Чужой (гет)

Гермиона дрожащими руками держала плотную кремовую карточку с золотым тиснением по краю. Мелкие изящные буквы расплывались перед глазами из-за непрерывно наворачивавшихся слез.

Она моргнула, пытаясь прогнать мутную пелену, и снова посмотрела на приглашение.

"Драко Малфой и Гермиона Грейнджер приглашают вас на церемонию своего бракосочетания, которая состоится в Малфой-мэноре..."

Гермиона судорожно вдохнула.

Ловушка.

Изощренная и вместе с тем до смешного простая. Гарри не сможет не прийти.

А значит...

Слезы вновь потекли по щекам.

Кто похитил Гермиону и где ее держат, Орден выяснил еще несколько недель назад. Они предприняли ряд попыток вытащить ее из Малфой-мэнора, чуть не потеряли людей, но так ничего и не добились. Малфой-мэнор оставался неприступным.

Гермиона вновь опустила взгляд на приглашение.

"Драко Малфой и Гермиона Грейнджер..."

Она поискала глазами дату.

31 октября 1998 года.

Всего через семь дней Волдеморт откроет ворота Малфой-мэнора и будет ждать Гарри Поттера в день, когда семнадцать лет назад убил его родителей.

— Ты уже видела? — Драко без стука ворвался в ее комнату.

— Семь дней.

Гермиона разжала пальцы, и кремовая карточка упала на стол. Малфой шагнул ближе, взглянул на приглашение и помрачнел.

— Уже всем разослали.

— И Гарри тоже. — Она сжала кулаки.

— Уверен, что да.

Драко тяжело опустился в кресло напротив.

— Он убьет Гарри... — Гермиона сжалась. — Я ничего не смогу сделать.

— Грейнджер, твой Поттер — самый везучий засранец на планете. И он не дурак. Кингсли не допустит...

— Ты... — она вдруг посмотрела на него по-новому. — Ты хочешь, чтобы Гарри победил?

Малфой замер.

На несколько секунд в комнате стало тихо.

Вопрос был опасным. Настолько опасным, что за один только честный ответ на него его могли отправить на корм Нагайне. Или сначала пытать несколько часов, а уже потом убить.

— Не задавай таких вопросов, — тихо произнес он.

— Это не ответ.

— Другого ты не получишь.

Гермиона кивнула и отвернулась.

— Что будем делать?

— То же, что и последние несколько недель, — устало ответил Драко. — Выживать.

Он поднялся из кресла и шагнул к ней.

Слишком близко.

— Драко?..

Малфой не ответил. Только смотрел на нее странным, потемневшим взглядом.

— Нет, пожалуйста. — Она резко поднялась на ноги и попятилась. — Только не сейчас.

Она с ужасом смотрела, как меняется Малфой. Даже глаза из обычного серого стали цвета грозовых облаков.

— Тш-ш-ш, — он подошел ближе. — Успокойся.

Гермиона дышала часто, до боли впиваясь ногтями в ладони.

— Расслабься, — тихо убеждал ее он. — Не сопротивляйся.

— Ты что, хочешь этого? — в панике взглянула на него Гермиона. — Или это уже не ты говоришь?

Малфой подошел почти вплотную, но не прикоснулся к ней.

— Я все еще я. Помнишь, что говорил профессор? Самое время проверить, прав он был или нет.

— Но...

— Грейнджер, я смогу остановиться, обещаю.

Его глаза темнели с каждым мигом, и Гермиона с ужасом понимала, что ей все труднее отвести взгляд.

— Малфой... — беспомощно выдохнула она.

— У нас всего неделя. Надо же что-то делать.

Он притянул ее к себе и коснулся губами виска.

— Я постараюсь это контролировать.

— Хорошо, — вздохнула она и закрыла глаза.

В следующую секунду они ощутили, как их куда-то затягивает перемещение.

* * *

— Грейнджер... — проговорил Драко. — Я знал, что найду тебя здесь. И не ври, что ты просто засиделась в библиотеке допоздна. Ты ждала меня, я знаю.

— Малфой? — Она вздрогнула, обернувшись.

