Комментарии «Овечья гора» (гет)

Макси на конкурсе - это просто шик! Это меня ждет приятное ожидание новых глав... но пока надо пропитаться как следует уже показанными. А в них тепло, уютно и очень по-настоящему. Иногда напряженно, как в блокбастерах - та же сцена знакомства, толпа, особенно в панике и в окружении людей с оружием - это страшно, это адреналин - может, он виноват в том, что им хватило одного взгляда друг на друга. А скорее нет, скорее то, что они близки в главном - они готовы идти друг к другу. Разговаривать, делиться, дарить просто так. В отличие от Теодора - который готов дарить, но не готов делиться - вот и проморгал свое счастье. Да и родители Хайнца - они тоже не могли идти друг к другу, хотя начинали с такой же милой истории, как их сын.
И окружение здесь настоящее - есть горение музыкой, есть горение идеалами, есть невинные занятия вроде прогулок и ресторанов. А есть незажившие раны, есть ущемление, есть страх, что за красивой улыбкой прячутся все те же сальные рожи. И никогда не знаешь, что дальше - уютный вечер или скандал, очередная классическая музыкальная тема или что-то модное и "непристойное".
Очень интересно, что дальше - точно будет неспокойно, тут есть, где развернуться неприятностям.

Очень радуют Хайнц и Биргит - они как два кусочка мозаики, друг другу очень подходят, и кажется, что так будет всегда - даже тогда, когда (если) он превратится в "пузатого бюргера", а она - в многодетную фрау - эта вот искорка не угаснет. Всегда у них будут гореть глаза, всегда будет желание спасать и оберегать - даже если понимаешь, что, оберегая половинку, чем-то ранишь себя.
Но очень настораживает будущее, особенно в связи с прошлым. История треугольника Хайнц-Биргит-Теодор с новыми главами начинает казаться еще более опасной, потому что может закончиться так же, как треугольник Алекс-Лара-Штайнбах - не по форме так же, потому что времена не те, а по сути, ведь персонажи такие же, взаимно влюбленная пара и опоздавший, который то ли был слишком слаб, чтобы отбить, то ли слишком незаинтересован, пока была возможность, то ли просто опоздал и место оказалось занято. А семейный характер есть семейный характер, не всегда, но, бывает, играет. От этого даже страшнее, чем от того, что Биргит временами осторожно смотрит против системы, а Хайнц слишком хочет счастья и может не остановиться в его защите.

Слов нет, одни эмоции... Поэтому слов будет много. В основном про Теодора, который сделал ровно то, что от него ждали. И так же подло, как ждали. Он в этих главах шикарно раскрыт - так, что иногда его очень жаль, потому что не повезло с семьей, с поддержкой, с мозгами, которые немного набекрень с самого детства, а иногда хочется, чтоб его пришибли еще до того, как он начнет что-то делать. У него было вполне обычное (для его времени) детство - отец, пострадавший от войны и умеющий воспитывать только через боль, мать, которая не может не рожать и не готова самостоятельно нести ответственность за всех детей просто потому, что их больше необходимого и несовершеннолетний Теодор сам становится фактически отцом, мастер эмоциональных качелей дядюшка, который то поддерживает, то хлещет по щекам... Но сам Теодор не лучше - он сам загоняет себя в несуществующий мир, на пассажах про "золотого мальчика Хайнца" я даже полезла перечитывать - про того ли персонажа вообще речь, настолько это нереалистично, бредово даже, хоть местами и основано на реальности. Я пеняла Теодору, что он нерешителен, что он упустил свой поезд и не начал ухаживать за Биргит вовремя - а теперь понимаю, что начать не мог, а если бы начал - то в Заарбрюкен уехала бы она вот так же в пледе. Просто потому, что однажды он не увидел бы в ней того идеала, который ему грезился. Просто однажды она бы неосознанно показала ему то, чего не существует - измену, презрение или что-то еще.
Интересно, а что получилось бы, если бы Штайнбах намекнул Теодору на свои реальные прегрешения, а не выдуманные приставания? Как бы Теодор отнесся к прошлому дядюшки7 Поддержал бы идеи? Или наоборот? Понятно, что честно говорить нельзя - Теодор сдаст его быстрее кого бы то ни было не со злости, а по глупости, но намекнуть, что "я пострадал в свое время от не тех связей и теперь мне это аукается"... Но где Штайнбах и где честность? И кстати, удобнее было бы просто попросить двоих - после обыска, который не застала Биргит, я подумала, что Хайнца просто "очень вежливо" решили спросить за документы - а он столь же вежливо отказался. Но нельзя же просто так взять и никого не замарать! Особенно человека, с которым так много общего!
И присоединяюсь ко всем желающим вернуть Хайнца - мы же к нему привязались! Он нужен Биргит - любым! Он нужен своим друзьям. И Теодору, как ни странно. Хайнц - пусть Теодор этого и не признает, но он это явно демонстрировал - это та светлая сила, которая может удержать Теодора - даже лучше Биргит (хоть сам Хайнц этого и не хотел и Теодора сторонился). Ведь что-то должно ему поставить мозги на место! Порка не помогает, любовь не помогает - может, оживший кошмар поможет?
Биргит прекрасна. Ей больно, ей одиноко, она каждую минуту в неопределенности, но то, что она не свалилась в депрессию, что она пришла в желтом вместо черного - она оказывается гораздо более живой и настоящей, чем Теодор, они буквально с разных планет. Хотя о Хайнце думают непрерывно оба. Вот на нее бы ориентироваться! Если бы она могла себе представить, что Хайнц мог оказаться в другом городе - она бы всю страну переворошила, даже деньги бы на это нашла. Просто ей не приходит в голову, что надо искать вдалеке и одновременно у себя под носом.

