Telum dat ius (Оружие имеет право) (гет)

Маркус Флинт очнулся, лежа на чем-то мягком и удобном. Это было так не похоже на то, что он запомнил последним, что удивление молодого Пожирателя было глубоким и искренним. Он ни минуты не сомневался, что Поттер приволок его в логово ордена Феникса, которое представлялось ему чем-то вроде магловского отстойника для говна, который он один раз в жизни видел в Лондоне во время погони за кем-то из грязнокровок. Тем сильнее было его удивление, когда этот чертов гриффиндорец по прибытии на место сбросил его на руки студентам в форме факультета Слизерин у огромного шатра в центре красивого парка. Изумление вояки Лорда не успело развиться до болезненного состояния, так как его уволокли в шатер и положили боком на какое-то кресло. Положили неудачно. Как раз на тот бок, из которого эта жуткая радужная птица вырвала своим страшным клювом несколько приличных кусков мяса и где, по ощущениям, сломала пару ребер. Он стонал, но студенты не знали, что делать, и если бы не Снейп, то он в конце-концов издох бы от боли.

Кстати, о Снейпе.

Тут отдельная история. Среди старших Пожирателей упорно бытовало мнение, что Снейп регулярно предает Темного Лорда и совершенно напрасно обласкан властителем. А Флинт со школьных лет уважал декана за предельную лояльность к своему факультету. Если Макгонагал или Флитвик для показухи могли наказать своих же студентов, то Снейп — никогда! Скорее горгулья у дверей директорского кабинета превратится в пушистика, чем Снейп выдаст на расправу этим недоволшебникам своего подопечного. Правда, и не похвалит за нарушение, но не допустит расправы. На этом его качестве, да еще на страшной, с детства знакомой полусказке о том, как Снейп пожертвовал ради служения Темному Лорду своей любовью, и держался на факультете его авторитет сильного мага и жертвенного служителя своему властелину.

А тут, в гвардии Лорда, ему целых два года дудели в уши о скользком полукровке. Да-да. Все знали, что у Снейпа отец — магл, но помалкивали. Если и шептались, то только за спиной зельевара. И не из уважения к нему. Почему-то Воландеморт жестко пресекал попытки бросить подобное разоблачение в лицо своему доверенному шпиону при Дамблдоре. Пара несдержанных на язык Пожирателей поплатилась жестоким наказанием, а остальные заткнулись. Все поняли, что лезть в эту тему — себе дороже.

И вот Снейп в логове Поттера приходит к нему на помощь. Великий Салазар! Да неужели все эти слухи — правда? Или Снейп по-прежнему шпионит? Все смешалось в голове у Маркуса. А бывший его декан тем временем быстро и толково врачевал его рваные раны. Пассы палочкой и заклинания сменялись зельями: одно противнее другого. Тихое бормотание Снейпа и стихающая боль повергли молодого Пожирателя в блаженное забытье, а потом и в крепкий целительный сон.

И вот он очнулся. Вернее — проснулся. А, да какая разница? Где он?

Парень похлопал глазами. Точь-в-точь Больничное крыло Хогвартса. Только мадам Помфри не хватает. Он был укрыт до груди белым одеялом, поверх которого лежали его руки. Череп метки Лорда с высунутым языком медленно сокращается на левом предплечье, как будто дышал. Но боли не было. Все тело, забыв о вчерашних страданиях, блаженно молчало.

Позади изголовья его кровати раздался негромкий шорох. Флинт поднял глаза, но так и не разглядел, что это. Еще шорох. Или даже шелест одежды. Да что же там такое? И в этот момент дрожащий от ярости девичий голос пронзительно выкрикнул:

— Круцио! Империо! Авада Кедавра!

Не успел парень даже расслышать произнесенные заклинания, как на его мозг обрушился жестокий удар. Свет в глазах Маркуса Флинта померк.

* * *

Поттер спешил изо всех сил. Времени на полет не было, и он аппарировал, последовательно приближаясь к Хогвартсу. Какой же он дурак, что вчера ушел отсюда! Впрочем, Луну надо было спасать в любом случае. Наконец, в три приема он достиг Хогсмита. Дальше двигаться аппарацией нельзя. Надо лететь или идти. Хорошо, что он не сказал Гермионе, куда именно направится. Опасное дело, а она обязательно увязалась бы. А так он пробурчал что-то вроде «пойдупосмотрюделаесть» и легко обманул ее бдительность.