Драко оперся плечом о край стеллажа, скрестив руки на груди.

— Уверен, тебе очень нужен вот этот учебник.

Грейнджер стояла лицом к стеллажу. Он подошел ближе, потянулся к верхней полке и оказался позади нее. Его рука бесцеремонно прошлась по ее спине и скользнула по талии, притянув к себе. Губы припали к ее шее.

Грейнджер что-то пробормотала. Что-то про правила. Про то, что точно сейчас уйдет. Но с места не сдвинулась.

— Малфой, это нечестно... — начала она, когда его губы добрались до мочки уха.

Мысль оборвалась, так и не обратившись в слова. Спина предательски прогнулась, подаваясь умелым рукам навстречу.

— Мы не должны... Нас же увидят...

Доводы рассудка куда-то испарились. По телу бежали мурашки и мелкая дрожь.

— Драко, что же ты творишь... — выдохнула она и сама помогла ему расстегнуть пуговицы на рубашке.

Малфой тут же прошелся поцелуями по ключице и задержался на ямочке у основания шеи. Гермиона невольно схватилась за полку, чтобы не потерять равновесие. Голова от его прикосновений шла кругом.

— Скажи, что ждала меня, — прошептал он и огладил ее талию, двигаясь все выше. — Скажи, что готова многое отдать, лишь бы я не уходил.

Его рука непозволительно медленно прошлась по ребрам и прикоснулась к груди, вызвав тихий стон.

— Нет, Драко, нет...

— Не останавливайся, ты хотела сказать? — тонкие длинные пальцы уже расправлялись с последними пуговицами, обнажая жаждущую ласки кожу. — Иди ко мне.

Он отстранился и повернул ее к себе лицом.

— Гермиона, — выдохнул он и впился в ее рот, блуждая руками по спине и ягодицам.

— Драко, — простонала она, когда его рука наконец сжала ее грудь. — Да, Драко...

И он целовал: жадно, самозабвенно, сладко. Целовал так, словно это их последний раз. Он ловил каждый стон, каждый вздох, каждое "да".

— Драко...

* * *

Волдеморт потер глаза и только сейчас заметил, что строчки начали расплываться. Он поднял взгляд. За окном уже садилось солнце.

Вот же дрянь.

Он снова потерял счет времени, с головой погрузившись в текст. Чужой вымотал его так, что голова почти непрерывно гудела, а магия...

Если так пойдет и дальше, он превратится в жалкого сквиба.

Лорд Волдеморт — величайший волшебник современности — сквиб.

Даже не насмешка и не месть Дамблдора. Что-то гораздо хуже.

Он бы многое отдал, чтобы вырвать мерзкую тварь из собственной головы, выжечь, услышать предсмертный вопль и наконец остаться один.

"Мечты, мечты..." — посетовал Чужой.

"Сгинь!" — тут же пришел в ярость Волдеморт.

"Я часть твоего я", — вкрадчивый голос разрезал сознание.

"Ты чужой. Паразит, живущий за счет моей магии".

"Ты же величайший, забыл? Значит, твоей магии хватит на нас двоих. С такой-то подзарядкой. Ты только посмотри на них — сколько страсти, сколько жизни, сколько энергии..."

Рука сама потянулась к пергаменту. Глаза забегали по строчкам, перечитывая написанное. Магия тут же заструилась по венам живительной силой. Только этого было недостаточно. Облегчение быстро проходило. Каждый раз ему требовалось все больше.

"Вот видишь, ты давно все понимаешь".

"Что именно?"

"Почему это работает".

Волдеморт скривился.

"Бред".

"Разве? Ты пытался писать о Беллатрисе, Люциусе, Снейпе, Нарциссе. О себе самом, в конце концов. И что?"

"Замолчи".

"Ничего. Совсем ничего. А эти двое едва оказались рядом, и ты уже несколько недель не можешь оторваться от пергамента".

Волдеморт невольно посмотрел на исписанные листы.

Гаденыш был прав.

"Совпадение".

"Конечно. Именно поэтому ты уже знаешь, что произойдет дальше".

"Я найду способ избавиться от тебя", — прошипел Волдеморт.

