Гран-тур мистера Фицуильяма Дарси (джен)

В Москву,

в дом Его Сиятельства

графа Ильи Андреевича Ростова,

горничной девке Катерине Ивановой

Любезная моя жена Катерина!

Объясни мне, Бога ради, что Его Сиятельство опять учинил? Получил третьего дня письмо от Дмитрия Васильевича, требует платежи вперед за два года. С чего вдруг так сильно деньги понадобились? Его Сиятельство свои именины отметил на широкую ногу, опять пол-Москвы напоил и накормил? Бал давали или спектакль устраивали?

А скоро Натальины именины, снова пол-Москвы созовут. В эту прорву сколько денег не кидай, не накидаешься. Помнишь, в театральные времена как ни представление, так в подмосковной потом стон стоял, а на конюшню очередь недоимщиков.

Еще хорошо, что молодой барин Николай Ильич в армию собрался, всё же меньше будет уходить на пьянки и гулянки. Хотя, думаю, и оттуда требований срочно прислать денег долго ждать не придется. А ведь барышни подрастают, скоро начнут по балам возить. И опять деньги понадобятся на наряды.

Ладно, не в первый раз выкручиваться. Попросил у хозяина сто пятьдесят рублей в счет аванса, Дмитрию Васильевичу выслал двести, а там попробую поторговаться. Сходи к Тарасу Никитичу, выясни, не надо ли ему чего по кухонной части. Хозяин мой платит по счетам так исправно, что поставщики друг друга только что не локтями расталкивают. И вина, и сыры, и страсбургский пирог могу предоставить по сходной цене. Скажи Тарасу Никитичу, что мне пойдет в зачет оброка, а разницу разделим.

Когда просил у хозяина деньги, пришлось объяснить наши обстоятельства. Он очень удивлялся. У них в Англии с мужика больше, чем заранее договорились, стребовать нельзя, и сроки сдвигать нельзя. А если хозяин попробует, то мужик просто от него уйдет. А может и в суд подать. Я только вздохнул.

С хозяином мне в этот раз сильно повезло. Человек хотя и молодой, но основательный, а ума уже сейчас в голове больше, чем Его Сиятельство за всю свою жизнь нажил. Засел русский язык учить, ходит к нему один учёный поп и они всё утро на разные лады слова повторяют. И со мной пытается по-русски говорить, хотя слова и коверкает, но старается.

И не пьет. По театрам и вечерам ездит, как и положено. Он человек знатный, его повсюду зовут, даже самому государю ездил представляться. Но возвращается всегда на своих ногах, а чтобы из кареты пришлось выносить, такого не было ни разу.

И по женской части тоже себя блюдет. Я ему, как полагается, дал понять, что ежели потребуется дамское общество, то это всегда можно устроить. Он отмахнулся, сказал, что этого не надобно. И верно, возвращается один, а букеты с подарками посылает только в приличные дома.

В их английскую церкву ходит каждое воскресенье с утра. Счета проверяет самолично каждую неделю, в траты вникает, платить распоряжается неотложно. Не я теперь от поставщиков прячусь, а они за мной бегают, не нужно ли господину Дарси еще чего.

Со слугами говорит вежливо. Ни разу голоса не повысил, а чтобы руки распускать, такого у него и в заводе нет. Дядьку своего по имени Пул, который из старых слуг и любит поучать, уважает, на ворчание его только головой кивает и улыбается.

Пул рассказал, что мать его была графская дочка, но рано умерла, а воспитывал отец. Хороший, видно, человек, сумел сына на правильный путь наставить. Пул сказал, что иначе нельзя, у него же большое поместье будет, ему за людей отвечать. Вот ведь как бывает!

Мною господин Дарси доволен, уже сказал, что как поедет по России, хочет взять с собой, коли соглашусь. Конечно, соглашусь, такого хозяина редко встретишь.

Если бы молодой барин Николай Ильич на него хоть вполовину походил, какое было бы счастье! Но, может, еще остепенится.

Ты себя береги, графине во всем угождай, а Татьянке передай, чтобы лучше старалась. Я о вас каждый день думаю. Господин Дарси вроде бы собирается в Москву. Коли собёрется, свидимся.

Письмо отправляю с оказией, Семка обещал передать в собственные руки. Дай ему алтын за старание.

Остаюсь твой любящий муж

Иван Васильев