Гарри взлетел при помощи левитации и завис над оградой напротив Астрономической башни. Тихо. Спокойно. Можно сказать — сонная тишина. Даже птицы молчат. Юный маг насторожился. Задуманное дело требовало, чтобы внутри замка не было никого. Ни единой живой души! А как проверить? Он вынул палочку:

— Гоменум Ревелио! — свист воздуха, подобный шквалу, подсказал Поттеру, что заклинание получилось мощным, как никогда. Он застыл, с напряженно ловя отзвук. Свист обогнул вокруг замка и нырнул в его главные ворота. Тихо. Ничего не донеслось из глубин замка. Вроде никого. Теперь — прямо на площадку Астрономической башни. Оттуда виден весь замок и его ограда по периметру. Гарри опустился на каменный балкон и осмотрелся по сторонам. И вовремя. Со стороны Запретного леса в его направлении стремительно неслась радужная птица. Он не успел! Теперь остается только одно — сражаться с этим странным созданием и выгнать его из Хогвартса. В том, что птица служит Дамблдору — Поттер не сомневался. Смущала явная разумность и крайняя враждебность феникса. С другой стороны, бегство птицы после удара заклинанием в прошлой схватке над Хогсмитом говорило, что непобедимой она не является. Значит надо драться!

Расстояние между противниками стремительно сокращалось. Поттер поднял палочку. Поняв, что он обнаружен, Фоукс издал яростное клекотание.

— Ступефай! — первый красный луч вырвался из палочки юного мага. Феникс резко вильнул и увернулся.

— Ступефай! — второй луч пролетел в опасной близости от феникса, но тот не отвернул и уже метил своим клювом Гарри прямо в лоб.

— Протего! — заклинание получилось настолько мощное, что защитная сфера стала видимой, как дымчатая пелена, и по этой защите, как по стеклу, с резким скрежещущим звуком прочертили когти и клюв бессмертной птицы.

Феникса отбросило в сторону на несколько десятков ярдов. Радужные перья ярко вспыхнули на солнце, когда он перекувырнулся в воздухе, развернулся сторону своего противника и вновь немедленно атаковал его. Гарри не успел перевести дыхание и выкрикнуть новое заклинание, как получил удар в грудь, от которого сразу все поплыло в его глазах. Он упал навзничь. Феникс свечой взмыл вверх и, перевернувшись, ринулся вниз, ни на мгновение не откладывая свое намерение расправиться с противником. Поттер понял, что сейчас произойдет, и для защиты вытянул вверх руку с палочкой, но феникс нападал со стороны солнца, и в него было просто невозможно точно прицелиться. Когда до удара оставались считанные мгновения, Гарри вдруг вспомнил свою воздушную схватку с патрулем Пожирателей и взревел:

— Импендимента Скопус!

Сферическое заклятие застигло Феникса врасплох и он, промахнувшись мимо Поттера на целый фут, со всего разгона врезался в каменный пол балкона. Гарри немедленно вскочил и отпрыгнул в сторону. Птица лежала грудой изломанных костей, не подавая никаких признаков жизни. Надо было убить ее, но Гарри не мог заставить себя применить заклятие Смерти. Да и не желал он смерти Фоуксу. Ведь тот когда-то спас ему жизнь, а долг платежом красен. Да и неизвестно было, подействует ли на бессмертную птицу Авада Кедавра? Дрожащими от волнения руками Поттер захлопал себя по карманам. Вытащил платок, связал его в петлю и, направив на нее палочку, шепнул:

— Портус!

Платок налился голубым сиянием и погас. Не подходя близко к птице, Гарри заклинанием заставил платок-портключ взлететь и опуститься на сломанную шею феникса. В этот момент ему показалось, что Фоукс слегка приоткрыл свой темный глаз и взглянул на него. Занервничав, юный маг поспешно взмахнул палочкой. Портключ вспыхнул и исчез, унося свою ношу в Запретный лес.

Поттер вздохнул с облегчением. Постанывая от тупой, ноющей боли в груди, он обошел периметр всего балкона и осмотрел окрестности. Никого не обнаружив, он приступил к ритуалу наложения Фиделиуса на Хогвартс. Опыт применения такого заклинания у него уже был, и в итоге все прошло нормально. Магия замка не воспротивилась внешнему защитному заклятию. Может быть, потому, что Поттер теперь был директором школы, а может — по какой-то другой причине. Спросить было не у кого.

