Гарри — дракон, и это не проблема (джен)

Где-то через час дождь почти прекратился, но небо оставалось затянуто тучами. К тому же солнце успело сесть, и стало довольно темно, даже темнее, чем во время бури.

Гарри не был настолько уверен в своих навигационных способностях, чтобы искать Хогвартс ночью, при столь низко нависающих тучах, и в особенности при незнании того, откуда начинал. Он вполне мог пролететь мимо Хогвартса, и тогда ему требовалось лететь обратно на юг; мог оказаться к востоку от замка, а мог даже не долететь, и тогда ему нужно было продолжать путь на север.

Всё это было довольно сложно.

Гарри был уверен, что его друзья тоже волнуются, но могло пройти немало времени, прежде чем они вспомнят, что могут послать к нему Ядвигу с письмом.

Но всё же, рассудил молодой дракон, всё легко могло быть хуже.

Он взял сосновую ветку, обнюхал её, а затем обкусал почти все отходящие от неё маленькие веточки. Затем, мгновение поколебавшись, дохнул на один из концов ветки гиацинтовым пламенем.

Результат получился неплохим, и его было определённо легче объяснить маглам (если он встретил бы их), чем свет от волшебной палочки. Конечно, обычно огонь не был голубым, но он мог списать это на реакцию с сосновой смолой.

Ещё поразмыслив, Гарри наконец решил сделать второй факел и отметить область на земле узором гиацинтовых огоньков, чтобы иметь возможность легко вернуться к точке старта. Всё это немного напоминало решение проблем, с которыми сталкивались Невилл и остальные при их игре в "Подземелья и драконы", хотя Гарри предпочёл бы решать подобное в знакомом подземелье Хогвартса, а не в неизвестной части Шотландии.

* * *

Гарри как раз подыскивал хорошее, достаточно свободное от деревьев место для взлёта, когда услышал позади покашливание.

— О, гм, здравствуйте, — сказал он, поворачиваясь. — А вы не знаете...

Он хотел спросить "А вы не знаете, где я нахожусь?", но открывшееся взгляду зрелище заставило его осечься.

— Чего не знаю? — спросил кентавр — мужчина до пояса и конь ниже. Волосы и борода его были рыжими, лошадиная часть — каштановой, а талию обхватывал кожаный пояс с несколькими прикреплёнными мешочками.

— Извините, — сказал Гарри. — Я никогда раньше не встречал кентавра, и немного удивился.

— Вы, верно, Гарри Поттер, — произнёс кентавр. — Я никогда прежде не встречал говорящего дракона. но Рубеус Хагрид рассказывал мне о вас.

— Вы знаете Хагрида? — обрадовался Гарри. — Здорово; тогда вы, наверное, знаете, где замок Хогвартс!

— Знаю, — подтвердил кентавр. — А также знаю, что ваш директор именует лес, в котором мы находимся, запретным.

— Я летел обратно в замок, но буря сбила меня с курса, — объяснил Гарри, а потом сообразил, что проявил невежливость. — О, извините, а как вас зовут?

Кентавр поклонился:

— Я — Ронан.

Он обратил взгляд к небу, затем снова посмотрел на Гарри. Последовало долгое молчание, и Гарри ощутил неожиданное желание кашлянуть.

— Меркурий сегодня довольно ярок, — наконец сказал Ронан. — Но Марс пребывает в тени.

Гарри тоже поднял взгляд... и ничего не увидел: небо по-прежнему закрывали тучи.

— Э-э... — он не желал показаться ещё более грубым.

Ронан хмыкнул. Смешок прозвучал чуть похожим на лошадиное ржание, но, может, лишь потому, что Гарри ожидал подобного.

— Планеты и звёзды не так уж сильно меняются за один день, Гарри Поттер, — пояснил он. — Я смотрел на них прошлой ночью.

— И... что это означает? — спросил Гарри. — Что Меркурий яркий, а Марс — нет.

— Марс — провозвестник напастей, а Меркурий — перемен. Но мудрый Сатурн также покоится в небесах, ниже Меркурия.

— Так значит, определённые события происходят только в определённые дни? — предположил Гарри.

— И чему вас только учат в вашей школе? — спросил кентавр, в чьём голосе прозвучала лёгкая ирония.

