Эхо разбитых зеркал (гет)

Душное помещение суда с безразличными лицами кричало о неравноправии.

— Элуин Фэлнор, общим судом Гальтиры вы признаны виновным в деструктуризации мира эльфов и приговорены к изгнанию в земли опустошения, — вынес приговор вытянутый судья с грубыми чертами лица.

— Но, господин судья, мой брат не знал, что его магией наполняются декоративные мечи, а уж тем более не знал, что они способны открывать порталы в другие миры! — совсем юный Велис не знал, что ему делать. Его привычно собранные волосы серой дымкой укрывали спину, скрытую под пиджаком для конной езды. Ему даже не сказали о суде над братом, он узнал случайно, от прислуги, когда тренировался езде на участке около замка. И только из-за статуса первого принца ему разрешили присутствовать на судебном заседании, куда пригласили кучку зевак и газетчиков.

— Ваш брат с помощью вашей подруги распространил опасные предметы по всему миру, по нашей Гальтире! Он открыл порталы в другие миры, из которых пришли монстры и уничтожили наши плодородные земли! — небрежно плевался слюной в возмущении одетый в дорогой деловой костюм мужчина с брошью знатного рода. К сожалению, из высокого у него был только статус. Человечностью там не пахло совершенно.

— Но ведь никто не пострадал, а эльфы способны общими усилиями восстановить пострадавшие земли! — Велис понимал, что его слова уже ничего не значат, но он хотел быть поддержкой для брата до самого конца. У юного Фэлнора еще не было власти, он был принцем, но последнее слово за равнодушным отцом, который даже на суд не явился, выражая публичное презрение своего же ребенка.

— Не оправдывайте своего брата, Даэлвелис, не будь вы наследником нашего короля, мы бы отправили вас за суету в суде туда же, куда и вашего брата, — в том же ледяном, но властном тоне молвил судья. — Кстати говоря, Каланта Илидорин пополнит ряды изгнанников.

Опустившуюся тишину в овальном зале нарушил смех из потрескавшихся уст Элуина. От одного вида на него по коже мурашки бежали. Он выглядел так, будто бы ему даже воды попить не давали, что уж говорить о грязной одежде.

У Велиса кольнуло в груди, он никогда не видел брата таким… Он сжал кулаки, желая разнести всё в пух и прах, вызвать хотя бы любую другую эмоцию у напыщенного судьи, который почему-то не упоминал, что владельцы мечей тоже в ответе за причиненный хаос, ибо мечи открывали порталы в миры, которые воображал себе владелец. Даэлвелис горько усмехнулся. Он понял, почему от брата избавляются: высшим чинам мира эльфов было выгодно владеть мечами, и не было выгодным, если производитель сделает еще «волшебных палочек», и те скупит кто-то еще. Прямо после суда начнется погоня за мечами: кровавая, грязная, кошмарная, поднимающая на всеобщее обозрение прогнившую суть когда-то созданных для благополучия планеты эльфов.

— Вы устроили весьма дерзкое представление, — отсмеявшись, достаточно дерзко заговорил всегда терпеливый Элуин, в глазах которого больше не горел яркий свет. Они меняли цвет по настроению, и сейчас в них клубился серый дым отчаянья. — Я бы вам поаплодировал, но мои руки скованы в очаровательных кандалах. У меня с детства не было выявлено магических способностей, а когда я решил выйти из зоны игнорирования всем миром и просто стать свободным от давления ноши семьи, на меня навешали сказочные обвинения, притянутые за уши. Вы столь сильно стыдились меня, считая бесполезным эльфом, что решили избавиться так грязно? Комплекс неполноценности излечим психологическими методами. К сожалению, у меня нет должного образования, мне его никто не предоставил. Будь оно, быть может, помог бы вам. Или нет.

«Ты почти прав, брат мой, но ты слишком хороший, чтобы понять всю чудовищность глубины ситуации», — подумал Велис, пытаясь унять бурю эмоций. От него могли избавиться в любую минуту, и тогда было бы некому вытаскивать брата. Он должен был мыслить здраво, без очевидной ярости.

— В качестве доказательства вашей вины мы изгоним вас в пустующий мир вашим же искусством, — вышел на сцену «палач» с мечом из древа.

— Валяйте, самому интересно стало, — зашелестели цепи, ведь Эл хотел развести руки в стороны.

