Не та цель. Том 3 (гет)

В честь своего дня рождения решил порадовать вас двумя главами приключений Невилла) Приятного чтения.

* * *

Выбравшись из кабинета зельеварения, я наконец смог расслабиться и с облегчением выдохнуть. К моему удивлению Снейп оказался весьма внимательным человеком (видимо сказывалась постоянная работа на двух «хозяев»), но даже он не продвинулся дальше подозрений, а подозрения, как известно, к делу не пришьешь.

Гарри с Роном брели впереди с очень мрачным видом и тихо обсуждали «ублюдка Снейпа», который на каждом занятии находит повод, чтобы к ним прикопаться, и если Рон выглядел по-настоящему возмущенным этим фактом, то вот Поттер наоборот казался скорее задумчивым и каким-то отстранённым.

Как только мы отошли от кабинета зельеварения и поднялись на первый этаж — Гермиона сразу же ускорила шаг, после чего поравнялась со мной и беспардонно уставившись на меня с неподдельным изумлением во взгляде, тихо прошипела:

— Невилл! Я от тебя не отстану пока ты мне не скажешь — как тебе это удалось?!

— Что именно? — спросил я, делая вид, что не понимаю, о чём речь, на что Грейнджер чуть не подпрыгнула от нетерпения и выпалила:

— Ну что ты юлишь?! Зелье! Ты умудрился приготовить идеальное укрепляющее зелье с первого раза, а раньше даже самые простые зелья у тебя никогда не получались! Я не верю, что ты вдруг стал великим зельеваром и сразу же добился нужного цвета и идеального запаха… Ты что, сжульничал? Где ты достал готовое зелье?!

Как бы я не старался, но сдержать усмешки у меня не получилось… Её недоверие было таким детским и таким трогательным… Тем не менее девушка по прежнему продолжала меня преследовать, а потому я решил отделаться от нее максимально общими фразами:

— Нет, Гермиона, я не жульничал… Просто хорошенько подготовился к сегодняшнему занятию, вот и весь секрет.

— Готовился? — не поверила своим ушам Грейнджер. — Когда? Как? Ты же практически весь вчерашний день бездумно листал книги по древним рунам в библиотеке, а после ужина пошел спать!

— Я готовился морально, — уклончиво ответил я, а потом добавил:

— И немного практиковался в воображении.

Гермиона была кем угодно, но только не дурой, а потому, услышав мое заявление, она посмотрела на меня с таким видом, будто я только что во всеуслышание заявил, что могу летать без метлы.

Тем не менее другого ответа у меня для нее не было, и как только Грейнджер это поняла — она возмущенно задохнулась и прошипела:

— Нет, Невилл, это просто невозможно! Так не бывает! Ты должен был ошибиться хотя бы в одном ингредиенте!

Я на это равнодушно пожал плечами и ответил:

— Как видишь — бывает… Давай сделаем вид, что мне просто повезло, ладно?

— Повезло? — стукнула она меня кулаком в плечо от негодования. — Это не везение! Это… это что-то другое!

Глядя на ее поведение, я понимал, что она ни за что не успокоится, пока не получит вразумительного ответа, но по понятным причинам рассказывать ей о своих ночных тренировках я не собирался, а потому предпринял последнюю попытку сгладить возникшую ситуацию, и сказал, понизив голос:

— Гермиона, иногда нужно просто поверить, что у человека может быть хороший день, пусть даже этот человек — такой неудачник, как я.

Она открыла было рот, чтобы попытаться что-то возразить, но именно в этот момент нас прервал Рон, который услышал часть обвинений Гермионы, и, повернувшись в нашу сторону, сказал с вызовом в голосе:

— Слушай, Невилл, а почему ты мне не подсказал, как можно обмануть Снейпа, чтобы не спалиться, как я? Так бы у меня не было «Тролля», и не пришлось бы его отрабатывать!

