Пустые комнаты (джен)

— Молодой Эспириту, ну просыпайся же!

Маркус подскочил так резко, что ударился головой о ручку двери. Застонав, он опустился обратно, прижимая ладонь ко лбу.

— Какого…

— Да открой ты двери. Все в порядке? Что с тобой?

С трудом нашарив рукой фиксатор, Маркус негнущимися пальцами вытянул его из панели, и Борис, наконец, открыл дверь автомобиля.

— Доброе утро, Борис.

— И тебе доброго утра. Ральф! — прокричал мужчина куда-то за плечо. — Я нашел его, живой.

— Отлично! Передай ему, что он — маленький козел, — откуда-то издали раздался недовольный голос садовника.

Маркус наконец перестал протирать глаза, привстал и охнул от боли — его тело страшно затекло от непривычного сна в автомобиле.

Конечно, после ночных приключений Маркусу ни на минуту не пришла в голову мысль вернуться к себе в комнату. Да и какая к черту комната! У них в столовой странные мужчины говорят о боге и растворяются в воздухе!

Будучи заядлым скептиком, не верящим особо ни в бога, ни в дьявола, ни в гороскопы, Маркус, тем не менее, и упертым дураком себя не считал. Бояться черной кошки, перебежавшей дорогу — несусветная глупость. Справедливо опасаться самых что ни на есть настоящих привидений, что бродят по отелю, ведут философские разговоры и (в этом Маркус больше не сомневался) играют по ночам на гитаре — это уже разумный инстинкт самосохранения.

А так как с собой у Маркуса были только ключи от автомобиля, он мудро решил переночевать именно там, сперва отогнав машину подальше от самого дома. Да, можно было бы в панике разбудить сотрудников, но даже в момент сильнейшего испуга Маркус понимал — он не смог бы объяснить ни Ральфу, ни Борису, ни Пеппи, что именно он увидел. Поэтому, как человек последовательный, он решил сперва обезопасить себя, и только потом разобраться, что за чертовщина произошла.

— Мы тебя с утра ищем, — хмуро покачал своей бритой головой Борис. Видимо, из-за нервов, его русский акцент проявился сильнее обычного.

— С утра? А сколько сейчас времени?

— Около десяти. Иди в дом. Замерз?

Маркус, весь взъерошенный, с трудом заставил себя выйти из автомобиля, кутаясь в найденный в машине плед. Роса неприятно холодила его голые ступни — Маркус точно не помнил, в какой момент он потерял тапочки. Борис, увидев его потрепанный вид, покачал головой, но не стал ничего говорить, а лишь требовательно протянул руку.

— Давай ключи, я отгоню машину в гараж. И не надо на меня так смотреть, верну я их потом тебе.

Отдав ключи суровому охраннику, Маркус шмыгнул носом и зашагал в сторону отеля — на пороге уже стояла Пеппи, нервно теребившая фартук.

— Как ты нас напугал, Марко, — запричитала она, затаскивая его внутрь и закрывая за ним двери. — Ральф с утра поднимался на твой этаж и увидел, что у тебя дверь распахнута, а тебя самого нет. Мы тебя по всему отелю искали, даже в нашем домике, а тебя и нет! Уже подумали, что сбежал.

— Да нет, я просто… — Маркус смутился так сильно, что даже не стал поправлять Пеппи. Вчера она вообще весь завтрак звала его Майклом. — Извините. Не думал, что создам столько проблем.

Пеппи, пригладив его волосы, почти силком потащила его за собой.

— Срочно чашку горячего чая. А лучше — супа!

Тут Марко словно врос в землю. Он не был готов возвращаться в столовую после вчерашнего.

— Я… Пеппи, спасибо большое. Наверно, сперва душ приму и тапочки найду. Я не голодный.

Спустя пару минут уговоров Пеппи неохотно отпустила его, но с условием, что он сразу спустится, чтобы выпить чего-то горячего.

При свете дня подняться на второй этаж было куда легче. Маркус на мгновение замер около вазы — новый букет благоухал свежестью. Коридор смотрелся вполне обыденно, дверь номера двести три не вызывала никаких мурашек или чего-то в этом роде. Задержав дыхание, Маркус заглянул в комнату и сразу взглянул на стол.

Библия, прижатая к столу пресс-папье, лежала вполне спокойно, как и полагалось любой благочестивой и не очень книге. Все было совершенно нормально.

Повторяя себе это как мантру, Маркус как можно быстрее принял душ, переоделся в чистое и замер около кровати, не до конца понимая, что ему делать дальше. Рассказать все сотрудникам отеля? Позвонить маме? Дождаться отца, засев у него в комнате?