— Нет, постойте! — прокричал Даэлвелис, и на его крик, прозвучавший уже в реальности, прибежал вполне собранный Селтир с чашкой успокаивающего чая. Комната лекаря находилась совсем рядом для его безопасности. Замок был огромным, и хоть из-за репутации Велиса к дому Фэлноров никто в здравом уме не приближался, безмозглые смельчаки, всё же, находились. Обычно они мстили за тех, кого эльф отправлял в иные миры без права на возвращение. Стоило получить законную власть, король рода Фэлнор начал масштабную чистку тех, кто, пользуясь мечами изгнанного брата, вершил ужасающие вещи. Он собирал мечи и запирал их в своем замке, в месте, которое защищалось лучше всех других помещений.

— Что нам делать с той девушкой, которой вы дали кличку Каланта? — приняв обратно наполовину пустую чашку, задал вполне логичный вопрос Селт, ведь после битвы его господин сразу же рухнул на кровать, будучи измотанным просьбами подлетевшего к ним экстримщика, молящего организовать в их королевстве горнолыжный курорт. — Только не говорите мне, что забыли? Куда вы ее хоть отправили?

— В пыточную.

— Господин Даэлвелис, вы серьезно отправили девушку в место с одним единственным окошком? В место, где шаман аборигенов читал заклинание на неизвестном языке? А если он его проклял? Если…

— Селт, голова от тебя болит, — закрыл уши небольшими подушками Велис, — неужели ты думаешь, что проклятия могут завладеть нашим замком?

— Ну да, я забыл, вы хуже любого проклятия, — буркнул подчиненный, хмуро рассматривая свои очередные новые тапочки цвета сахарной пудры.

Стянув с высокой кровати пушистый мягкий плед и взяв с собой одну из подушек, в бархатистом плотном халате с колпаком для сна на голове Велис, шумно шлепая тапками, будто ластами по полу, направился к пыточной.

— Даже у моего господина есть сердце, — радуясь доброте хозяина, машинально отпил из чашки Селт, тут же выплевывая отвратительный чай обратно. — И как эта гадость его успокаивает? Жуть.

Оставив позади мрачные коридоры и множество дверей, Даэлвелис опустился к помещению, в которое отправлял некоторых врагов. Напыщенные эльфы не выносили пыли, хлада и полумрак, а отсутствие каких-либо орудий пыток со словами ужасов на стенах оказывали на «гостей» психологическое давление. Бороться с подлецами было проще из-за их предсказуемости, но Фэлнор отправил сюда девушку машинально, защищая от ядовитой стрелы, выпущенной тогда на поле битвы. Отворив тяжелые массивные двери со скрипом, брюнет вошел в темное помещение, куда даже не доходил толком свет огромной луны. Хлопнув в ладоши, он задействовал скрытую систему освещения, и комната утонула в ярком голубом свете. Каланта сидела с пустующим взглядом, поджав под себя коленки, думая о своей пакостной судьбе. Она настолько ушла в себя, что оставила без внимания, как Велис расстелил принесенный плед, бросил на него подушку и улегся, как барин, будто бы приказывая:

— Рассказывай, где мой братишка.

Его небрежная, но, вместе с тем, властная речь вывели деву из дум, и всякая усталость померкла, сменяясь алеющим пламенем ярости.

— Не боишься, что я удушу тебя твоей же подушкой? — мрачно произнесла девушка, поднимаясь на ноги. Она сражалась с тем идолом в своем мире, он разрубил ее любимую гору, куда она уходила от чокнутых психопатов для проветривания мыслей, он… Элуин почти втерся в доверие к ней, они даже успели поговорить по душам, а потом он решил снова с ней подраться, будто бы у него было раздвоение личности.

В порыве битвы он прочертил какой-то корягой в воздухе овал и вытолкнул ее в портал, где неизвестный мир принял ее безжизненной пустыней, какой почти стала ее родная Земля две сотни лет тому назад. Больше суток без еды и воды она плелась по тем землям, — не так она себе представляла иссекай из популярных комиксов… И когда надежда почти угасла, спасительное окно открылось. Лана не думала, она шла на порыве инстинкта самосохранения, потому, игнорируя закинутого в пустынный мир мужчину в таинственных одеждах, она нырнула в портал, начиная ликовать… Но это оказалась не ожидаемая Земля, это был новый мир, еще хуже. Здесь тоже были ненавистные эльфы, тоже вели себя непредсказуемо, тоже раздражали до жути…

— Я похож на эльфа, который чего-то боится? — выгнул бровь Велис, рассматривая «корябушки» на стенах. — Ты решила помолчать, чтобы я, наконец, поспал? Эй…

Второе дыхание, открывшееся у девушки, потухло на полпути, и она бессознательно рухнула на холодный пол, не слыша, как Фэлнор зовет Селтира на помощь.