Чем дальше - тем больше семьей становятся герои. Особенно плотно сейчас влились в семью Шульманы - как заботливо-строгий отец, который точно знает, как лучше (и который мудрее в плане объема опыта и связей, чем Биргит - подумал же, что искать надо не только внутри города), и как душащий заботой братик - которого, может, Хайнцу хотелось бы стукнуть, если бы он был собой прежним, а Миха вот так же вокруг крутился. А сейчас ему любая забота нужна, ему нужно даже больше, чем у него есть - только он в этом не признается (хоть в чем-то он остался собой - по-прежнему "все решу сам").
Биргит - героиня. Не идеальная - она устает, она раздражается, ей больно видеть каждый миг свою разбитую мечту - но от этого она еще круче. Рыдает, а потом сжимает зубы и идет дальше. Держит, старается, отбивается от главного врага Хайнца - от его желания сделать как лучше. НА ней эта история, скорее всего, и выедет - без такого железного характера не получится.
Самое интересное и самое страшное - то, как все смялось и перепуталось в несчастной голове Хайнца. Как память смяла все хорошее и все плохое, смешала, склеила - и получается, что астральная версия Теодора теперь так же гоняется за ним, как когда-то реальная версия гонялась за Биргит.
А что у них нет детей и Хайнц себя за это осуждает... Он не сможет, наверное, в своем нынешнем состоянии это понять, но тогдашний он хотел как лучше именно для Биргит, больше, чем свободной жизни себе. Потому что беременность и дети уж точно полностью закрыли бы для нее шанс на карьеру. А сейчас она может петь - и зарабатывать. А он - не может. И вот если бы у них были дети, а он в таком состоянии - на ней висела бы куча спиногрызов во главе с Хайнцем, кормить которых она могла бы только на деньги Шульманов или своих родителей. Потому что не дали бы работать точно. Просто из принципа никуда бы не брали женщину с детьми.

Чем дальше, тем больше в тексте знакомств - приятных и просто занятных. К занятным - Теодор, который все больше раскрывается... и его все больше жалко. Он то ведет себя как ребенок (вот эти сравнения Хайнца с обезьяной, которые должны быть гипотетически Хайнцу обидны, если бы он услышал), и тарелку незаметно переставить - чисто детские дразнилки и пакости. То он пытается вообразить себя Хозяином, а сам только и ждет порки за - на минуточку - покушение на убийство, тяжкие телесные и грабеж в составе группы по предварительному сговору. Там хорошо если просто двузначный срок, а он - порка. Кажется, ему нужна доминатрикс (шутка - лучше ему от этого не станет). Опять же детское восприятие наказания. Еще и учебу забросил под это дело, точно ребенок еще, куда ему семья. Но он удивительно спокойно отнесся к тому, что Хайнц жив - там можно было ждать и попытки или хоть планов довести все до конца, или наоборот раскаяния (зачеркнуто) убеждения себя, что это ему показалось и дяде показалось, а по коридорам ходит призрак. И все же он маньяк, неизлечимо больной маньяк, как бы после восстановления Хайнца, которое точно случится, я в него верю, Теодор не увидел их с Биргит вместе и не решил напасть на нее за измену ему, которой никогда не было.

И на контрасте знакомство с Ференцем. Весельчак, балагур, добрый друг - он еще и искатель приключений, и гений-почти-самоучка, у него, оказывается, вагоны самых разных навыков, и это после детства, где с ним обращались похлеще, чем с Теодором. У Ференца и Биргит было очень похожее детство - их использовали для чужой выгоды, а взамен какие-то крошки с барского стола. Но они оба похоже с этим справились - взяли и нашли свое. Нашли возможность жить максимально независимо не столько от своих бывших хозяев, сколько от тех проблем и изломов, которые им хозяева оставили. В отличие от некоторых, вцепившихся в свои проблемы клещами.

Хайнц просто неизменно радует - не быстро, не равномерно, но он восстанавливается! И концерт, каким бы ужасным он ни был с точки зрения музыкального критика Теодора (или любого другого, кто сел бы разбирать технику игры) был еще одним очень важным шагом к тому, чтобы Хайнц собрал еще кусочек себя - себя как части музыкального произведения, как того, к кому прислушиваются, хоть он и не говорит ни слова.