Флоришу и Блоттсу» ребятки: лопоухий и очкарик.

Вот теперь понятно, почему последний тогда показался мне смутно знакомым! Героя Магической Британии, кавалера ордена Мерлина первой степени, грозу Темных Лордов и прочее я неоднократно видел на фотографиях и один раз — вживую. Было это тогда, когда главе Британского Аврората что-то понадобилось от нашего инструктора, и он лично заскочил на спаринг-площадку. Что ж. То ли после войны герой начал лучше питаться, то ли, прибив Волдеморта, стал меньше нервничать, но тот подтянутый, широкоплечий, энергичный мужик, примерно Снейпова возраста, мало общего имел с этим перепуганным, тощим пацаном.

Взрослый Поттер был деятелен, решителен, уверен в себе и походил на полного сил боевого гиппогрифа. Мелкий же Поттер скорее напоминает недокормленного совенка. Даже моргает он абсолютно по-совиному.

— Нет, сэр, это все барьер на вокзале Кинг-Кросс...

А вот героический потенциал уже дает о себе знать. Молчал бы ты лучше, Снейп и так в состоянии «чихни — взорвется».

— Молчать! — ну вот, что и требовалось доказать. — Так что же вы такое сделали с этим автомобилем?

Ха! Да что эти двое могли с ним сделать? Накладывать чары такого уровня, да еще и на сложные механизмы, не все взрослые маги умеют. Тут уж, скорее, этого Артура спрашивать надо. Интересно, машину ему вернут, или директор предпочтет замять тему? Я бы с удовольствием в этом чуде инженерной мысли покопался. Только, подозреваю, фиг мне кто позволит.

Веснушчатый Рональд, между тем, тяжко вздыхает и с преувеличенным интересом принимается разглядывать выставку ингредиентов на полках. С этим парнем я тоже по-будущему слегка знаком: в мое время они со старшим братом держат магазинчики волшебных игрушек и приколов на Косой Аллее и в Хогсмиде. Я не раз покупал там подарки для Фели и Эдмонда. Да что греха таить, для некоторых из своих коллег тоже.

— Вас видели маглы, — продолжает нагнетать зельевар. — Могу вас поздравить, статья в «Пророке» вышла очень впечатляющей. Уизли, если не ошибаюсь, ваш отец работает в отделе «По борьбе с незаконным использованием изобретений магглов»? Очень любопытно, что его собственный сын…

Фразу Снейп не заканчивает, но и так все понятно. Похоже, этот Артур превосходно умеет разделять служебные интересы и личное хобби.

Вмешиваться в воспитательный процесс я не вижу никакого смысла. Зельевар и без меня прекрасно справляется. У Поттера такое лицо, словно он сейчас хлопнется в обморок, а уши Уизли можно использовать в каком-нибудь цеху вместо ламп аварийного освещения. Вот только ни того, ни другого мне ни капли не жалко. Ладно, если и жалко, то лишь немного. Парни искали приключений, так что же удивительного, что теперь они их, наконец, нашли? Будь на месте одного из них Эд, я б еще и под зад всыпал, чтоб запомнилось крепче.

— Сэр... — убитым голосом начинает Поттер.

— Молчать! — пацан определенно не учится на своих ошибках. — К моему огромному сожалению, вы не на моем факультете, и я не могу вас отчислить. Но я сейчас же пойду приведу тех, кто обладает этими счастливыми полномочиями. А вы пока будете ждать здесь.

Зельевар поднимается из-за стола и, коротко мне кивнув, выходит. Наверняка отправился за Макгонагал. В конце концов, эти двое — ее головная боль.

Пацаны в ужасе переглядываются, а я, оторвавшись от вожделенных банок и подавив желание спрятать парочку из них в карман — не при детях же, — взмахом палочки разжигаю огонь в камине. Ну и ледник тут у Снейпа. Специально, должно быть, чтобы дорогие гости не засиживались.

— Забавно, — негромко говорю я, и эти двое вздрагивают, с испугом оглядываясь в мою сторону. — Как вас ни встречу, вы все в...беде. То драка, то летающая машина. Катитесь по наклонной, господа.

— Сэр, нас теперь исключат? — робко спрашивает герой магического мира, а Уизли жалобно шмыгает носом. Хотя, возможно, это подступающая простуда.

