Не та цель. Том 3 (гет)

Симус, который то и дело странно поглядывал на Луну, с радостью поддержал предложение своего друга и обрадованно воскликнул:

— Это просто замечательная идея! Пошли!

В этот момент Энтони с Терри поднялись и после молчаливого диалога с помощью только им понятных жестов, Терри сказал:

— Ребят, вы нас извините, но мы наверно пойдем… А то уже обед, а Энтони так и не нашел свою Кристал. — После этого он посмотрел в сторону моей подруги, и спросил:

— Луна, ты с нами?

Девушка на это тут же помотала головой, и едва уловимо сжав мою руку под столом, произнесла своим фирменным монотонным голосом:

— Нет, спасибо мальчики, но я сейчас нахожусь на своем месте.

Уговаривать ее никто не стал, и сначала наше купе покинули когтевранцы, а следом за ними со своих мест вскочили и Дин с Симусом, которые сразу же рванули в коридор, даже не спросив моего мнения по этому вопросу.

Несколько мгновений я раздумывал над своими следующими действиями, а потом вздохнул и все-таки последовал за ними, потому что мне было очень интересно увидеть Поттера и остальных не на экране телевизора, а вживую.

Именно поэтому я встал, после чего помог подняться Луне, и мы направились следом за очень шумными ребятами, которые очень быстро нашли нужное купе, расположенное, как я и подозревал, в нашем вагоне.

Мы с Луной как раз успел дойти до них, как Дин открыл нужную дверь, заглянул туда, и радостным голосом воскликнул:

— Привет! Можно к вам?

— Конечно, — раздался голос Рона. — Заходите, места всем хватит!

И тут я впервые увидел вживую легендарное «золотое трио», участники которого сидели передо мной, прямо на расстоянии вытянутой руки.

Гарри Поттер сидел около окна, и когда мы зашли, я увидел, что на его лице было выражение лёгкой усталости, будто он нёс на плечах груз, который некому было снять, и которым он ни с кем не мог поделиться. Чёрные, вечно взъерошенные волосы, круглые очки, зелёные глаза — и шрам в виде молнии, который я умудрился разглядеть довольно чётко.

В целом он выглядел… нормально. Обычный, немного бледный подросток, которого, судя по худобе, явно не привыкли баловать едой… В целом — он не вызывал у меня никакого отторжения, в отличии от его лучшего друга — Рона Уизли.

Я и раньше был настроен к нему весьма скептически, а сейчас, когда увидел его вживую, убедился в правильности своих суждений.

Этот кадр сидел напротив Поттера, развалившись на диване, а его длинные ноги были вытянуты почти до середины купе, что явно создавало неудобство всем присутствующим. Рыжие волосы, веснушчатое лицо, голубые глаза и с невероятной силой чавкающий рот, который прямо на моих глазах перемалывал какой-то кекс.

Мантия Уизли была расстёгнута, благодаря чему каждый желающий мог видеть, что под ней находилась старая заношенная футболка, что создавало образ неопрятности и какой-то… неуклюжести.

Я не хотел быть снобом, но воспитание Августы и принадлежность к древнему роду делали своё дело, а потому Рон Уизли сразу показался мне человеком, который совершенно не заботится о своём внешнем виде, и меня это весьма раздражало. Помимо этого, я вдруг вспомнил, что в каноне этот человек очень часто вёл себя крайне эгоистично и ревниво, и это воспоминание тоже добавило свою ложку дёгтя в сформировавшееся мнение.

Что касается Гермионы Грейнджер, то когда мы зашли — она сидела рядом с Роном, а у нее на коленях лежала толстая книга, которую она внимательно изучала. Чтобы не мешаться, её каштановые волосы были собраны в немного небрежный пучок, и она оказалась единственным человеком, кто хоть и немного отстраненно, но тем не менее вежливо улыбнулась нам, после чего заслужила в моих глазах еще несколько очков, когда абсолютно нейтральным голосом спросила у моей подруги:

— Привет, Луна… Как прошло твое лето?

— Хорошо, — мечтательно ответила она. — Мы с папой искали мозгошмыгов в Шотландии, но так как они особенно активны в августе, то времени нам не хватило и мы так никого и не нашли…

Рон, услышав такой ответ, поперхнулся кексом, и чтобы он не совершал ошибок, которые могли еще сильнее испортить мое о нем впечатление, я тяжело вздохнул, после чего сказал Симусу:

— Так что вы там хотели решить?