"А потом что?" — усмехнулся Чужой.

Волдеморт промолчал.

"Убьешь Грейнджер?"

В висок словно вонзили раскаленный гвоздь.

"Заткнись".

"Малфоя?"

Боль стала сильнее.

"Я сказал, заткнись.

"Вот видишь. Даже говорить об этом неприятно".

Волдеморт сжал зубы, дожидаясь, пока боль немного отступит.

Когда-то все было иначе.

В мае Чужой ограничивался редкими замечаниями и головной болью. Раздражал, отвлекал, злил, но не более. Потом начал вмешиваться, спорить, навязывать свои идеи.

С каждым днем становилось только хуже. Волдеморт в буквальном смысле не имел ни сил, ни времени воевать: планировать, анализировать обстановку, выслушивать, как оказалось, бесконечно длинные доклады и высиживать не менее длинные собрания. Борьба с Орденом Феникса сменила вектор — теперь чаще нападали они, а его Пожиратели лишь огрызались в ответ. Министерские дела еще немного, и будут пущены на самотек. Приходилось буквально вырывать себя из мира грез, чтобы окончательно не потерять власть над реальностью.

А затем появилась Грейнджер, и все пошло прахом.

Сначала он просто отложил допрос на завтра. Потом — на послезавтра. Потом приказал перевести пленницу из камеры в комнату наверху, а затем решил, что Малфой-младший должен постоянно находиться рядом с ней.

А теперь по всей Англии разлетелись приглашения на их свадьбу.

Он раздраженно оттолкнул от себя эту мысль.

Глупость.

Если бы ему действительно нужны были Малфой и Грейнджер, достаточно было бы посадить их в одну комнату и приказать делать все, что требуется.

Но от одной попытки всерьез навредить девчонке голову до сих пор пронзала такая боль, что темнело в глазах.

Нет.

Здесь действовало что-то другое. Что-то, чего он пока не понимал.

Волдеморт медленно посмотрел на лежащий перед ним пергамент. Если задуматься, все это выглядело чистым безумием. Впрочем, каждый раз находилось объяснение.

Грейнджер была нужна живой, чтобы выманить Поттера. Малфой — рядом, чтобы пленница не натворила глупостей.

А свадьба...

Волдеморт нахмурился. Свадьба открывала двери Малфой-мэнора для всех, кого он хотел видеть там в последний день жизни Гарри Поттера.

"Чего ты добиваешься?" — мысленно спросил Волдеморт, выныривая из своих мыслей.

На этот раз Чужой ответил не сразу.

"Разве не очевидно?"

"Нет".

"Ничего, у тебя еще есть время подумать. Пиши, пиши".

Волдеморт что-то прошипел в ответ, придвинул пергамент и вывел:

"И он целовал: жадно, самозабвенно, сладко. Целовал так, словно это их последний раз. Он ловил каждый стон, каждый вздох, каждое "да".

— Драко..."

* * *

Снейп быстро шел по коридору, мысленно перебирая варианты: подвал, малая гостиная, беседка, библиотека.

За последние недели они с Люциусом проверили десятки гипотез, одну безумнее другой, но так и не выяснили, кто стоял за происходящим.

Малая гостиная оказалась пуста.

Снейп прикрыл дверь. Оставалось последнее место — библиотека.

Он остановился перед дверью.

Если они окажутся там...

Нет. Это по-прежнему ничего не доказывало.

Несколько секунд он прислушивался. Тишина. Потом из-за стеллажей у окна донесся приглушенный голос:

— Драко...

Снейп закрыл глаза.

— Мерлин...

Он шагнул за стеллаж.

— Малфой! Я просил не увлекаться.

Малфой и Грейнджер отшатнулись друг от друга. Девчонка вспыхнула и торопливо запахнула рубашку.

— Профессор...

— Потом. У вас три минуты, чтобы привести себя в порядок.

Оба молча кивнули.

— Жду вас в своем кабинете. Нам нужно серьезно поговорить.

* * *

Всю дорогу до кабинета Снейп молчал. Это нервировало.