— Понятия не имею, Поттер, — я пожимаю плечами. — Тут не я решаю такие вопросы. Я бы не стал. Вы в том возрасте, когда у вас еще есть шанс вырасти достойными членами общества. При соответствующем воспитании, само собой. Хорошо еще профессор Снейп додумался, как вас вытащить.

— Снейп? Да он спит и видит, как бы нас исключить! — не в силах выдержать груза вины, пошел в атаку Рональд.

— А вы и повода не даете, — я скептически хмыкаю. — Невинные жертвы злого зельевара. Уловите разницу между «исключить» и «поприсутствовать на ваших похоронах». Уизли, у вашей матери с утра истерика, отец, я думаю, тоже не в восторге. Как и мы, потому что мы все тут за вас отвечаем. Если бы вы в темноте заблудились и грохнулись Мерлин знает где, всем нам бы, разумеется, было очень весело. Так что, уважаемый Рональд, дальше препираться будем?

Уизли краснеет еще гуще, хотя дальше, казалось, уже некуда было, и замолкает, пробурчав себе под нос что-то неразборчивое. Крыть ему похоже нечем. А я-то надеялся на дискуссию. Вот Фели бы нашла что сказать. Мерлин, как же я по ней скучаю!

— Скажите, сэр, а что это было там, в машине? — перехватывает у рыжего инициативу Поттер.

— Вы про Патронуса? — ну, все равно ждем, так хотя бы не в тишине. А свою историю мальчишки пусть рассказывают, когда вся публика подтянется. — Это такое заклинание, вызывает вашего...ммм...стражника, защитника, вестника, не знаю, как лучше назвать. Его придумали, чтобы защищаться от дементоров.

— Дементоров?

— Такое чувство, что вы с луны упали.

— Я рос с магглами, сэр.

— Хм...ну да. Это многое объясняет. Уизли, прекращайте сопеть и давить на жалость. Меня все равно не впечатляет. Лучше скажите своему приятелю, кто такие дементоры.

— Ну, это вроде как такие существа, — недовольно покосившись на меня, говорит рыжий. — Очень плохие. Они охраняют Азкабан, тюрьму для волшебников. Говорят, они высасывают из человека душу.

Поттера отчетливо передергивает. Это он еще ни одного вблизи не видел.

— В принципе да, — я киваю. — Но не обязательно душу. Дементоры — это твари, которые питаются положительными эмоциями. Забирают надежду, любовь, радость. И взамен оставляют ужас, тоску, отчаяние и прочие милые чувства. Ну а патронус не даст им покормиться за ваш счет, Поттер. Он сам — одна сплошная положительная эмоция, у него ни печалей, ни горя ни страха нет. А бонусом он может передать кому-нибудь ваше сообщение. Что-то вроде мобильника.

— А что такое мобильник?

— Так, Поттер, вам на курсы «магообществознания», а вы, Уизли, записывайтесь на «маггловедение». Или у Поттера спрашивайте. Займитесь, наконец, чем-то более полезным, чем угон автомобилей.

— А как призвать Патронуса?

Снейпа только за смертью посылать! Он там заснул по пути что ли?!

— Ухитритесь доучиться до шестого курса, в чем я, кстати, сомневаюсь, узнаете.

Надеюсь, объяснять буду не я. К этому времени я уже планирую быть дома.

Дверь кабинета распахивается, пропуская внутрь Снейпа в сопровождении профессора Трансфигурации. Ну слава Мерлину! Я и забыл, что дети бывают такими докопистыми: Фели уже почти взрослая, а Эдмонд парень тихий, предпочитает сам в книжках поискать.

Раздраженная заместительница директора окидывает нас троих суровым взглядом — причем я чувствую себя так, словно мы Поттером и Уизли летели в одной машине, — и присаживается за профессорский стол, чинно сложив руки на коленях.

— Садитесь, — предлагает она и мальчишкам, наколдовывая два стула с жесткими спинками. А нам со Снейпом, значит, не положено? Я создаю еще два мягких кресла — я тут присяжный, а не подсудимый.

— Теперь рассказывайте! — требует МакГонагалл, сердито поблескивая очками. Такой попробуй, не расскажи.

Уизли, кажется, думает о том же и сбивчиво начинает признаваться в содеяном. Макгонагал щурится и гневно раздувает ноздри, Снейп слушает очень внимательно и — по взгляду видно — оценивает каждое слово. Ну а мне просто интересно.

