Telum dat ius (Оружие имеет право) (гет)

Воландеморт сидел в удобном кресле на невысоком холме. Внизу, в лощине под его ногами, шла тренировка Пожирателей Смерти младшего круга. В качестве мишеней использовались маглы, захваченные во время последнего рейда. Империус действовал безотказно. Когда убивали очередного несчастного, из толпы подзывали жестом следующего, и он покорно шел навстречу своей гибели. Воландеморт хмурился: многие новички никак не могли овладеть заклятием Смерти. Авады получались хилые и корявые. Вместо ровных и элегантных лучей заклинания — бессмысленные искры. Да, все мельчает. Гуманисты запудрили магам мозги. Магла умертвить не могут!

— Долохов!

Руководитель занятий аппарировал перед властителем и глубоко поклонился.

— Это не бойцы, а стадо кентавров с ручными телескопами вместо палочек! Знаешь, что такое децимация?

— Нет, ваше Темнейшество!

— Ну да, куда тебе, крестьянский сын! Децимация — это казнь каждого десятого бойца за поражение армии в бою. Древние маги-консулы не церемонились с трусами. Но казнили они не тогда, когда нужно. Поэтому временами и проигрывали сражения. Но я не буду повторять их ошибок. Я буду казнить не после битвы, а до нее! Иди и скажи это своим чистоплюям! Это не обучение искусству убивать, а малодушное махание палочками в исполнении маменькиных сынков! Шевелись! У тебя десять минут.

Долохов, забыв про аппарацию, опрометью бросился вниз по склону. Из лощины раздались его гневные вопли и треск разрядов болевых заклинаний. Ученики младшего круга засуетились, и лучи, вырывающиеся из палочек, стали все чаще напоминать настоящие. Очередь маглов-смертников вздрогнула и начала двигаться. Лорд откинулся на спинку кресла и задумался.

Вчерашнее падение в озеро смутило его. Спустя два часа после возвращения в резиденцию Лорд вспомнил, что предшествовало падению. Он попытался ментально проникнуть в разум Поттера. И, вроде, получилось. Почувствовав установившуюся связь, Лорд начал направленно причинять мальчишке боль. Хорошо пошло, и уже появилась уверенность, что сейчас он достанет врага по полной… Как вдруг — свист в ушах. Удар. И… все. Очнулся весь мокрый, на камне, в окружении идиотов с выражением явной паники на лицах. Видимо, так рисковать больше нельзя. Природа метальной связи с Поттером до конца не ясна. А сюрпризы недопустимы. Поимка этого неумехи — дело нескольких недель. Так что не стоит форсировать события, подставляясь под неведомый удар.

Теперь о нападениях. Два огромных замка. Два мэнора с древней родовой защитой практически от всех темных заклинаний! Что с ними произошло? Малфой-мэнор рухнул, как карточный домик. Не произвел ли кто-то нападение из-под земли? Тогда это дело рук наших старых добрых врагов — гоблинов. Какого дементора? Они ведь обещали не встревать. Надо пощупать почву под развалинами. Трупы и раненых некроманты извлекли, а состояние фундамента осталось неизвестным. Темный Лорд поставил себе зарубочку. Надо проверить.

Теперь замок Лестрейнджей. Драный Мерлин! Там же был труп гоблина! Какого кляпа он делал в замке Беллы? Срочно проверить! Еще одна зарубочка. Но что произошло с самим замком? Какая магия могла сбросить огромное здание? Да еще с такой силой, что от удара волны смыли берега! Было в старину какое-то темнейшее заклинание. Оно позволяло разбирать здания, как детские кубики. Последний раз его использовали во Франции лет триста назад. Какую-то тюрьму разобрали. Или крепость. Нет, стоп! Был еще один случай. Пятьдесят лет тому назад или чуть больше. Гриндевальд на материке резвился. Какой-то город на востоке он стер с лица земли чем-то похожим. Или столицу? Все равно не вспомню. Кстати, о Гриндевальде. Он еще фантомными драконами занимался. Разрушительная штука. Половину Лондона тогда этими тварями закидал и разрушил. Может быть, что-то похожее и сейчас? Да нет, бред! Следы сильного пламени не скроешь. Да и кому сейчас такое под силу? Хотя сообщений о смерти Гриндевальда не было. Нумергард стоит целехонек. Чем дементор не шутит? Может, воспитал себе преемника, а мне — конкурента? Зря ты это, дядя… Придется разобраться. Уж если с тобой Дамблдор сладил, то я и подавно справлюсь. А заодно Грегоровича надо повидать. Оливандер, похоже, не зря на него показывал. Он может знать, где находится Старшая палочка!

Воландеморт поднялся и посмотрел вниз. Живые маглы закончились. Теперь шла тренировка на применение Режущего заклинания. Секо! И только брызги в разные стороны! Все младшие Пожиратели от тошноты позеленели… Ничего, привыкнут.

— Долохов!

— Я, ваше Темнейшество!

— Понял, как надо вести занятие?

