Хочешь мира - готовься к войне (джен)

Я не сразу заметил, что Эванс после того, как заполучила кучу отработок, стала частенько вести себя хуже ужаленного в нежное место единорога. Нет, не в плане новых нарушений — совсем наоборот. Она при случае готова была отчихвостить всех подряд, и Джеймсу Поттеру деваться было некуда — ему особенно доставалось. Как же, кандидат номер один!

Эванс шипела на него, если тот оказывался рядом во время занятий, рычала в коридорах и по пути с одного урока на другой, так что лучший друг Сириус вскоре не выдержал, начал его защищать. И, конечно, тоже попал под горячую руку, точнее, острый язычок — лето в моей расчудесной компании для милой девочки Лили даром не прошло.

Сириус даже мне пытался пожаловаться, но всю широту проблемы я понял, когда столкнулся в коридоре с их курсом, бредущим из теплиц — сам я так же неторопливо топал с Трансфигурации — то ли школьников было в эти годы больше, то ли еще никому в голову не пришло ставить вместе на занятиях по два факультета одного курса. Впереди был большой перерыв и обед, но последнего еще надо было дождаться. Понемногу все учащиеся стекались в Большой зал, и я в невеселых раздумьях топал следом. Раздумья были перебиты, естественно, гриффиндорцами — шумнее этого факультета в школе никого не было.

В чем Эванс обвиняла Поттера, я не услышал, но догадаться было не трудно. А вот почему она это делала… а, кажется, теперь еще и Блэку достанется, зря тот полез, предупреждал же его, не надо против ветра.

— Блэк, — припечатала Эванс прямо-таки ледяным тоном, даже меня удивила. — Память напряги, тебе же вроде не все отбило. Мы падали… мы летели на Северуса и на тебя. Потом полетели вы. Ну, вспомнил? А теперь скажи мне, как оно, в полете, хорошо думается? Колдуется?

Вот тут-то я и заметил незакрытый гештальт у типа подруги. А Блэк заметил меня.

— Северус, ну скажи ты ей… Джеймс не хотел!

Не понял… Это он что, собирается меня втянуть, чтобы защищать Поттера? Серьезно? Ладно, будет вам отвлекающий маневр. А Блэк за это меня в гости в выходные возьмет, точно.

— Лили, а почему ты до сих пор в газету не написала? — спросил я. — То есть даже не только ты, а вы с Мэри?

— Не надо в газету! — запротестовал Поттер.

— Что написать? — хором с ним спросила Лили.

— Ну как что? — Поттера я проигнорировал, пристроился рядом с Эванс. — Воспоминания очевидцев!

— Ты думаешь? Ну… вообще это не очень приятно вспоминать. Даже совсем не приятно!

— Да ладно… больше хрени, хорошей и разной! — заявил я с апломбом. — Один раз напиши все, что думаешь, а отсылать не обязательно. Ну а если отошлешь, можешь и прославиться, тема на слуху, глядишь, потом репортером в газету…

И полюбовался, как честная гриффиндорская братия дружно лупает на меня глазками. Ну вот. Не собирался защищать, но внимание все же переключил. А Эванс я знаю, не будет она никуда писать, особенно если ей еще про кляузничество намекнуть.

— Не хочу репортером, — нахмурилась Эванс. — Узнавать про всех всякое, — поморщилась она.

Ну я же так и подумал. Для журналистики девочка еще слишком правильная. Но написать посоветовал еще раз, чтоб она чисто для себя это сделала. Гештальты закрывать надо, пока не… короче, не отходя от кассы.

А вот догнавшая нас МакДональд, похоже, задумалась и начала подначивать Лили.

— И я получаюсь самый козел? — первым отмер Джеймс, сообразивший, кто в результате такой публикации окажется крайним, и что ему светит и даже греет… дома. Ремнем. По одному месту. Ну это как бы я на месте его отца оценил, конечно.

Однако быстро он. И правда, соображает, значит, и тут еще должно быть не все потеряно. Тьфу, о чем я думаю? Я что, нанялся всех спасать? Вообще о другом думал, когда сюда возвращался. А с другой стороны, если оно так само пошло, что мне, жалко, что ли?

Я посмотрел на пацанов и девчонку. Блин. А ведь и правда — жалко. Погибнуть во цвете лет, даже не успев пожить толком, разве это дело? Или еще хуже, окончательно спятить в тюрьме. Ладно. Будем посмотреть, как мосты наведутся.

— Нет, Поттер, ты олень, по крайней мере, им будешь, я отвечаю. Хотя козел отпущения твоему оленю определенно родня. Завязывал бы ты уже с этим…

Выражение лица Поттера тоже было весьма своеобразным, но недолгим — он бросился и схватил меня за грудки.

«Надо же, не палочку вытащил, а чисто по-маггловски, — подумал я, делая философскую мину. — Или оно у всех одинаково?»

А Блэк уже пытался нас разнять, хотя чего там разнимать, было не совсем понятно. Чего Поттер от меня хотел, он еще сам, видимо, не понял, в морду давать с некоторых пор опасался, да и браслет блэковский на мне — не может не знать, а сцапал меня, кажись, чтоб я не убежал. Так что для того, кого держат за грудки я был просто до неприличия спокоен.