Дымка защиты окутала замок, немного затрудняя обзор окрестностей, но рассматривать их — не хотелось категорически. Хотелось завыть от боли. Сколько же еще раз его будут пытаться убить? Гарри побрел вниз по лестнице. Сквозное зеркало разбилось во время схватки, но покидать замок сейчас было рискованно. Придется поискать средство связи с Поттер-мэнором в кабинете директора. Фиделиус максимально надежен, когда Хранитель внутри!

Портал вытряхнул изломанную птицу в самом сердце Запретного леса — во владениях некромантулов. Запах свежей плоти немедленно привлек этих многоногих и многоглазых чудовищ. Они сползлись в кучу и уже протянулись к неожиданной добыче, как вдруг по телу птицы прошла судорога, и она ярко вспыхнула. Ошарашенные твари бросились врассыпную, а на месте самосожжения феникса образовалась горстка пепла, которая вскоре зашевелилась, и маленький уродливый птенец, подняв припрошенную серой пылью головку, с откровенной ненавистью оглядел сумрачные дебри Запретного леса.

* * *

— Ну что там?

— Не что, а кто. Людо Бэгман. Холодный.

— Как это?

— Не разочаровывай меня, Люпин. Он мертв.

— Давно?

— Я не специалист по трупам. Но думаю, пару дней уже.

Снейп Люмосом освещал темную комнату с мертвым культуртрегером на диване. Люпин подошел, было, посмотреть, но сморщился и отошел.

Оба мага уже обрели свой истинный облик. Деревянная нога Грюма и дубликат очков Поттера валялись на полу рядом, являя миру трогательное единство странной композиции. Разгромленная комната была наскоро очищена от обломков. Камин проверен. Оставалось осмотреть дом и уйти. И тут такая находка!

Снейп присел на корточки и с брезгливой миной осмотрел голову трупа. Потом расстегнул его мантию и взглянул на шею и грудь.

— Полное магическое и физическое истощение, — заявил он, поднимаясь с корточек. — Нечто подобное я наблюдал у людей через пару месяцев после казни Поцелуем дементора. Но есть явные отличия. Мимика лица у Людо не нарушена, как у тех лишенных души тел. Кстати, они перед смертью становились очень похожими друг на друга. Не знаю, что и подумать.

— Это работа Дамблдора? — мрачно спросил Люпин.

Снейп поморщился.

— Скорее всего — да. Только здесь выпита не душа, а магические и физические силы.

— Но это же... — Ремус задохнулся от возмущения.

Зельевар внимательно посмотрел на него.

— Не ударяйтесь в крайности, мистер Люпин. Директор не творит зло ради зла. Все его поступки весьма рациональны и прагматичны. Впрочем, вы уже убедились в этом.

— Да уж. Надо возвращаться и рассказать об этом Поттеру и всем остальным.

Снейп подошел к камину и вытащил из кармана баночку с Летучим порохом.

— Одалживайтесь, — предложил он Люпину. Тот подставил ладонь.

— Я думаю, — продолжил зельевар, — что Поттеру надо рассказать обязательно. А вот говорить ли остальным — на его усмотрение.

Последний из Мародеров с удивлением посмотрел на гордого и неприступного в прошлом мага, который на его памяти первый раз в жизни отдал инициативу решения Гарри Поттеру.

* * *

Несколько расклеванных туш пауков валялось под обнаженными корнями чудовищных деревьев. По виду их растерзанных потрохов было видно, что тот, кто это сделал, интересовался лишь сердцами акромантулов. Феникс тщательно чистил клюв и когти и укладывал перья на крыльях. Он уже был размером со взрослую птицу, хотя с момента его возрождения прошло всего пара часов. Наконец, взмахнув крыльями, Фоукс взлетел, провожаемый ошеломленными взглядами паучьей семьи, которая, притаившись под корнями и камнями, все это время с ужасом наблюдала, как эта непостижимая птица подкреплялась плотью их собратьев и росла на глазах!

Феникс поднялся над лесом и направился к Хогвартсу. Подлетев к месту, где располагался замок, и не обнаружив его на месте, Фоукс начал резко менять траекторию полета, стараясь нащупать невидимую преграду. Это ему удалось, но защита замка была крепка и непреодолима. Сделав дюжину попыток и не преуспев, радужная птица злобно заклекотала, развернулась и устремилась прочь от Хогвартса в быстро темнеющую даль. Путь ее лежал в сторону резиденции Темного Лорда.