Тяжело вздохнув я посмотрел на обиженного парня, который был свято уверен в том, что я каким-то образом схитрил и терпеливо ответил:

— Рон, я повторяю уже не первый раз, что никакого секрета тут нет! Я просто внимательно прочитал рецепт, после чего мысленно потренировался и только тогда начал аккуратно все делать.

— Мысленно? — скривился Уизли, после чего протянул: — Это что ещё за заумная чушь? Не хочешь говорить — так бы и сказал!

— Это не чушь, а весьма полезная техника, — пожал я плечами, и тут же добавил:

— Если хочешь — ты тоже можешь ее попробовать, но сначала ты должен перестать думать о том, что Снейп тебя ненавидит… Сосредоточься на процессе и все будет хорошо!

— Тебе легко говорить, — буркнул Рон, после чего вновь переключил свое внимание на Поттера, что вызвало с моей стороны неподдельный вздох облегчения.

К большому сожалению от Грейнджер так просто было не избавиться, и она упорно продолжала сверлить меня взглядом, свято надеясь, что это поможет меня разговорить, но мне было плевать… Сейчас нам нужно было пройти на следующий урок, который носил гордое название — История магии.

Приблизившись к нужному кабинету, который находился на втором этаже замка, мы зашли внутрь и я сразу же оценил, что эта аудитория оказалась чем-то похожа на привычные мне залы, где внизу находилось место преподавателя, а от него поднимались несколько рядов столов, где каждый следующий ряд находился чуть выше предыдущего.

Профессор Бинс в образе полупрозрачного призрака уже находился в классе, и с совершенно отсутствующим выражением лица наблюдал за тем, как заполняется аудитория.

— Садитесь, — наконец сказал он заунывным голосом, и как только мы расселись по местам (я сел рядом с Гарри и Роном, а Гермиона, как обычно, села впереди, приготовившись дотошно записывать каждое слово, сказанное профессором), Бинс сразу же начал свою очередную лекцию о восстании гоблинов в двенадцатом веке. Первое время я честно пытался слушать и вникать, но уже через каких-то пять минут почувствовал, что мои веки неудержимо тяжелеют.

«Это же форменное издевательство! Вот как можно учить историю в таком виде?! У меня складывается ощущение, что Бинс сам умер от скуки, и теперь желает умертвить таким же образом как можно больше учеников!» — в очередной раз подумал я, когда чуть не стукнулся лбом о парту, после чего посмотрел на часы, и понимая, что до конца урока еще ОЧЕНЬ много времени — решил занять себя чем-то по-настоящему полезным.

Как только я принял это решение — моя рука, словно сама по себе, потянулась к сумке, откуда я быстрым движением достал один из основных учебников по рунам, который назывался просто и незатейливо: «Основы древних рун».

Мои действия не укрылись от Гермионы, которая резко обернулась и посмотрела на меня с таким выражением на лице, будто я только что сделал очень неприличное, а потом возмущенно прошептала:

— Невилл! Что ты делаешь?!

Я на это пожал плечами, и с совершенно невозмутимым ответил:

— А на что похоже? Изучаю руны, конечно же! Эта лекция слишком скучная, чтобы на ней сосредотачиваться.

— Невилл! Это неуважение!

— Это экономия времени, — парировал я, и тут же добавил:

— Я не могу позволить себе просидеть сорок пять минут впустую, когда мне нужно срочно нагонять программу.

Грейнджер явно очень хотела возразить, но я уже открыл книгу и демонстративно погрузился в чтение, что заставило ее возмущенно фыркнуть, но слава всем богам — дальнейшие нотации она решила оставить при себе.

Должен признаться, что «Основы древних рун» оказались удивительно интересной книгой, потому что это был не просто учебник, а своего рода путеводитель по древней магии, где с первой главы объяснялось, что руны — это не просто письменность, а магические символы, каждый из которых несёт в себе определённую энергию и смысл.

Первая руна, с которой я познакомился, была Феху — руна богатства и изобилия. Она представляла собой палку с двумя диагональными чертами, напоминающую букву «V», а в магии её использовали не только для привлечения удачи и материального благополучия, но также и для защиты своего имущества.