— Да, господин! Ваше, это… знание магической натуры восх…

— Заткнись! Льстить ты не умеешь, мужлан неотесанный! У Люциуса учиться надо было! Теперь учись у Нотта, только имей в виду, что он трус, а ты мне нужен как преданный храбрец! Я покину вас на пару дней. Связь обычная, но тревожить меня по пустякам не сметь! Внутренний круг пусть сидит в резиденции, и никуда ни ногой!

Долохов низко склонился перед повелителем. Воландеморт мельком глянул вниз. Все младшие Пожиратели по примеру командира согнули спины в поклоне. Все правильно. Так и только так. И по-другому быть не может!

* * *

Утром Гарри проснулся от того, что почувствовал на себе чей-то взгляд. Он открыл глаза, нашарил рядом на стуле очки и надел их. Рон сидел недалеко от кровати и задумчиво смотрел на него. Судя по выражению его лица, произошло что-то ужасное.

— Рон, дружище! Что случилось?

— Я тебе все еще друг? Это правда?

Тон парня не понравился Гарри.

— Рон, да что с тобой?

— Мы поссорились с Гермионой. Я пришел сказать тебе, что не буду больше становиться между вами.

Гарри стало муторно на душе.

— Ну что за бред? Гермиона мне просто подруга. Я тебе повторял это тысячу раз. Последний раз — когда ты спас мне жизнь, достал меч Гриффиндора и уничтожил крестраж!

— Звучит куда круче, чем было на самом деле, — вновь, как и тогда, покачал головой Рон.

— А это всегда круче, чем… — Гарри осекся. Когда он говорил это в прошлый раз, так оно и было. А теперь… теперь все немного иначе. Огромный мэнор, разлетевшийся в пыль. Рон ведь видел ужасный взрыв. И это действительно было круто. Круче, чем фильмы кузена Дадли с магловскими спецэффектами, стрельбой и последствиями применения обычной взрывчатки.

— Уверен, что ты подумал о том же, о чем и я, — Рон был потрясающе проницателен. — Когда ты взорвал замок Малфоев, я понял, что в твоих руках появилась та реальная сила, которую ты так искал. Вспомни наши споры. Ты хотел искать не крестраж, а Дары Смерти. А ведь они — оружие.

— Рон, именно ты выбрал из трех Даров Бузинную палочку! Я тогда предпочел камень. Помнишь наш спор у Лавгуда?

— Я не об этом, Гарри. Ты выбрал Дары вместо крестражей. То есть — оружие.

— Но ведь камнем можно лишь оживлять мертвых.

— Ну и что? Убивать своих врагов, уменьшая их количество, или оживлять своих друзей и родственников — результат один: становишься сильнее.

Гарри онемел. Такая мысль даже не приходила ему в голову. Можно, оказывается, и так понимать. И в целом очень даже не глупо. Хотя картина бредовая: Воландеморт убивает и убивает, а я оживляю и оживляю. Наконец, Лорд в изнеможении падает, и толпа оживших друзей растаптывает врага в лепешку.

— Чего ты хочешь? — утомленно спросил Гарри.

— Я пришел сказать, что мы с Гермионой расстались. Я уверен, что она любит тебя. Не перебивай! — взвился Рон, увидев протестующий жест Гарри. — Я и сам собьюсь. Если тебе нужна еще моя помощь, то пообещай мне, что между вами ничего не будет, пока я не привыкну к мысли, что Гермиона больше не моя девушка. Или мне придется уйти.

— Рон, ты идиот! Я тебе…

— Просто пообещай, и все! — крикнул рыжий во весь голос.

— Тьфу, ты! Достал! Обещаю! Доволен?

— Нет, но я буду с тобой… с вами до победы. Или до смерти.

— Тьфу на тебя! Рон, ну это уже чистая паранойя. Что на тебя нашло?

— Она любит тебя, я чувствую это. Помнишь, крестраж в медальоне сказал мне: «Всегда менее любимый матерью, желавшей дочь… Сейчас — менее любимый девушкой, которая предпочитает твоего друга… Всегда второй, вечно в тени…». Это ведь правда, Гарри.

— Это ложь В-в-в… Змеелицего!

— К-как? Круто ты его нахлобучил! — Рон невесело заржал. — Змеелицый! Надо же!

— Рон! Ну, хватит. Ты смеешься так, что мне плакать хочется. Какая муха тебя укусила? Ты же знаешь, что вы оба мне нужны. Мы уже столько пережили вместе!

— Гарри, ты пообещал мне!

— Пообещал, пообещал. Я не собираюсь ухаживать за Гермионой. Это твоя девушка! Ты же знаешь, что мне нравится твоя сестра.

— Ты отказался от Джинни. И Билл говорит, что вы не пара.

— Билл?

— И Чарли.

— Чарли?

— И Фред с Джорджем.

— А вы у Пожирателей не спрашивали, кто мне пара?! — взорвался Поттер.

— Ты не понимаешь, Гарри. А я не хочу об этом говорить. Я верю, что ты не врешь. Может, у вас с Гермионой еще и не получится ничего. А вот у меня с ней уже точно ничего не получится.

— Все так плохо? Рон? Что вообще между вами произошло?

