Морозный, как воздух в Азкабане, тяжёлый, пронзающий и возносящий к глубинам темного естества, текст. Где сплетаются и без того близкие судьбы верных слуг и представителей одной семьи, родня не только общей кровью и данными клятвами, но и кровью чужой, ими пролитой, нотками сумасшествия, отчаянием и ожиданием своего Господина.
Здесь тоскливо, давяще, гулко, и так необходимы лучи мандаринового солнца.