Warro
Ну и пока всё:

— Даже если ведьме, — сказал Корвин. — У нас ведьмы не злые. Сколько раз тебе говорить? Злых называют «чёрными ворожеями».

Сейчас, в спокойной обстановке, он обратил внимание и на другие особенности своей новой знакомой. На поясе у неё были кармашки, из которых торчали горлышки небольших склянок. Вероятно, это были эликсиры и зелья. На шее у неё висело ожерелье из кристаллов, а также несколько неброских, но явно магических артефактов.

— Значит, они напали на тебя из-за того, что ты маг? — спросил он.

— Нет, за то, что я иду по этой дороге. У меня есть чем поживиться и чем поиграть… — Элерин посмотрела на Корвина. — Если ты понимаешь, о чём я.

Корвин понял её намёк, но Элерин была слишком юна, чтобы так легко говорить о подобных вещах. Юноша сжал челюсти. Как же суров этот мир, если даже юной девочке приходится думать о таких вещах?

Элерин почувствовала перемену в его настроении.

— Что с тобой?

— Элерин… — Это же на древнеэльфийском «Одинокая звезда»? — Корвин постарался сменить тему.

— О, ты знаешь древнеэльфийский? — удивилась она.

— Ну, немного. Только чтобы разбирать рецепты зелий, — скромно ответил он.

— А ты действительно интересный человек, Корвин. Не похож на местных. Местный скорее бы в кусты шмыгнул, чем бросился на помощь незнакомому человеку, особенно с людьми Доброго Каспара связываться. И бледный ты какой-то, странно. У вас там в ваших местах солнца нет?

— Почему, есть, конечно, — буркнул Корвин. — Но в тот день я был на работе.

Шутки о его бледности преследовали его с детства, и он давно научился их парировать.

— И одет ты не по-здешнему, — продолжала Элерин, пристально рассматривая его. — Странный крой рубахи…

Корвин промолчал.

— Торопишься? — вдруг сменила тему Элерин.

— Ну, вообще-то да. А зачем спрашиваешь?

— Я подумала, что мне бы не помешал помощник в моём деле. Ты храбрый, это главное. Долго не задержу, а деньги за задание — пополам. Что скажешь?

Корвин хотел сразу отказаться, но потом подумал, что денег у него почти не осталось. Да и монеты были друмвальдские, портрет Эльдриана Друмира на них вряд ли внушал местным уважение. В лучшем случае их можно было обменять на местные деньги по цене лома.

— Расскажи подробнее, — попросил он. — Я решу.