— Мы поссорились и я… я… я упрекнул ее привязанностью к тебе, она назвала меня самовлюбленным кретином, а я.. я… Гарри, я виноват, я от злости ляпнул, что вы с ней с вашим магловским воспитанием идеально друг другу подходите.

— Рон! Что ты наделал!

— Я сказал, а потом только понял. Она отшатнулась от меня, как будто я ее ударил, а затем… она закричала, что не хочет больше мучиться из-за меня и произнесла заклятие … Отрешения.

— Что? Какое заклятие?

— Вот, ты не знаешь. А она знает откуда-то. Это заклятие разрушает все любовные и романтические связи между парнем и девушкой. Его произносят только в отчаянии. От измены, там… или любви безответной. И… оно необратимо. Исправить уже ничего нельзя.

— Ну и дубина ты, Рон! Она же любит тебя!

— Любила! Гарри, я и подумать не мог, что она знает такое заклятье! — в голосе парня прорвались истерические нотки.

— Теперь я понимаю. Когда ты ушел, она два дня плакала, а потом вытащила книгу, которую достала еще в прошлом году в Запретной секции, и всю ночь над ней сидела. Там ведь не только о крестражах. Тогда она не решилась, а может, не получилось у нее… А сегодня ты ее добил. Дурак ты, Рон.

Рон промолчал, уныло глядя в потолок.

— Ты не расстраивайся, может, есть контрзаклятие? Я спрошу у Дамблдора.

Рон посмотрел на него, как на сумасшедшего.

— Ты не знаешь о портрете? — догадался Гарри.

— Каком портрете?

— Вчера совы принесли портрет Дамблдора.

— Говорящий?

— Ну да. Он только поздоровался с нами, а потом сразу попросил отнести его к Оливандеру. Я отнес. Они сразу начали ругаться, а меня попросили уйти. Ну, я и ушел.

— Говорят, вчера ты утопил замок Лестренджей?

— Да. Пришло в голову уже на месте. Там озеро огромное. Ну, и … нету теперь замка.

— Билл мне немного рассказал. Классно! А каково это: держать в руках такую палочку?

— Круто! Даже не знаю, как описать. Чувствуешь себя так… так… как истребитель, понимаешь?

— Истребитель Пожирателей?

— Пожиратель истребителей, — фыркнул Гарри, но под расстроенным взглядом Рона начал объяснять, — ты же видел магловские самолеты. Они есть простые и военные. Ну, для войны. На них маглы вешают разное оружие. Бомбы там или ракеты.

— Бомбы — это как «Бомбардой»?

— Во-во! Только не заклинание, а штука такая, как бочка, с взрывчаткой внутри. Ее скидывают на врагов, и она взрывается, как «Бомбарда Максима».

— Помню! Папа нам что-то такое читал. И что?

— Ну, я смотрел иногда фильмы про войну, там показывали, как маглы воюют. Так вот, с этой палочкой такое ощущение, что ты — летающая машина, начиненная оружием. А замки Пожирателей — это гнезда врагов, которые надо уничтожить. И ты не смотришь на них из темного леса украдкой, а подлетаешь сверху и уничтожаешь!

Гарри замолчал.

— Здорово! То есть, ты чувствуешь себя оружием.

— Не совсем. Я не могу объяснить. Я чувствую себя мстителем.

— Карающим ангелом ты себя чувствуешь, да, Гарри? — Луна, ласково улыбаясь, вошла в дверной проем.

Гарри пискнул что-то и поспешно прикрылся одеялом.

— Ты откуда знаешь про ангелов? — спросил он, чтобы скрыть неловкость.

— Папа купил мне магловскую библию, и я ее долго читала.

— Зачем?

— Когда мама умерла, папа не мог мне объяснить, где она теперь, вот и принес эту книгу. Там все красиво рассказано. Мне до сих пор сны снятся. Жаль, что картинки там не двигаются.

Гарри прикусил язык. Можно было догадаться, а не спрашивать.

— Извини, Луна.

— Ничего. Это было давно. А мне нужен Рон.

Рыжий за это время вновь успел впасть в тяжелую эмоциональную прострацию. Луна минут десять объясняла ему, что они с Гермионой решили практиковаться в полетах на метле, и она просит Рона позаниматься с ней. Наконец парень кивнул головой, и они вышли из спальни Гарри. Последнее, что он услышал уже с лестницы, было:

— А Гермиона будет просить потренировать ее Гарри или Дина. Я думала, что она попросит тебя, но нет. Рон, ты расстроен? Мы можем полетать потом…

Чтобы одеться и пригладить волосы, хватило минуты. Бодрый стук каблуков по лестнице — и Гарри стоит у комнаты Гермионы. На деликатное постукивание ответа не последовало. Тогда громче. Тишина. Еще громче. За дверью что-то прошуршало, и каким-то не своим голосом Гермиона спросила, кто там, не открывая дверь.

— Это я, Гермиона. Открой. Надо поговорить.

— Уйди, Гарри. Я не хочу никого видеть. И тебя в первую очередь…

Шаги удалились от двери, и наступила тишина.