Симус, плюхнувшись рядом с Роном, тут же принял мою подачу и объяснил:

— Мы с Дином спорим о чемпионате мира по квиддичу! Дин говорит, что лучшая команда у Ирландии, потому что там якобы играет вся команда, а я ему говорю, что лучшая команда у Болгар, потому что у них Крам! И проиграла Болгария только из-за того, что остальные игроки не смогли организовать ему нормальные условия для победы!

— А ты что думаешь по этому поводу, Гарри? — спросил Дин, глядя на Поттера, на что тот пожал плечами и вежливо, но совершенно без смысла ответил:

— Ирландия выиграла, это факт… Но Крам действительно гениальный ловец.

— Вот видишь! — Симус ткнул пальцем в Дина. — Даже Гарри со мной согласен!

— Не совсем, — усмехнулся Гарри. — Я сказал, что Крам гениален, но Ирландия всё равно была сильнее.

Симус вздохнул и откинулся на спинку дивана, после чего сказал:

— А бабка Невилла не захотела брать ему билеты, представляете?

Рон, услышав про такое «страшное» деяние расширил глаза, после чего вытер свои руки прямо о мантию, и вскочив на ноги, полез на багажную полку, где принялся активно шарить в чемодане, выставив на обозрение свою не слишком впечатляющую футболку…

Наконец он спустился обратно, и сказал мне, протягивая руку:

— Взгляни-ка сюда, Невилл…

Этим простым действием Уизли очень серьезно пошатнул мое мнение о нем, потому что на его ладони находилась миниатюрная фигурка Виктора Крама, которая, не смотря на свой размер, была очень хорошо детализирована и изображала ловца в зеленой мантии, с метлой в одной руке и снитчем в другой.

— Ух ты, — вырвалось у меня, помимо воли, когда Рон поставил эту фигурку на мою ладонь, а тот тем временем начал с гордостью хвастаться:

— Я видел его так же близко, как тебя сейчас, потому что мы были в верхней ложе!

— Первый и последний раз в твоей жизни, Уизли.

« Ну куда же без него…» — отстраненно подумал я, когда увидел в дверях младшего Малфоя, чей сладко-ядовитый голос разрезал воздух, хотя его об этом никто и не просил…

Драко Малфой решил заняться своей традиционной забавой — позадирать гриффиндорцев, а чтобы не отхватить приключений на свою тощую задницу — взял с собой Крэбба и Гойла, чьи огромные фигуры маячили прямо за его спиной, и они реально были настолько здоровыми, что даже большинство взрослых мужиков не могли похвастаться такой фигурой.

— Что-то не припомню, чтобы мы тебя приглашали, Малфой, — холодно заметил Гарри.

Но Драко полностью проигнорировал его… Упражняться в остроумии — это было слишком скучно, а потому его взгляд быстро скользил по купе, желая прицепиться хоть к чему-нибудь, и остановился он на клетке с крошечной Роновской совой по имени Сычик.

В обычное время он бы не смог до нее докопаться, но дело в том, что Сычик вел себя очень шумно, и Рон, чтобы хоть как-то его успокоить, не придумал ничего лучше, чем накрыть его клетку своей злополучной выходной мантией, рукав которой покачивался в такт движению поезда, выставляя на всеобщее обозрение полуистлевшее кружево на манжете.

Рон очень быстро заметил направление Малфоевского взгляда и потянулся, чтобы убрать мантию, но Драко оказался быстрее. Он ухватил ее за рукав и дернул к себе, после чего поднял свою добычу, показывая ее Креббу с Гойлом, и возликовал:

— Вы только взгляните! Уизли, ты что же, всерьёз собирался это надевать?! По-моему, это было очень модно году так в одна тысяча восемьсот девяностом…

— Чтоб тебе дерьмом подавиться, Малфой! — воскликнул Рон, сделавшись примерно одного цвета со своим выходным одеянием и рванул мантию назад из рук Малфоя.

Тот на это издевательски захохотал, а Крэбб и Гойл с готовностью подддержали его, разразившись идиотским гоготом, а Драко тем временем успокоился и манерно растягивая нотки, сказал:

— Что, неужели ты тоже собираешься принять участие, Уизли? Хочешь принести немного славы родовому имени? Что ж… Говорят, там и деньги прилагаются… Сможешь позволить себе приличную мантию, если выживешь конечно…

— Ты это о чём? — прорычал Рон, и Малфой повторил, игнорируя прозвучавший вопрос:

— Если ты собираешься принять участие, то я так полагаю и ты, Поттер, не упустишь своего шанса покрасоваться, верно?

— Или объясни, о чём речь, или убирайся прочь, Малфой, — с раздражением сказала Гермиона поверх учебника, сразу после чего он наконец осознал простую истину и в то же мгновение по его бледному лицу пробежала радостная улыбка.