— Ну, нам преподают астрономию, — сказал Гарри. — Но там нам рассказывают, что планеты довольно предсказуемы, и вполне можно прикинуть, как они будут выглядеть через несколько лет. Если они как-то и предсказывают будущее, то это проходят на прорицаниях, а я туда не хожу.

Снова последовало длительное молчание. Гарри чуть поправил рюкзак, чтобы на него не попадала вода.

— Довольно странно слышать, что вы, Гарри Поттер, решили не брать прорицания, — наконец сказал Ронан. — Но отрадно знать, что астрономия вам преподаётся.

Он взмахнул рукой:

— Пойдёмте. Ваш замок в той стороне.

Дождавшись, пока Гарри, соберёт вещи, мужчина (или жеребец?) двинулся в указанном направлении, постепенно ускоряясь. Гарри едва поспевал за ним; заметив это, кентавр перешёл с быстрой рыси на среднюю, ведя его среди деревьев и кустов, вверх и вниз по холмам, по влажному краю болотистого участка...

— Кстати, а почему в Хогвартсе нет ни одного кентавра? — спросил Гарри.

Ронан остановился так резко, что Гарри чуть в него не врезался. Затем повернулся, смерив Гарри пристальным, долгим взглядом.

— Что, — сказал он.

Это явно был вопрос, пусть он так и не звучал, и Гарри поспешил объяснить:

— Понимаете, среди учеников есть сфинкс, и двое кицунэ, и селки, и одна из волчьей стаи из этого леса, и трёхголовая собака. Мне думается, кентавр бы отлично вписался.

Ронан смотрел на него ещё несколько секунд, затем покачал головой и продолжил путь.

Гарри был рад, что прояснил вопрос.

* * *

Различать дорогу в ночном лесу было очень сложно, даже когда тебя сопровождал кентавр, живший здесь, вероятно, всю жизнь. Гарри очень старался, но всё равно не понимал, почему одна тропа лучше другой, или почему они огибают холм, а не поднимаются на вершину.

С другой стороны, в том же Хогвартсе тоже было сложно ориентироваться, пока ты не прожил там достаточно долго и не научился хотя бы понимать, на каком ты этаже. Так что, возможно, Ронан знал, где они относительно остального леса, и понимал, какой дорогой лучше идти к Хогвартсу.

— А для предсказания будущего имеет значение, что звёзды очень далеко? — спросил Гарри, когда они замедлили шаг, идя через густой кустарник. — Свет некоторых из них идёт сюда много сотен лет.

— Мы читаем звёзды, чтобы видеть будущее, написанное на всём небосводе, — ответил Ронан. — Какое дело звезде, сколько времени проходит, пять лет или пятьсот?

Гарри раньше не думал об этом так, и рассудил, что некоторый смысл тут имеется. Хотя... не излишне ли вселенная старалась, предсказывая события на одной-единственной планете?

Или он смотрел на это с неправильной точки зрения?

— И они предсказывают будущее для любого места на планете? — спросил он.

— Возможно, вам всё же следовало взять прорицания, — заметил Ронан со смешком.

Тут послышался цокот копыт, и из-за деревьев появился другой кентавр. Этот был моложе, с крайне бледными волосами и соловой масти.

— Ронан, — с облегчением выдохнул он, опуская огромный лук, который держал в руках. — Рад видеть, что ты в безопасности.

— Тебе не стоит бояться за меня, Флоренц, — ответил Ронан, и новоприбывший кентавр последовал за ним, перейдя на ту же среднюю рысь. — Я умею избегать опасных областей леса.

— В эти дни весь лес выглядит опасным, — сказал Флоренц, чуть понурив голову.

— Не знал, что кентавры используют длинные луки, — подал голос Гарри. — Это не неудобно? О, кстати, я — Гарри Поттер.

— Приятно познакомиться, Гарри Поттер, — ответил Флоренц, чуть поклонившись на ходу.

Он поднял ногу и, оперев лук на бабку, чуть согнул его одной рукой. Затем снял тетиву другой рукой, свернул и спрятал в мешочек на поясе.

— Мы справляемся, — добавил он затем, теперь неся основную часть лука параллельно телу. — Может, мы и выглядим как простое соединение человека и лошади, но наша природа не так проста.

Ронан фыркнул:

— Очень надеюсь, что Бэйн тебя сейчас не слышит, Флоренц.

— А он считает иначе? — осведомился Флоренц с еле заметной улыбкой.