— Ты чего хотел-то? — доверительно прошептал я Поттеру прямо в лицо. — Спрашивай, не убегу. И отцепись уже, эту мантию не порвешь, она специальная.

— То есть специальная? — не выдержал Поттер, всматриваясь в ткань лацканов. — Кто зачаровал?

— Понятия не имею, купил.

— Купил? Нищий Снейп? — он наконец отцепился, а я постучал себе по лбу, укоризненно глядя ему в глаза.

— Надеюсь, я не должен тебе отчитываться, откуда деньги берут, если не от родительских щедрот? Как большой мальчик, ты немного в курсе, нэ?

— И откуда? — искренне заинтересовался Сириус пока Поттер не собирался, естественно, признаваться, что мальчик он совсем еще даже не большой.

За что люблю Блэка, так это за непосредственность…

— За-ра-ба-ты-ва-ют.

— Как? — две пары жадных глаз готовы меня почти что съесть, а вот еще одна, зеленая, Лилькина, являет работу мысли и — озарение! Ну она же легко может сложить два и два — и в курсе, как часто я пропадал в материной лаборатории. Скажет или не скажет? Молчит… Значит, девочка становится все правильней, глядишь, так и подрастет через несколько лет боевая подруга.

— Например, я неплохо варю зелья.

— Да кто тебе закажет, школьнику… — удивился Поттер.

— Моя мать прекрасный зельевар, мы на пару летом работали.

— А раньше что же?

Я смерил парней тяжелым взглядом. Еще тяжелее, еще… Так.

— Ну… это, извини, что ли…

Вот то-то же.

— Разумеется, это не ваше дело. Но сказать, что мама долго и тяжело болела, мне не особо трудно.

— Может, того? Помощь нужна?

— И давно ты стал колдомедиком, Блэк?

— Ну я вообще-то про зелья, ингредиенты к ним. Блэки достать могут что угодно!

— Поттеры тоже!

Вот это да… Помощнички у меня нашлись, дайте глаза протереть.

— А ты сам? Или ты? Молчите? И что может любой из вас без своей семьи?

Сириус только глазками посверкал, а Джеймс так и просто вздохнул и развел руками.

— Так ты ведь тоже с миссис Снейп вместе работал, — встряла Эванс, и, конечно, была права.

— А до этого я месяц работал в маггловском строительном магазине, — признался я, мысленно благодаря девчонку за уместность ее замечания. — Лекарства, зелья, ингредиенты — все это денег стоит. Замечу, спонсировать меня никому в голову не приходило. А с протянутой рукой ходить — не дождетесь.

— В маггловском магазине?

Все, бандерлоги зачарованы. И теперь им не терпится узнать, что и как. Ну, я относительно радостно пообещал рассказать потом — из Большого зала, к которому мы шли, донеслись запахи еды. Главное, чтобы Поттер про оленя не вспомнил, вот что меня за язык потянуло? А про приключения на складе стройматериалов я им уши залью…

* * *

Зачем мне сдалась вся эта школа, да и весь этот мир, на фига я сюда вернулся? Думаете, Снейпа пожалел? Да сдался он мне. Хотя мои предки его вроде нормально воспитали, правильно. Я же хотел разобраться, понять этот мир. Не по книжкам же. А тут такая возможность!

Я уже начал осторожно задавать всякие вопросы учителям. Школа же все-таки, может, кто откликнется на нужды любознательного меня, проникнется, поучит? Правда, старался не вылезать особо — лишнее внимание мне ни к чему. И получил полный шиш, даже без масла.

Уважаемые профессора отбрыкивались один за другим, объясняя все на удивление одинаково — мол, программа есть, и ни шагу вбок. Вперед тоже не рекомендуется. Только назад, мол, повторение, закрепление и так далее. Был бы я подростком, взбунтовался бы, но… Если что-то существует и так старательно поддерживается, значит, это кому-то надо. Будем поискать.

Один раз, когда мне Слагхорн втирал про повторение аккурат после того, как я накушался отповедей от МакГонагалл, я чуть не заорал. Потому что такого количества бесполезностей я в жизни не видел!

Вот на кой ляд мне Дыбоволосное зелье, скажите на милость? Если я по дикобразам соскучусь, лучше в зоопарк схожу. А ведь этому разнесчастному зелью у нас отведен месяц занятий — восемь пар! Шестнадцать часов! Вдуматься только… Правда по программе дальше Рябиновый отвар, тут, конечно, спорить не о чем, отличная штука. Жду не дождусь, хотя давно сам варю. Но хотя бы полезное повторять, а не всякую дребедень.

Я эти крысиные хвосты уже давно могу на автомате колечками толщиной в миллиметр пластать! И вот такая трата времени раздражает неимоверно. Раздражала бы сильней, если бы в моем распоряжении не была теперь часть лаборатории, в которой декан собирается по выходным работать с маман. Да, я там по сусекам пошукал, не то чтобы нашел много интересного, но полезностей, уже мне известных, было достаточно.