Днем он был в безопасности. Пока что все сверхъестественное происходило в ночное время — а значит, у него было почти двенадцать часов, чтобы подготовиться… к чему бы то ни было.

Захватив со стола связку ключей, Маркус пошел в столовую, пытаясь наскрести в себе крохи отваги. Не будут же эти странные чудаки появляться при свете дня, да еще и на людях?

К его счастью, он пришел на место одновременно с Борисом и Ральфом. Последний был не в духе.

— Пеппи заставила меня весь отель обежать, — укоризненно покачал головой садовник, садясь за завтрак. — А тут, вообще-то, двадцать четыре номера! Пришлось в каждую дверь колотиться. Если ты такой ходок по ночам, мог бы предупредить. Вот как Борис, например.

— Не говори глупостей, — щелкнула его по макушке Пеппи, поставив перед Маркусом тарелку с куриным бульоном. — Если бы у Мигеля был лунатизм, то мистер Эспириту нас бы предупредил, и ни за что не оставил бы мальчика одного в отеле.

Борис, ни капли не удивившись «Мигелю», потянулся за крупным куском хлебы.

— Да отстаньте вы от парня. Я в его возрасте дома ночевал только тогда, когда ногу ломал. Мужчины должны расти на улице! Так что это я уважаю. Но в следующий раз предупреди, когда машину берешь, иначе твой отец с меня шкуру спустит. Кстати, — мужчина полез в карман жилетки. Его крупные перстни случайно ударились о массивный крест на груди и издали внезапно громкий звон. — Возвращаю ключи. Машину всегда возвращай в гараж, в этих местах град — не редкость.

— Спасибо, — Маркус забрал ключи, но его мысли уже были заняты совсем другим. — Красивый у вас крест, мистер… Борис, — фамилии сурового русского охранника он не знал.

Тот с гордостью достал крест наружу.

— Подарок от моего отца. Серебро! В церкви православной освящали. Всю жизнь меня бережет.

Прижавшись губами к металлу, он вновь спрятал крест и вернулся к еде. Ральф же усмехнулся.

— Ну конечно, тебя бережет именно крест, а не то, что ты размером со шкаф.

— Надо себя со всех сторон уметь защищать. И с духовной, и с физической.

— Вот именно! А как физическое — то есть серебро — может душу защищать? — Ральф покачал головой. — Молитва, вот что важно. Вот у меня, например всегда так. Чувствую на себе дурной глаз, или что-то нечестивое происходит — сразу «Отче наш» читаю. А кресты — это…

Он не стал заканчивать мысль, столкнувшись с суровым взглядом Бориса, и молча вернулся прихлебывать чай. Пеппи, закончив, наконец, суетиться, села рядом с ними.

— Одно другому не мешает. Носишь крестик, читаешь молитвы, кушаешь много овощей и мяса — и будет тебе счастье.

Маркус же слушал перепалку с необычайной для него внимательностью.

— А обязательно крест освящать, чтобы он работал?

Ральф так расхохотался, что у него чай пошел носом, но Борис и бровью не повел.

— Не обязательно, но для кого-то это может быть важно. Освящая предмет, ты как будто носишь потом с собой маленькую личную церковь. В церкви ты чист и защищен — и я так себя чувствую, когда ношу крест.

Да, защита сейчас не была бы излишней.

— Значит, освященный крест и молитва… — Маркус невольно сказал это вслух и не сразу заметил, как на него уставилось три пары глаз.

— А ты что, спешишь свою душу от чего-то спасать? — подозрительно прищурился Ральф. — Натворил чего? И теперь за тобой дьявол охотится?

— Какие глупости! — вновь одернула его Пеппи. — Да ты посмотри на Микаэля — какие чистые глаза, светлое лицо. Уверена, и душа у него прекрасная.

— Это потому, что он блондин? На меня-то вы говорили, что у меня на голове чертенята резвятся, раз я рыжий!

— Ну вот, снова глупости. Собирай тарелки и неси их на кухню, бесенок.

Раздувая ноздри от возмущения, Ральф, тем не менее не стал спорить и собрал все тарелки со стола. Борис же ощутимо хлопнул Маркуса по плечу.

— Будет что-то беспокоить, или будут вопросы, обращайся. Мой отец был священником, много знал, и мне рассказал.

Маркус приложил усилия, что не броситься растирать плечо — рука у Бориса была неимоверно тяжелой.

— Спасибо большое. Это я так, в порядке общего развития спросил.

Однако план в голове уже начал сформировываться. Как бы Маркус не ненавидел факт своего переезда сюда — это все еще был отель его отца, и он не намеревался просто так отдавать его в руки каких-то дурацких привидений.

