Школа Теней, сокрытая в ущельях Красных гор, встретила его запахом озона и раскаленного камня. Здесь Пудра обрел подобие семьи, сотканной из страха и восхищения.
Его наставник, Драконир, искренне считал, что приложил руку к рождению ученика. В своих снах маг часто видел ту самую молнию в Дортонионе — одну из тех, что он вызывал в ходе экспериментов с «Громом Майрона», пытаясь подчинить себе перво
...>>бытную ярость грозы. Он верил, что его заклятие не просто убило Элару, но зачало в ней новую жизнь, переплавив плод в сосуд для небесного огня.
Отношения в Школе были сложными. Нулбанат, сын богатого вельможи, в первый же день попытался поставить альбиноса на место, за что получил разряд такой силы, что неделю не мог разжать скрюченные пальцы. С тех пор Нулбанат обходил Пудру по широкой дуге, уважая его силу. С Ангмазаром, вспыльчивым пиромантом, и Крайт, хмурой целительницей, Пудра держался отстраненно. Но когда он видел в лазарете изувеченного Урзахила, чье тело было перекручено темной магией, сердце Пудры сжималось. Он часами сидел у его постели, пропуская через искалеченное тело слабые, исцеляющие токи, и молился не Эру, а бездонному небу.
Сам Пудра одевался в цвета грозового неба — глубокий синий и аметистовый, подпоясываясь лишь белой вервью. Его длинные руки с тонкими пальцами никогда не знали покоя, теребя край рукава или переплетая кисти. Он был спокоен, начитан и пугающе властен, когда говорил о природе электричества.
Включить тёмную тему
Популярное
Отключить рекламу