* * *

— Господин Даэлвелис, вы ужасное создание, — позволил себе максимальную честность Селтир, обволакивая тело лежащей на кровати в гостиной девушки облаками. Он знал, что Велис зависим от его дара, и потому юноша будет жить хотя бы до конца осмотра. — Вы же ей плед несли, вроде, по душам поговорили хоть?

— Я его вообще-то для себя взял, — без капли стыда, скрестив руки на груди, не оправдывался брюнет. — Не я виноват, что она такая хилая.

— Вообще-то и вы тоже, Господин, — входил во вкус лекарь, — она правда ваша знакомая?

— У меня, по-твоему, никогда друзей не было? — Велис изогнул бровь, скользнул взглядом по бледному лицу Каланты, что была как две капли воды похожа на их с Элуином подругу детства…

Семья Каланты Илидорин занималась продажей уникальных вещей, и когда Элуина отец сместил с права наследования престола, наградив хладом, беловолосый юноша занялся изготовлением декоративных мечей из дерева, которые позже он продал с помощью Каланты. Власти его лишили не просто так. У каждого эльфа на седьмой день рождения открывается магический дар, определяющий его будущее. Способностями жителей Гальтиры наделяла сама планета, ведь ее благополучие напрямую зависело от деятельности эльфов. В день их с Велисом рождения у Элуина не было выявлено каких-либо способностей… Хладнокровный отец сразу же отрекся от дитя, сделав ставку на второго, который не особо мечтал быть владыкой.

Даэлвелис особо не помнил своей мечты, он лишь хотел, чтобы однажды его брат стал свободным. Эл вырос с няней, не получил должного образования, занимался творчеством, мечтал заработать на своих мечах, дабы сбежать от отца вместе с Даэлвелисом, но… В мечах пробудилась скрытая сила, открывающая порталы в иные миры, и наступил хаос. Мечи уже были проданы, попали в руки коллекционеров или к не самым хорошим эльфам, потому Велис рос, набираясь сил, зная, что его брата убрали не просто так, что некоторые из верхушки уже решили, как используют силу мечей. Каланту изгнали вслед за Элуином, правда, через целых пять лет, так как девушка скрывалась, избегая даже Велиса, будто бы ей было, что скрывать...

Род Илидорин проклинал Фэлноров за дочь, а все их сделки в экономических кругах были кристально чисты, что поводов докопаться просто не было. И вот Каланта появилась перед Велисом, еще и относилась враждебно… Как тут не выйти из себя?

— Господин Даэлвелис, я понимаю, что вам грустно из-за переосмысления одинокой жизни, но у меня есть важный вопрос.

— Валяй.

— Ваша Каланта была эльфом? — волосы Селтира коснулись его плеча, ложась волной на белоснежные одежды, ведь он слегка наклонил голову набок, задумавшись.

— Да, как и все семейство Илидорин.

— Понимаете, — Селтир развеял магию, осторожно убирая волосы девушки за уши, — эта девушка не эльф.

— Да ну, что за бред, может, ей уши отгрызли, — в одном тоне выдал гениальное заключение Велис.

— Господин, в ней нет и капли магии, — всматриваясь в болезненные черты лица девы, произнес юноша.

— У нее меч моего брата, который умудрилась даже через суд стащить Каланта.

— Вам нужно поспать, — синие глаза вонзились в алые немым упреком.

— Да как я тут усну теперь?

— Уж простите, но сказка на ночь не входит в мои полномочия. Идите в свою комнату, я позабочусь о пациентке, а утречком мы обсудим все важные моменты, — Селтир мысленно ударил себя по лбу. Трижды.

— Хм, сказку на ночь мне еще никто не читал, — задумался Велис, кутаясь в свою любимый зеленый халат. — А у нас в библиотеке есть такое чтиво?

— О, Боги…