У каждого Темного Лорда... (джен)

Предупреждение от автора: осторожно, глава наполнена диалогами и морализаторством. Никакого, извините за выражение, действия.

— Вы. Все. Сдурели, — веско говорю я, обводя взглядом моих, с позволения сказать, соратников. Честно говоря, я не думал, что путь, предложенный Гермионой, покажется привлекательным кому-либо, кроме самой Гермионы (иначе я не вынес бы этот вопрос на общее обсуждение), так что их оживленная реакция стала для меня сюрпризом. — Вы что, действительно полагаете, что я на это пойду?

— Мы полагаем, что это наилучший выход из положения, — поправляет меня Гермиона. — Он, конечно, не единственный, но...

— Но остроумный, — встревает Джордж.

— И быстрый, — поддакивает Рон.

— И надежный, — задумчиво говорит Луна. Вот уж от кого не ожидал!

— Вы точно сдурели! Вам действительно кажется, что мы группой из десяти человек можем ворваться в Министерство и убить Министра, и никто ничего не сможет нам противопоставить? По-вашему, убить человека, пусть даже и злобного придурка, — это весело?! Или главное, что это надежно?..

— Эй, ну что ты, — примирительно говорит Чжоу. — Разумеется, мы не считаем что это весело, хотя решение — само решение, а не собственно убийство! — действительно изящное и не лишено юмора. Но ведь нам действительно надо что-то радикальное делать с Ранкорном, ты же сам с этого начинал, и чем скорее мы что-нибудь сделаем, тем лучше, и если этот выход не подходит...

— То надо искать другой! — рявкаю я. Сам от себя не ожидал таких интонаций. — Нет, ну вы что, правда считали, что ваш хороший знакомый Гарри Поттер пойдет разбрасываться направо-налево Авадами? Вы меня первый день знаете, что ли?

— Ну, — вступает Джордж, — если так подумать, убивать-то тебе не впервой...

Хорошо, что он сам заткнулся. Иначе не знаю, что бы я ему еще сказал.

— Мне действительно довелось убить несколько раз за жизнь. Но это были либо убийства тварей вроде василиска, либо случайные убийства, например, того же Квиррела я убивать совершенно не собирался!.. Я даже Волдеморта убивать не хотел по-настоящему! Если бы он смог раскаяться, и если бы не пророчество... А вы предлагаете мне просто пойти и убить человека?!

— Не просто человека, Гарри, — тихо говорит Невилл, — а того, от кого зависит судьба всей страны... и при ком мы явно будем не слишком-то счастливы. Тебе это не напоминает Волдеморта?

— Не напоминает! Волдеморт был связан со мной пророчеством, убил кучу людей, понаделал темных артефактов и развязал войну. Ранкорн ничего подобного не делает, и в конце концов, есть другие способы сместить его!

— Например, какие? — интересуется Гермиона. Я молчу. Это нечестно. Мы все знаем, что даже если бы я мог придумать способ, то не в такой обстановке и не в таком состоянии.

— Ну, что же, — вздыхает Джордж, — тогда нам остается смиренно ждать, пока кто-нибудь придумает способ, который удовлетворит Гарри. Чистенький и хорошенький способ без насилия и убийств.

Они все-таки доведут меня сегодня. Не до Авады, конечно, но до скандала точно доведут.

— Убийство раскалывает душу! Вы это понимаете или нет? Вы понимаете, о чем вообще меня просите? Даже Северус, мать его, Снейп, Пожиратель Смерти и все такое, беспокоился об этом, хотя ему предстояло убийство исключительно ради всеобщего блага, одобренное его же жертвой. А вы хотите, чтобы я радостно пошел убивать ради власти?!

— Значит, твоя душа уже расколота после убийства Волдеморта? — Гермиона загорается очередным академическим интересом, и как же это не вовремя, просто не передать! Потому что ответа на ее вопрос у меня нет.

— Ну... я ведь не посылал в него Аваду... и даже смерти ему не желал...

— То есть душа раскалывается только при применении Авады? Или просто при преднамеренном убийстве? А если Левикорпусом подвесить, а потом отменить и уронить человека на скалы? А если... — Гермиону совершенно очевидно несет, и сидящий рядом Рон шикает на нее тихонько, пока она окончательно не потеряла связь с реальностью и нас не утянула за собой.

— Значит так, — грозно начинаю я, стараясь не обращать внимание на духоту и красные точки перед глазами, — если кто-нибудь еще хоть раз заикнется мне, что убийство — это простой выход из положения, или что мне не впервой, или... — я замираю, поняв, что в комнате отчетливо пахнет дымом, и чувствую, как Джинни обнимает меня сзади.

— Тише, тише, — шепчет она мне на ухо. — Все хорошо, мы обязательно придумаем другой выход, не надо ничего нам доказывать, мы все понимаем.

Молчавшая до сих пор Ханна Эббот размыкает уста, чтобы потушить многострадальный журнальный столик. Кажется, это я его поджег... фу, как стыдно.

— Ну и здоров же ты людей пугать, — одобрительно ухмыляется Джордж. — Мог бы сразу сказать: не хочу-не буду, мы бы и отстали, а то развел здесь, понимаешь ли, фейерверки...

— Как же, отстали бы вы...

— Ну ладно, не отстали бы... но глумились бы поменьше.

— Вы сами хороши, — заявляет Джинни, усаживаясь рядом со мной. — Видите ведь, что заклинило человека. Некоторые со своей смертностью носятся, как с писанной торбой, все бессмертия ищут, а некоторым вот целостность души покоя не дает...

Все, я наконец-то понял. Просто некоторым в этом доме некуда девать энергию. Говорил же мне Снейп, устрой им тренировки и не распускай, а я как назло то сплю, то после Авады валяюсь...

— Развлеклись, дамы и господа? Молодцы. А теперь все дружно идем на чердак, будем развлекаться другими способами, — если кому-то здесь скучно, то сейчас я им устрою веселую жизнь... чтоб думать не мешали. Я оглядываюсь и замечаю жука, удобно расположившегося на потолке прямо над нами. — Мисс Скитер не приглашаю, там ничего интересного не будет, одни сплошные заклинания.

Ребята встают и выходят из гостиной, и только Луна задерживается рядом, чтобы шепнуть:

— С возвращением, Гарри. А то ты сам на себя был не похож.