Нет, профессор и раньше не отличался разговорчивостью, но сейчас что-то изменилось. Он шел быстро, почти не глядя по сторонам, будто боялся потерять мысль.

Драко переглянулся с Гермионой. Та выглядела не лучше.

В кабинете Снейп запер дверь, наложил Заглушающие чары и только после этого повернулся к ним. Несколько секунд он молча разглядывал обоих.

— Садитесь.

Драко опустился в кресло. Гермиона заняла место рядом.

Снейп остался стоять.

Плохой знак.

За годы учебы Драко успел усвоить простую вещь: если профессор Снейп не садился во время разговора, значит, разговор обещал быть крайне неприятным.

— Профессор? — первой не выдержала Гермиона.

— Если вы сейчас мне скажете, что сами, добровольно пришли в библиотеку и у вас вспыхнула настоящая страсть, я поверю в чудо.

Драко и Гермиона переглянулись.

— Нет, сэр, — опустила глаза Гермиона.

— У вас когда-нибудь возникала мысль использовать библиотеку для... романтического свидания? Или чего-то большего?

— Что? Нет!

— Малфой?

— Не сейчас, сэр.

Снейп перевел взгляд с одного на другую.

— И никому ничего подобного вы недавно не говорили? Друг с другом не обсуждали?

— Нет, — осторожно ответила Гермиона.

— Вы уверены?

— Да, сэр, — одновременно ответили они.

— Хорошо.

Он ненадолго задумался.

— Тогда расскажите мне, что произошло сегодня.

— Мы получили приглашения на свадьбу, — первой ответила Гермиона.

— Что было потом?

— Мы обсуждали Поттера. И то, что Волдеморт собирается устроить ловушку.

— Дальше?

— Мне стало страшно.

— Драко?

— Мне тоже, — нехотя признал тот.

— И после этого вас потянуло друг к другу.

Это был не вопрос.

— Да, — тихо ответила Гермиона.

— Но вы пытались остановиться?

— Да, сэр.

— И тогда вы вспомнили мой совет?

Гермиона удивленно моргнула.

— Вы сказали не сопротивляться.

— Именно. Потому что мне было необходимо понять, что произойдет дальше. Вы смогли себя контролировать?

— В начале да, сэр.

— Пока не оказались в библиотеке?

Гермиона вспыхнула.

— Что-то не так, мисс Грейнджер?

Та опустила взгляд и промолчала.

Драко наблюдал за профессором. Тот выглядел крайне напряженным. И... взволнованным? Нет. Ни лицо, ни жесты этого не выдавали. Но что-то подсказывало: разговор будет крайне важным.

— Вы ведь заметили это, не так ли? — неожиданно спросил Снейп.

Драко вынырнул из своих мыслей.

— Что именно?

— То, что Темный Лорд не может причинить вам вред.

Гермиона резко подняла голову.

— Мы думали, нам показалось.

— Вам не показалось. Несколько раз я наблюдал это лично. Про еще несколько раз мне рассказали очевидцы.

— Очевидцы? — нахмурился Драко.

— Люциус. Нарцисса.

В дверь коротко постучали.

— Полагаю, Люциусу надоело ждать в коридоре, — иронично хмыкнул Снейп.

— Северус, — донеслось из-за двери.

— Входи.

Дверь открылась, и в кабинет вошел Люциус Малфой.

Драко невольно выпрямился. Его отец коротко кивнул Снейпу и только потом перевел взгляд на присутствующих.

Грейнджер заметно подобралась под взглядом Люциуса. За последние недели Драко ни разу не видел, чтобы она так реагировала на Снейпа.

— Где? — коротко бросил отец.

— Библиотека, — мрачно ответил Снейп.

— Но этого не может быть. Мы что-то упускаем.

Люциус опустился в кресло.

— Подвал я еще готов понять. Даже беседку. Но библиотека?

— Именно.

— Это еще ничего не значит.

— Значит, — возразил Снейп. — Они никогда не обсуждали библиотеку. Даже не рассматривали ее.

— И ты готов на основании этого сделать такой вывод?

— Я готов признать, что остальные версии работают еще хуже.