— Пожалуй, будет лучше, если Бэйн просто не узнает про события этой ночи, — задумчиво сказал Ронан. — Не желаю представить, как он отреагирует на идею, что кентавр может учиться в человеческой школе.

Гарри ощутил желание испустить полный досады вздох. Похоже, "Доведённые из Аксбриджа" были не только среди людей.

* * *

Прошло ещё минут двадцать, прежде чем они наконец вышли на опушку леса, и Гарри с облегчением улыбнулся, увидев впереди знакомую громаду Хогвартса.

— Спасибо вам обоим, — сказал он, повернувшись к Ронану и Флоренцу. — Вы спасли меня или от ночи в лесу, или от множества столкновений с деревьями.

— Тогда очень хорошо, что мы вам помогли, — заметил Флоренц. — Деревьев в лесу всё же ограниченное количество.

— Постарайтесь снова не теряться. — добавил Ронан. — Вам может повезти меньше. Лес — довольно опасное место.

Гарри пообещал, что постарается, и, попрощавшись, полетел к дверям замка.

* * *

Как он и опасался, просто зайти в двери и подняться в башню Гриффиндора у него не вышло. Он опоздал к отбою, и друзья начали за него волноваться, — как оказалось, Хагрид даже пошёл его искать, но Гарри по пути к замку с ним разминулся.

На лице профессора Макгонагалл читались одновременно гнев и тревога, пока она отчитывала его за опоздание. Гарри признал, что действительно опоздал, но постарался объяснить, что это случилось лишь из-за попадания в бурю, так что он не полностью виноват.

К некоторому его удивлению (и к куда большему удивлению Фреда с Джорджем), декан не стала назначать ему отработку, согласившись, что опоздание было не злонамеренным. Однако Гарри было наказано впредь внимательнее следить за погодой при полётах, а также написать эссе о способах передать сообщение в Хогвартс и/или вернуться в Хогвартс на случай, если такая ситуация снова произойдёт, — причём до того, как он отправится в магловский город снова.

Это вызывало лёгкую досаду, потому что напоминало наказание, а профессор Макгонагалл согласилась, что вина в основном лежала на погоде. Но потом Гарри сообразил, что это также необходимо, чтобы у него были способы разрешить ситуацию, если она повторится снова.

Хагрид вернулся через несколько минут, вместе с опечаленной Норой (которая помогала ему искать), и Гарри пришлось выйти наружу, чтобы объясниться.

Нора тщательно его обнюхала, осмотрела с лап до головы, а потом объявила, что он — "Гарри!", и заключила в объятия.

— Спасибо, что пошла меня искать, — ответил Гарри чуть придушенно: объятия Норы сегодня были особенно крепкими.

— Я помогала? — спросила Нора.

— Помогала, — сказал Хагрид чуть резче, чем обычно. — Хорошая работа.

Тут прилетела Ядвига с письмом для Гарри, затем прибежал Бродяга, и профессору Макгонагалл попросила всех просто позволить наконец мистеру Поттеру идти в гостиную.

* * *

По какой-то не вполне понятной Гарри причине, когда он зашёл в гостиную, все или издали возгласы вроде "вуу-хуу!", или зааплодировали.

Это походило на особое, тайное волшебство, которым каким-то образом владели все школьники на свете. Ещё одним его проявлением были игры на площадке у начальной школы, в которые играло, верно, не одно поколение, но которые никогда не появлялись в книгах, написанных взрослыми.

Хотя, возможно, Гарри просто надумывал.

Несколько гриффиндорцев спросили, что именно произошло, и Гарри объяснил им, что на обратном пути из Форт-Уильяма заблудился из-за бури. Он также упомянул, что встретил кентавров, и это, судя по реакции выросших в волшебных семьях, было достаточно впечатляюще.

У него ушло почти пять минут, чтобы присоединиться к Рону, Невиллу, Гермионе и Дину, и когда он добрался до их стола (одно из кресел рядом с которым было шире, чтобы Гарри мог сидеть со всеми четырьмя лапами), Рон первым делом извинился.

— Гм, — Дин бросил на Рона осторожный взгляд. — Не знал, что ты умеешь вызывать грозы, Рон.

— Да не в этом дело, — объяснил Рон. — Я не сразу заметил, что ты опаздываешь, а когда заметил, не сразу сообразил, что могу послать тебе Ядвигу с письмом. И вспомнил только несколько минут назад.