После нее мне на глаза попалась руна Ансуз — символ мудрости и общения, изображаемый как палка с одной диагональной чертой. В сочетании с Феху она создавала связку, которая помогала не только улучшать благосостояние, но еще и позволяла чувствовать попытки обмана при ведении дел.

Следующая руна, Райдо, обозначала путешествие и движение, а если связать её с Ансуз, то получившаяся комбинация могла незначительно притягивать удачу во время путешествий, но это еще не все…

Если кто-то подумал, что вот нарисовал ты две руны, и сразу стал удачливым торговцем, которого не сможет никто обмануть — нет. Это так не работало. Во-первых — сила рун напрямую зависела от вложенной энергии во время их начертания, и если ты был посредственным волшебником, который начертал связку из Феху и Ансуз — то волшебник сильнее тебя с легкостью тебя надует, а ты этого даже не заметишь.

Хорошенько углубившись в чтение, я со временем понял логику, и невольно вспомнил поговорку, что все простое — гениально… Дело в том, что каждая руна влияла на определённый аспект реальности, а комбинации этих рун позволяли создавать сложные магические эффекты. То есть руны были своего рода древним аналогом языка программирования! Символы — это переменные, а их сочетания — функции. Если знать правила синтаксиса, то можно создавать конструкции любой степени сложности, только бы энергии хватило…

За изучением рун я даже не заметил, как пролетело время, и удар колокола стал для меня полнейшей неожиданностью. Захлопнув книгу, я разбудил посапывающего Уизли, после чего убрал все в сумку и кинув взгляд на буравящую меня осуждающим взглядом Гермиону — не выдержал и коротко спросил:

— Что?

Девушка тут же приняла вид оскорбленной невинности, после чего сказала:

— Ничего, просто… Ты слишком сильно изменился, Невилл.

— Иногда это очень полезно, рекомендую, — ответил я, после чего направился в сторону выхода из кабинета, прикидывая план своих дальнейших действий.

Когда я вышел в коридор, то сразу же пошел следом за Поттером и Уизли в сторону Большого зала, краем уха слушая их уже куда более оживлённое обсуждение зельеварения, которое плавно перетекло на вчерашнее превращение Малфоя в хорька. Меня в беседу никто не втягивал, и это было прекрасно, вот только вездесущая Грейнджер просто так отпускать меня не планировала, и практически сразу встала рядом, уставившись на меня прожигающим взглядом поборника справедливости.

«И вот что она ко мне прикопалась?!» — страдальчески подумал я, а девушка вновь завела старую пластинку, полную осуждения и нравоучений:

— Невилл, что с тобой происходит? Ты не можешь просто так игнорировать уроки, даже если они скучные!

Тяжело вздохнув, я собрал остатки самообладания и как мог спокойно ответил:

— Я ничего не игнорировал, и слушал ровно столько, сколько нужно.

— Ты читал книгу! — воскликнула она, не сбавляя шаг. — На уроке! При профессоре!

— Призраке, — педантично поправил я, и тут же уточнил: — Он, кстати, этого даже не заметил.

— Это неважно! — почти задохнулась от негодования Грейнджер. — Так нельзя делать и у тебя будут большие проблемы! Профессор МакГонагалл конечно сказала, что ты должен нагонять программу, но это нужно делать не в ущерб другим предметам!

«Сказала девочка, которая буквально на прошлом курсе скакала по всему замку с маховиком времени…» — иронично подумал я, а потом постарался успокоиться, ведь если вдуматься — Гермиона была совсем не злым человеком… Она просто была… слишком правильной. Слишком убеждённой, что знает, как будет лучше для всех, вот только со мной этот фокус не прокатит, потому что я уже был совсем не тем Невиллом, который позволял собой управлять.

Именно поэтому я ровным голосом сказал:

— Гермиона, я правда очень ценю твою заботу, но лучше не надо… Я сам вполне в состоянии решить, что мне делать и как распоряжаться своим временем.