Нет, варить сам я пока не собирался — нечего палиться, декан и директору сболтнуть может, просто случайно. И вообще я тут мантию и штаны протираю не за тем. Я прежде всего разобраться хотел, что есть магия? Ладно, Флитвик после двухдневной осады ответил, что это такая энергия, доступная только магам. Хорошо, но откуда она берется? Извне? Вырабатывается организмом? Почему кто-то сильный маг, а кто-то — слабый? Все способности можно развить — это истина, а способность к магии как? По передаче магии опять же интересности… Ладно, законы Менделя, ладно, полигенное наследование комплекса рецессивных генов, но почему тогда волшебники от сквибов избавлялись — доказанный факт, я в истории смотрел. Но идиотизм же!

Не в одной истории, во многих, в том числе у Блэков. Вот бы до их родового гобелена добраться… Ага, и узнать, какими чарами его творят — ни в жизнь теперь не поверю, что это леди с потомством женского полу сидят денно и нощно и эту самую сакральную тряпочку ткут! Не любят волшебники здесь ручками работать, сильно не любят, маман лучший пример. Была. К счастью, это уже в прошлом.

Кстати, с этого я, пожалуй, и начну. С приобщения кое-кого к радости созидательного труда!

* * *

Только на следующий день я сообразил, что с созидательным трудом меня опередили. Ну, не совсем созидательным, конечно, но все же. Начал было удивляться, что Блэк с Поттером меня не вылавливают — или не надо выполнять обещанное? Не то чтоб я дождаться не мог, но идея стаскать этих мажорчиков волшебных семейств на подработки в маггловский мир мне отчего-то нравилась. То ли возраст начал проявляться, то ли авантюрная жилка усиливается.

Пока же оказалось, что они все еще на отработках тренируются. Ну тоже дело, чего там.

Задумался о том, что, может, я все еще продолжаю воспринимать все, как сказку, и развлекаюсь? Ну… только в самой небольшой мере. У меня сейчас по плану разведка по всем фронтам, раз уж собрался вытаскивать из канонных лап не только себя любимого, но и эту честную компанию. Одному вроде как скучно же. А вообще, как я буду себя чувствовать, слиняв куда-нибудь подальше от дедушки и от лорда-волдеморда, и при этом знать, что Лилька выскочит за Поттера, и оба погибнут…

Отвлекает, конечно, от основной цели чистого познания эта подковерная борьба, которую я вроде бы не начинал, оно все само, но гадом буду, если этим не займусь по-серьезному. Но тихо, самое главное — тихо. То есть под ковром и никак иначе.

Кстати, начал посещать дорогого директора — в основном с вопросами по своим тетрадкам. Не зря я на них кучу времени убил, не зря! Дамблдор в первый раз обрадовался, ответил что-то обтекаемое и пригласил на чай. Я пришел. Вот только тот и рта открыть не успел, чтоб этого самого чаю предложить, как я пошел грузить его вопросами — кстати, подспудно в них было и о сути магии, и о передаче ее, и об усилении, но в основном через призму «смены пола» или «посторонней личности внутри».

Я использовал любую паузу, любое его движение, чтобы спросить еще что-нибудь, и не что попало, а очень даже по плану, и пару сотен пунктов этот план насчитывал еще в Коукворте. После посещения Блэков еще столько же добавилось, но это я надеюсь с Блэками же и провентилировать. Дамблдор же сам полукровка, откуда ему всякие родовые-фамильные-чистокровные заморочки знать?

Кстати, я его даже спросил, может ли девочка основать род сама, если ее муж не будет против, и еще что мне придется в свое время делать, жениться или замуж выходить?.. Ну и дальше в том же роде. Дамблдор начал как-то странно на меня коситься и ерзать на своем креслице. А я не забыл упомянуть, что недавно перестал чувствовать Джинни, ах, директор, это так странно, так плохо, я скучаю, хотя так уже было, когда ее долго не было, но может что сделать, чтоб она быстрей пришла?

Дамблдор, видимо, все-таки уже дошел до кондиции — вопросы больше и не пытался задавать, например, когда это произошло, да сколько дней продолжается — просто сидел, смотрел на меня и, кажется, сдерживал вздохи. И даже глазки за очками словно пеленой подернулись. Перестарался я немного…

На следующий день я пришел на чай сам, но директор от меня сбежал. Я еще несколько раз попробовал поймать его в школьных коридорах, он проявлял чудеса то отмазывания, то скорости, один раз его даже феникс унес — офигенная птичка, особенно перелеты с ней, я бы попробовал… Кстати, еще спросить, что при этом чувствуют, особенно когда тот несет сквозь стенку.

Я еще немного добавил настырности, но тут директор вообще куда-то исчез, как бы не в Визенгамот. Хотя он все же кремень не хуже остальных профессоров, тоже ухитрился не сказать ничего полезного. То есть про магию, хотя бы самое общее. Ну ничего, вернется, у меня еще вторая сотня вопросов наготове. Главное не довести профессоров до того, чтобы на педсовете или как это тут у них называется, поставили вопрос о том, что делать с любознательным мальчиком Северусом Снейпом. Так что поаккуратнее с людьми надо, помягче… Да и с директором, наверное, тоже.