Гарри чуть пожал крыльями:

— Кажется, все остальные тоже об этом не подумали.

— Но ты мне об этом говорил, когда впервые собрался лететь в Форт-Уильям! — воскликнул Рон. — И я чувствую себя редким дурнем, что забыл.

— Ну, мне задали написать эссе о том, как можно решить подобную проблему, — сказал Гарри. — Обязательно напишу и об этом.

— Профессор Макгонагалл точно не спутала тебя с Гермионой? — спросил Невилл. — Такое бы скорее задали ей, чтобы она не паниковала.

Гермиона проворчала что-то про стереотипы.

— Кстати, Дин, я ведь купил тебе альбом, — сказал Гарри, вспомнив, зачем вообще летал, и полез в рюкзак.

Отдав Дину альбом, он затем достал очки и водрузил их на морду, а потом выложил на стол книгу "Spelljammer".

— Э-э... — Невилл озадаченно посмотрел на обложку. — Рон, это так обычно выглядят космические корабли?

— Нет, они похожи скорее на большие самолёты или ракеты, если должны уметь летать через атмосферу. Или имеют всякие придатки с панелями, если не должны, — ответил Рон. — Серьёзно, что это?

— Книга, которую я нашёл в букинистическом, — ответил Гарри. — Я ей зачитался, забыл про время, вот и попал в грозу. А эти корабли... с их помощью в мирах "Подземелий и драконов" летают в космос.

— Ты говорил, что во "Властелине колец" есть что-то похожее, — вспомнил Рон. — Если человек поплывёт на запад, то оплывёт вокруг мира, а если поплывёт эльф, то как бы... уйдёт в небо?

— Честно, я так и не понял, как оно работает, — признался Невилл. — Что, если на одном корабле будут человек и эльф?

— Наверное, зависит от того, Кольценосец ли человек, — ответила Гермиона. — А были вообще люди-Кольценосцы? Кажется, нет.

— Но мне интереснее, можно ли на самом деле сделать что-то такое, — Рон постучал пальцем по обложке. — Хотя выглядит он глуповато. Там есть другие?

Гарри открыл книгу и начал листать, вскоре показав Рону изображение другого корабля. Этот скорее напоминал обычный парусник, вроде кораблей из "Ласточек и амазонок", только крупнее, и с несколькими модификациями.

— Ну, существуют чары головного пузыря, — пробормотал себе под нос Рон, рассматривая его. — И, может, какие-нибудь руны могут не дать дереву взорваться или типа того?

— Если и да, то эти руны будут крайне сложными, — заметил Гарри.

— Знаю, — согласился Рон. — Но как бы это было круто!

— В вакууме ты и сам можешь взорваться, — заметил Невилл.

— А скафандры на что?

* * *

На следующий день, к радости Гарри, всё ощущалось более-менее нормальным. Люди всё ещё судачили о том, как он заблудился, но это скорее напоминало обычные пересуды по поводу интересного события. А уроки остались прежними.

На трансфигурации они принялись более глубоко изучать тему с предыдущего курса, а именно обменные чары. Профессор Макгонагалл более подробно говорила об их применениях, а также опасностях и том, что при неправильном наложении этот вид чар особенно трудно обратить.

Она упомянула, что один ученик прожил три месяца с кошачьими ушами, прежде чем его наконец удалось расколдовать, и все поёжились.

Гарри предположил, что подобные эффекты связаны с недостаточной концентрацией. Почти как с чарами Патронуса, где сосредоточенность была одним из ключевых компонентов, и если ты думал о чём-то не том, то заклинание не срабатывало или даже получалось неправильно.

Хотя это была лишь догадка.

* * *

— Эй, Поттер, — сказал Драко, подойдя к гриффиндорскому столу за обедом. — Каково оно было — потеряться в лесу?

— Немного раздражало, — ответил Гарри. — Я даже не мог скоротать время за чтением, потому что шёл дождь.

— И ты что же, даже не боялся?

Гарри покачал головой:

— Да нет. Было темно, конечно, но ничего страшного я не увидел. Если подумать, я даже не знаю, есть ли там что-то страшное.

От такого ответа растерялся не только Драко, и Гарри продолжил:

— Обычно говорят, что в Запретном лесу живут оборотни, но ведь на самом деле это варги вроде Юны. А мы с ними уже знакомы, они на её первом курсе приходили на рождественский ужин.