— …у нас не было другого выхода, госпожа профессор, мы никак не могли попасть на наш поезд, — Уизли, наконец, замолкает и жалобно смотрит на своего декана. Но вызвать сочувствие у этой дамы не проще, чем у зельевара.

— А почему вы не послали письмо с совой? У вас, Поттер, ведь есть сова? — задает она вполне законный вопрос.

— Я… я не подумал… — мальчишка пристыженно опускает голову.

— Это как раз заметно. Хоть и не удивительно, — такое заявление Снейп без соответствующего комментария оставить, само собой, не в силах.

В дверь снова стучат. Дом свиданий какой-то. Состав судебной комиссии пополняется самим Дамблдором в образе не лимона, но сливы — мантия на этот раз лиловая.

— Сделайте милость, объясните все-таки, почему вы так поступили.

От разочарования, прозвучавшего в голосе главы Хогвартса, хочется пойти и все-таки спрыгнуть с Астрономической башни. Ну, держитесь, ребята. Впрочем, по второму разу история уже не такая интересная.

— Директор, они уже рассказывали, — вклиниваюсь я в трагическую паузу, — Давайте я вам быстро суть изложу? Поттер и Уизли приехали на вокзал и собирались пройти за старшими через барьер, но тот их не пустил. Кончилось тем, что оба набили себе по синяку из-за попытки пробить стену головой. Легкое сотрясение мозга, похоже, дало свои плоды и они, решив, что терять больше нечего, ведь запасных мозгов у них нет, забрали со стоянки машину. Очень уж боялись, видимо, пропустить праздничный ужин.

После моего короткого, но поучительного рассказа наступает тишина.

— Мы пойдем собирать вещи, — не выдержав, полувопросительно говорит рыжий. Терпение, похоже, вообще не его конек.

— Это вы о чем, Рональд Уизли? — Макгонагал чуть приподнимает брови.

— Вы ведь хотите исключить нас из школы? — принимает эстафету Поттер. Да уж, тебя конечно исключат. Когда Снейп с Дамблдором гардеробом махнутся.

— Не сегодня, мистер Уизли, — подтверждая мою теорию, качает головой директор. — Но я делаю вам обоим последнее предупреждение. Вы совершили очень серьезный проступок. Я сегодня же напишу вашим семьям. И если подобное повторится, буду вынужден вас исключить. Профессор Макгонагал решит вопрос о вашем наказании, а пока, советую вам привести себя в порядок, скоро прибудут остальные студенты, и начнется праздничный ужин.

Глава Визенгамота чинно удаляется. И зачем приходил, спрашивается? Макгонагал бы ему и так все перессказала, а в случае надобности и мальчишек бы к нему привела. Или это была демонстрация? Мол без директора тут и мыши не чихают.

А что в итоге? Директор — отец родной и избавитель, Макгонагал — суровая бабушка, Снейп — злобное чудище, а я вообще-то мимо проходил.

— Профессор, — Поттер с надеждой смотрит на заместительницу директора, — когда мы сели в тот автомобиль, семестр в школе еще не начался. Так что… наверное… у Гриффиндора не вычтут баллы?

Не в баллах счастье, Поттер, поверь моему опыту. Впрочем, курса до третьего почти все школьники относятся к ним со священным трепетом. Потом проходит. Ну, у меня, по крайней мере, прошло.

— Нет, я не вычту баллов у факультета. Но вам наказания не избежать, будете после уроков выполнять общественно полезные работы. — хмыкнув, успокаивает детей Макгонагал. — Отправляйтесь в больничное крыло, мадам Помфри вас осмотрит. Потом переоденьтесь и спускайтесь в большой зал.

Дети. облегченно сопя и топая, выметаются за дверь, и мы трое еще успеваем услышать радостное:

— А я уж было решил — прощай школа! — в исполнении рыжего Уизли.

Короче говоря, Макгонагал только что убила весь воспитательный момент. А что? Из школы не исключили, баллы не сняли, а тряпкой помахать в Зале Славы не великая печаль.

— Мадам, а я-то думал, что вам знакомо понятие справедливого воздаяния. В следующий раз они на драконе полетят, — насмешливо говорю я, обращаясь к заместительнице директора.