— Только не говорите мне, что вы не знаете! — с восторгом воскликнул он. — У тебя же отец и брат в Министерстве, а ты даже не слышал? Господи боже, да мой отец всё рассказал мне сто лет назад! Он узнал это от Корнелиуса Фаджа.

Впрочем, я немного упустил из виду, что мой отец всегда общается только с высшими чинами Министерства… Скорее всего твой отец занимает слишком незначительную должность, чтобы его посвящали в подобные вещи, Уизли… Да… скорее всего, они просто не обсуждают серьёзных дел в его присутствии…

Он ещё раз издевательски захохотал, после чего заметил по цвету Роновского лица, что до взрыва осталось совсем немного, и дабы не огрести чем-то вроде детского выброса, кивнул Крэббу с Гойлом, после чего вся троица скрылась восвояси.

Как только они ушли — Рон тут же вскочил и захлопнул за ними дверь с такой яростью, что вставленное в него стекло тут же разлетелось вдребезги, а дальше мой организм сработал раньше сознания…

Дело в том, что Луна сидела ближе всех к двери, и как только я увидел — какую силу прилагает Рон, то тут же на одних рефлексах повернулся к девушке, и подгребая ее под себя, накрыл ее своим телом, а в следующее мгновение раздался звон осколков…

Взгляд Луны, направленный на меня, был громче любых слов, и когда я слез с нее, мысленно отметив отсутствие болевых ощущений, то девушка молча обхватила мою руку и положила голову на плечо, всем своим видом выражая искреннюю благодарность за проявленную заботу.

— Рон! — укоризненно покачала головой Гермиона, кинув в нашу сторону странный взгляд, после чего вынула из кармана мантии свою волшебную палочку, и прошептала:

— Репаро!

Осколки тут же взлетели в воздух и вновь стали целым стеклом, а Рон, даже не думая извиняться, продолжал рычать с искренней злостью в голосе:

— Вот ведь урод… Делает вид, будто знает всё на свете, и выставляет нас олухами! Отец общается с высшими чинами… Ага… Да мой папа может получить повышение в любое время, но ему нравится работать там, где он работает, и что теперь?!

— Не позволяй Малфою достать тебя, Рон… Ты знаешь о возможностях своего отца, а он нет… Вот пусть и дальше остается в неведении, — спокойно сказала Гермиона, после чего добавила:

— Ты бы лучше извинился перед Невиллом и Луной! Из-за твоей вспышки они вполне могли пострадать!

— Подумаешь… Не пострадали ведь? Да и вообще, это не из-за меня, а из-за Малфоя! Тоже мне… Достать меня! Как же, сейчас! — с этими словами Рон взял один из оставшихся кексов и сплющил его в лепешку, вымещая на ни в чем не повинной выпечке свою злость.

Я же, глядя на эту сцену, очень остро понял один факт — после слов Уизли, который сказал «Подумаешь» в наш с Луной адрес — друзьями мы с ним не будем, это точно. Да, Малфой тоже был виноват в этой ситуации, но он просто самоутверждался за счет других, не переступая той тонкой грани, когда человеку наносится настоящий вред, а вот Уизли…

Но больше всего меня интересовало другое — Малфой очень старательно намекал на что-то, о чём, как он думал, никто из нас не знал, но я прекрасно понимал, что он говорит про турнир трёх волшебников, чемпион которого едет со мной в одном купе…

В следующий момент я выкинул эти мысли из головы, прекрасно понимая, что канон мог еще десять раз поменяться, и я был живым доказательством того, что всё может пойти не по плану.

— Интересно, о чем он говорил? — задумчиво спросил Поттер. — Он явно имел в виду какое-то соревнование, но при чем здесь…

— Да плевать, — буркнул Рон. — Он просто хотел нас задеть.

— А вдруг это и правда что-то важное? — вмешался Симус напряженным голосом — Может быть, нам стоит об этом спросить у кого-нибудь?

— Спросить у кого? — фыркнул Рон. — У Малфоя? Спасибо, мне хватило издевательств с его стороны.

— Не у Малфоя, — покачал головой Дин. — Может быть, у кого-то из старшекурсников? Или у преподавателей?

— Мальчики, приедем — и все узнаем, — резюмировала Гермиона, снова уткнувшись в книгу, после чего добавила:

— И вообще — вам всем было бы неплохо переодеться… Судя по времени — мы уже совсем скоро приедем.

Я воспользовался этим предложением, чтобы покинуть их купе, уводя с собой Луну, а на том самом месте, где я недавно сидел, осталась лежать невероятно точно выполненная фигурка Виктора Крама…