— Ты что же, не боишься Запретного леса? — спросил Драко. — Думаешь, что правила на тебя не распространяются, раз уж ты отвертелся от отработки?

— Но я ведь не собирался залетать туда, — возразил Гарри. — Я просто не знал, как попасть обратно в Хогвартс.

Однако у него сложилось ощущение, что Драко не слушает.

Когда через пару-тройку минут слизеринец ушёл, Гермиона мимолётно улыбнулась Гарри.

— Здорово у тебя это получается, — сказала она. — Не давай ему себя поддеть, он постоянно этого хочет.

— Думаешь? — спросил Гарри. Поразмыслив некоторое время, он пожал плечами: — Если и так — он в этом не слишком хорош.

* * *

В следующие несколько дней Гарри, помимо уроков, домашней работы и клубов занимался также заданным ему эссе — сначала планированием, потом поиском информации, а затем и написанием.

(Естественно, полететь в Форт-Уильям, чтобы поискать информацию ещё и там, он не мог, но в любом случае придумал несколько магловских методов, обещающих сработать.)

Первым делом он написал о том, о чём уже думал заранее. Например, как он мог брать с собой сквозное зеркало, чтобы вызвать Сириуса или кого-то в Хогвартсе; так бы он не вернулся, но люди узнали бы об опоздании и смогли бы применить один из прочих методов.

Альтернативой зеркалу было радио; Гарри упомянул, что радиоприёмники работают даже в Хогвартсе, но пользоваться подобным методом связи следует осторожно, ведь маглы могут услышать что-то, нарушающее Статут секретности. Вспомнив, что передачи колдорадио маглы никогда не перехватывают, Гарри потратил полчаса в библиотеке, ища возможности создания волшебной рации.

К сожалению, в итоге это пришлось записать лишь как потенциальную возможность.

От радио он перешёл к мобильным телефонам, а также к спутниковым; те, судя по слышанному с новостях, работали через спутники, и поэтому принимали сигнал даже там, где этого не могли обычные мобильники. Он уточнил, что этот способ вряд ли позволит ему связаться с волшебниками (разве что с кем-то вроде Теда Тонкса), но он сможет позвонить в магловские службы экстренной помощи, если будет знать, что не находится где-то вроде Запретного леса.

Ещё поразмыслив, Гарри также добавил в список чары Патронуса, упомянув. что как раз их осваивает. Они не покажут, где он находится, но через них он мог попросить послать ему сову.

По сути, немалая часть методов сводилась именно к последнему.

Закончив с этим, Гарри перешёл к более нестандартным способам. Он упомянул навигацию по компасу, с помощью которой мог хотя бы определить примерное направление полёта, или (Гарри даже мысленно обругал себя, что раньше не подумал об этом) поиск железнодорожной ветки, ведущей к Хогсмиду. Она проходила как раз недалеко от Форт-Уильяма, найти её было легко, и, следуя вдоль неё, он не рисковал заблудиться.

Потом Гарри упомянул, что может также лететь вдоль берега моря на север, и в определённом месте свернуть на восток, прямо в Хогвартсу. Также он записал возможность полететь на северо-запад, пока не найдёт Скай или Кайл-оф-Лохалш, оттуда — на север, чтобы найти Портри, а там попросить кого-нибудь из "Первенцев Портри" воспользоваться их камином.

Когда он записал это, было уже довольно поздно, но Гарри не хотел останавливаться, пока у него не иссякнут идеи. Он даже достал Карту Мародёров для вдохновения, и как раз писал о возможности создания очень большой Карты, которая показывала бы себя и какую-нибудь точку в Хогвартсе, что позволило бы использовать её для навигации... когда заметил кое-что странное.

Поздним вечером на Карте всегда двигалось несколько точек; в основном это были префекты, совершающие свои обходы. Но Гарри знал по именам всех префектов, как и немалую часть прочих учеников. Он не припоминал в школе никого по имени βασίλισσα, а такое имя он бы наверняка запомнил, — и двигалась точка с этим именем совсем рядом со спальней Норы.

Переписав греческие буквы на свободный клочок пергамента, Гарри снова перевёл взгляд на Карту. К его немалому удивлению, точки и след простыл.

— Ксенографиа, — произнёс он, стукнув палочкой по пергаменту с записанным именем.

Пергамент засветился, и рядом с ним появился другой. С единственным словом —

Царица

Что это могло означать?