— Или Хогвартс-экспресс угонят, — поддерживает меня Снейп. — И после этого, Минерва, ты пеняешь мне на слишком мягкие наказания для Слизеринцев.

— А что я должна была сделать!? — тут же принимает подачу Макгонагал. — Учебный год еще не начался!

— Мне вот что любопытно... — задумчиво говорю я, пресекая зарождающийся скандал, — ну эти двое понятно. Паника, гормоны, подростковый максимализм. Но что это за родители, кинувшиеся на платформу впереди детей?

— Они просто очень торопились... — отчего-то смущенно бормочет декан гриффиндора.

— У меня нет детей, мадам, — ну я, по крайней мере, надеюсь, что у меня их и правда нет. — Но мне кажется, что нормальная мать убедится, что все ее дети прошли через барьер, не отстали и не потерялись. У вашей Молли есть лишние сыновья?

— Вы даже не представляете, сколько, — язвительно отзывается Снейп.

— Тем более у нее на попечении был чужой мальчишка, — я поднимаюсь на ноги, взмахом палочки убирая свое кресло. — Отец балуется незаконным колдовством, мать забывает детей в общественном месте, а вы еще удивляетесь, что их сын уже машины ворует. Я пойду, мне тоже переодеться нужно. Увидимся на пиру.

Ухожу я не злым, но порядком раздраженным всей этой фигней. Даже почитать спокойно не дали. Хотя, справедливости ради, никто меня в кабинет алхимика за руку не тащил. И чего я, спрашивается, взялся гнать мораль, как будто мне вообще до этого должно быть дело? Старею что ли?

* * *

— Кстати, весьма хорошая идея, Северус. Мне, признаюсь, и в голову не пришло.

— Альбус, вы не можете отрицать, что это было рисковано! И Северус должен был посоветоваться с Вами.

— Я предпочитаю результат, Минерва. Вы бы еще комиссию собрать предложили. Как раз к праздничному пиру до чего-нибудь и дошли бы. План был исполнимый, риск небольшой, ваши драгоценные гриффиндорцы целы, да еще и счастливы, как пара сытых тестралов. Вы же фактически поощрили их глупую выходку! И мне очень хочется знать, зачем.

-Ну, мой мальчик, ты слишком суров. Они всего лишь дети. Да и потом, нельзя не оценить их умение в критической ситуации действовать решительно.

— А, так это вы в Поттере бойцовский дух воспитываете? Ну знаете, Альбус, это уже ни в какие рамки не вмещается. Ваш инициативный, но по-прежнему безголовый протеже от чувства вседозволенности окончательно ошалеет. Если он не научится отвечать за свои поступки, он мало того, что сам угробится, он и нас всех с собой прихватит.

— Северус, перестань. Какое право ты имеешь упрекать Альбуса? Все закончилось благополучно. Все живы, и никто не пострадал. Ну так поставь это себе в заслугу, и давай закроем вопрос.

— На этот раз обошлось. Я уже не уверен, что хочу знать, что будет в следующий. И кстати о ваших играх, Альбус. Идея не совсем моя. Так что пойдите, скажите спасибо не только мне, но и Локхарту, у которого инициативность, кажется, развита получше, чем у вашей верной Минервы.

— Ты настолько проникся к нему уважением, мой мальчик? Вижу, вы сегодня весь день практически неразлучны.

— Альбус, вы велели мне за ним наблюдать и оценивать. Вы ждали, что я стану прятаться от него в темных углах? Пока я не могу сказать, что с ним не так, но он не похож на популярного писателя.

— Ах, Северус, много ли ты знаешь популярных писателей? Гил не самый приятный человек временами, но и ты не можешь похвастаться спокойным характером. Мальчик кажется достаточно зрелой личностью. Я бы сказала, что приятно удивлена.

— А вот я, Минерва, того же сказать не могу.

— Время покажет, мой мальчик. Предлагаю спуститься в большой зал, студенты вот-вот появятся. Минерва, твоя задача — первокурскики, впрочем, как и всегда. Северус, а тебе предлагаю просто насладиться пиром. Кажется, в этом году эльфы превзошли сами себя.

— Избавьте меня от ваших трюков, Альбус. Уж будьте любезны оттачивать свои навыки на Помоне. Я же сам в состоянии разобраться, что именно мне делать и когда.

* Стоун = 6,35029318 кг. (То есть вес младшего Уизли примерно 40 кг.)