— Но ведь это неуважение к преподавателю! Что скажет профессор МакГонагалл, когда узнает о твоем поведении? А она обязательно узнает, потому что такие вещи не принято замалчивать! Если ты будешь на уроке истории магии читать древние руны, то как ты будешь потом эту историю сдавать? Я тебе списывать не дам!

Во время этого монолога я сам не заметил, как с силой сжал челюсть, потому что голос Гермионы потихоньку становился для меня своеобразным сверлом, против которого не помогают ни беруши, ни молитвы. Она бубнила, бубнила, бубнила, и каждое её слово было настолько пропитано непоколебимой уверенностью в своей правоте, что мое душевное равновесие трещало по всем фронтам.

— …Невилл, ты не понимаешь последствий! Неужели ты думаешь, что если тебе один раз повезло на зельях, то теперь ты можешь делать всё, что захочешь? Нет, это так не работает, и тебе нужно соблюдать общепринятые правила! Ты должен быть осторожнее, ты должен…

В этот момент внутри меня что-то щелкнуло, и я остановился как вкопанный, а Гермиона, которая слишком увлеклась своим монологом, прошла ещё пару шагов, прежде чем заметила, что разговаривает она с пустотой.

Резко остановившись, она обернулась и уже открыла рот, чтобы вновь сказать какую-то нотацию, но я уже начал действовать и без предупреждения схватил ее за тонкое запястье, после чего потащил ее в сторону небольшой ниши в стене, где мы не мешали основному потоку студентов.

Гермиона совсем не ожидала от меня такого фокуса и испуганно вскрикнула, что привлекло внимание Рона, однако когда он обернулся на звук — нас как раз закрыла группа пуффендуйцев, и рыжий даже не заметил, что его подруга куда-то пропала…

— Невилл, что ты делаешь! — воскликнула девушка, пытаясь вырваться, однако я совсем не торопился ее отпускать… Вместо этого я наоборот придвинулся максимально близко к ее лицу, после чего глядя прямо в карие, полные возмущения и праведного гнева глаза, заговорил ровным, максимально доходчивым голосом:

— Гермиона, слушай меня внимательно… Я такой же здравомыслящий человек как и ты, и сам способен отвечать за свои поступки и принятые решения. За последствия этих поступков я тоже буду отвечать сам, и других в это дело втягивать не буду, поняла?

Девушка явно не ожидала такого монолога от тихони Невилла, и испуганно замерла, бросив все попытки к освобождению, а я тем временем продолжал, даже не думая повышать голос:

— Я не просил тебя быть моей совестью, а так же не просил тебя следить за мной, поправлять меня и объяснять, что я должен делать в тот или иной промежуток времени. Если ты думаешь, что твои нотации и твоя уверенность в том, что ты знаешь, как будет лучше для всех, — это помощь, то должен тебе сказать, что ты ошибаешься. Это самый обычный вынос мозга, Гермиона, и мне он совершенно не нужен!

— Я… Я п-пыталась тебе помочь! — выдохнула Грейнджер, в чьем голосе впервые появились нотки растерянности, которых раньше не было и близко, а значит надо было дожимать, и я вылупил всю правду матку:

— Нет, ты пыталась навязать мне свою волю, а это совсем разные вещи! Пойми, как лучше для меня — кроме меня самого не знает никто, а потому — если ты хочешь сохранить нашу дружбу, то сделай милость… Прекрати учить меня жить, хорошо? Займись учебой, воспитанием Поттера с Уизли, или правами домовиков наконец — я не против. Но нотаций о якобы «правильных» решениях я больше слышать не хочу.

После этого я отпустил её руку, и стараясь не обращать внимания на ее крайне задумчивый взгляд, вклинился в поток студентов и начал догонять ушедших вперед гриффиндорцев, искренне надеясь, что мои слова все-таки дойдут до ее разума, и что эти самые слова не станут тем крохотным камушком, который начнет разрушать канон…

Вот только тогда я еще не знал, что всего в нескольких шагах от выбранной мной ниши стояла фигура в тёмной мантии, которая наблюдала за нами с задумчивой усмешкой на лице, обрамленном длинными сальными волосами…