— Но это же бред. Он сошел с ума?

— Возможно, — одними губами ответил Снейп.

Драко ничего не понимал, но задать вопрос не решался.

— Мисс Грейнджер? — вздернул бровь Снейп. — И что за озарение только что посетило вашу голову?

Драко и Люциус одновременно посмотрели на нее.

— Говорите, — сухо произнес Снейп. — Я слишком хорошо знаю это выражение лица.

— Простите, сэр. Вы ведь говорите о Том-Кого-Нельзя-Называть?

— И что же натолкнуло вас на эту мысль? — вкрадчиво спросил Люциус.

— Вы сказали, что он сошел с ума. Вот я и подумала...

— Всегда говорил, что ты недооцениваешь девчонку, — усмехнулся Люциус.

— О чем еще вы подумали, мисс Грейнджер? — негромко спросил Снейп.

Гермиона не спешила отвечать.

Драко вдруг понял, что имел в виду Снейп. Такое выражение лица он сотни раз видел в Хогвартсе. Так Грейнджер выглядела, когда знала ответ, но по какой-то причине не решалась его озвучить.

— Вам ничего не угрожает, мисс Грейнджер. — Люциус слегка подался вперед. — Нам действительно интересно, к каким выводам вы пришли и почему.

— Я просто не понимаю свадьбу. Если это ловушка для Гарри, то свадьба ничего не меняет.

— Продолжайте, — проговорил Снейп.

— Он мог объявить, что казнит меня через неделю. Это было бы логичнее. Свадьба бессмысленна.

— Вы правы, мисс Грейнджер. Если цель — Поттер.

— Что это значит? — нахмурился Драко. — Вы хотите сказать, что он хочет чего-то другого? Наказать меня? Мать? Отца? Грейнджер? Я не понимаю.

— Нет, — покачал головой Люциус. — Мы думаем, дело совсем в другом.

— В чем же?

— Сложно сказать. Мы пока не пришли к единому мнению.

— Можно еще вопрос? — спросила Гермиона.

— Задавайте.

— Что происходит? С нами? Я про перемещения и остальное.

— Да, мы называем это приступами Империо-Амортенции, — поддержал вопрос Драко.

— "Мы называем", — хмыкнул Люциус.

— По словам профессора Снейпа я понял, что вы знаете об этом.

— Что ж, думаю, вы имеете право знать, — заговорил Снейп, переглянувшись с Люциусом. — Под такие... хм... приступы попадаете не только вы. Точнее, последний месяц — только вы, но началось все еще в мае.

— И досталось многим, — добавил Люциус.

— Многим? — переспросила Гермиона.

— Многим, — сухо повторил Снейп. — И тогда стало ясно, что мы имеем дело с одной и той же силой.

Драко поспешно отвел взгляд. Это была не та информация, которую ему хотелось знать об отце или профессоре.

— Приступы наваждения со временем изменились, — добавил Люциус.

— Как это?

— Изначально все было проще и грубее, — ответил Снейп. — На первом плане были желание, животное влечение, секс. Без ваших бесконечных перепалок, криков и драмы.

— Иногда мы вообще только ругаемся, — пробормотала Гермиона. — А потом...

— Целуетесь. Мы в курсе, — сухо закончил Снейп. — Интереснее другое — почему он не заставляет вас идти до конца.

— И кого вы подозреваете? — спросил Драко.

— Между собой мы называем его Кукловодом, — ответил Люциус.

— Вы знаете, кто это?

— Вопрос на тысячу галлеонов, — усмехнулся Люциус.

— Вы нашли способ вычислить его? Как?

— Методом исключения, — ответил Снейп.

— Несколько месяцев мы проверяли разные версии, — продолжил Люциус. — А сегодня провели последний эксперимент.

— Какой?

— Мы одновременно подбросили нескольким людям разные идеи, где провести "свидание": подвал, беседка, малая гостиная, еще несколько мест. И ждали, где окажетесь вы двое, — закончил Снейп.

— И кому досталась библиотека? — сглотнул Драко.

Гермиона побледнела.

— Темному Лорду, — наконец произнес Снейп.