* * *

В первую очередь, Маркус вернулся к себе в комнату и полез на полку. Помимо прочего мелкого хлама там находилась коробочка с его небольшими «сокровищами» — маленьким полароидным снимком его и мамы на пляже; потертый билет на первый концерт любимой группы; медиатор ведущего гитариста, который посчастливилось поймать на том же концерте; плетенный браслетик, который ему подарила первая — и пока что последняя любовь; и то, что он искал — маленький серебряный крест, который Маркусу подарила бабушка еще в раннем детстве. Она умерла еще до того, как парню исполнилось десять лет, но он точно помнил, как они вдвоем ходили в маленькую церковь недалеко от дома. Огромный, как тогда показалось ребенку, священник некоторое время держал крест в руках и что-то читал своим громким глубоким басом, а затем несколько раз брызнул водой и на крест, и на Маркуса.

Маркус носил этот крестик не снимая до того дня, пока бабушка не умерла. Вернувшись с похорон, он снял крестик, убрал его и не доставал последние шесть лет. Кто знал, что помощь каких-то магических сил понадобится так внезапно?

Неловко застегнув цепочку, он убрал крестик под толстовку и задумался. Что дальше? Молитвы? С небольшой опаской он потянулся к Библии и открыл ее, пытаясь найти что-то подходящее к ситуации.

Однако спустя пару минут он раздраженно откинулся на спинку опасно затрещавшего стула.

— Не могли сделать нормальное содержание, не могу понять? Мне всю книгу перечитать надо? Как понять, что поможет от привидений?

Было понятно — нужно больше информации. А для этого нужно было выехать в город.

* * *

Городок Уэстчестер был не просто маленьким — он был вопиюще крошечным. Настолько, что проехав всего пару улиц Маркус уже знал, где находятся школа, полицейский участок, больница, почта, кофейня, сервис по ремонту автомобиля, овощной магазин и библиотека. Именно последняя локация ему и была нужна.

Он припарковался, вышел из автомобиля и уже шел в сторону нужного здания, как услышал оклик:

— Сэр, одну минуту. Не спешите.

Обернувшись на незнакомый голос, он увидел взрослого мужчину в форме патрульного. Он быстро приближался к Маркусу, указывая на машину.

— Я офицер О’Брайен. Это автомобиль мистера Эспириту, верно?

— Все верно, офицер. Я его сын, Маркус. Всего пару дней как приехал в город. Здравствуйте.

Господи, ну как ему не везет! Ну как можно было наткнуться на патрульного в первый же свой выезд?

Офицер чуть опустил очки и смерил Маркуса недоверчивым взглядом, словно мысленно сравнивая отца с сыном. Маркус почувствовал легкое раздражение. Да, у его отца бицепс шире, чем талия его отпрыска, надо ли так явно это подчеркивать?

— Добро пожаловать в город, Маркус. Откуда ты?

— Из Лас-Вегаса.

— Ну, тут не Лас-Вегас. Хулиганить не будешь?

— Как можно, сэр? — искренне возмутился парень. — И в планах не было. Вот, в библиотеку приехал, надеялся найти что-то для внеклассного чтения.

Кажется, офицер только сейчас обратил внимание на то, где именно они стоят, и впервые с начала разговора на его лице появилось одобрительное выражение.

— Это ты хорошо придумал, — похвалил он Маркуса. — Мои болваны одного с тобой возраста, но книг боятся даже больше, чем девчонок. Подростки, что с них взять. Живешь с отцом в отеле? Передай ему, пусть сегодня приходит в бар, мы давно уже договаривались вместе выпить.

— Его сейчас нет, он в отъезде. Вернется в конце недели. Думаю, он будет рад вас видеть — папа упоминал, что вы знакомы. Может, лучше вы к нам?

— Куда? В этот чертов Cozy Corner? — О’Брайена словно перевернуло. Он снял с лица очки и начал протирать их о рубашку. — Мальчик, я понимаю, что раз ты сын Эстебана, то и хребет у тебя такой же твердый. Но соваться в логово… Ай, ладно.

Оборвав себя на полуслове, он вновь водрузил огромные солнечные очки на переносицу.

— В общем, как папа вернется, пусть свяжется со мной. А если что-то понадобится тебе, обращайся напрямую. Вот мой участок.

— Хорошо, спасибо. А что вы имели ввиду, говоря про логово?

— Забудь, парень. Иди куда шел.

Офицер махнул на него рукой и спешно двинулся в сторону кофейни, оставив растерянного Маркуса у дороги.