Роса рассветная
Светлее светлого
А в ней живет поверье диких трав
У века каждого
На зверя страшного
Найдется свой однажды волкодав
(с) Мельница - Волкодав
Красная свадьба остается красной. Как спелая брусника, истекающая кровавым соком в ладонях. Как листья чардрева, горящие на белом снегу. Как кровь, брызнувшая от удара, нанесенного в спину.
Робб Старк, скованный долгом и сталью северной короны, хотел бы перестать быть Молодым Волком и снова скрестить не железные мечи с врагами, а деревянные - с названными братьями. Один брат без права возврата уходит в ночь, укрыв плечи плащом цвета неба, на котором погасли все звезды. Но рядом другой, вечно улыбающийся, почти-брат, которого Робб любит как родного. Но по венам Теона струится не север, а соль и железо. Теон улыбается и протягивает поверженному деревянным мечом Роббу горсть брусники в сахаре. Теон улыбается и вместе с сотней кораблей с черно-золотыми парусами преподносит на свадьбу своего не-брата вино с отчетливым металлическим привкусом крови.
#реал
Потеплело. Хожу в толстовке.
Пошел отправлять посылку, на обратном пути заглянул в пятерку, ну а пакеты там платные – это важно.
Короче, иду домой, на лавке сидит соседка.
Я не заметила ее, когда шла с посылкой, потому говорю:
– Здрасти.
– Здравствуй, – отвечает она и, пялясь на моё пузо, спрашивает: – А тебе разве можно тяжелое носить?
Ну я без задней мысли отвечаю:
– Нет, конечно, меньше месяца назад операция на спину была, но деваться некуда же…
По лицу соседки понимаю, что она ждала другого. И тут догоняю, что пялится она на мое пузо.
Достаю с напузного кармана толстовки 2 бутылки йогурта, упаковку сыра, пачку сочников…
– Вообще-то, я похудела, – сообщаю я с улыбкой и валю домой.
Лицо соседки непередаваемо.
Светлее светлого
А в ней живет поверье диких трав
У века каждого
На зверя страшного
Найдется свой однажды волкодав
(с) Мельница - Волкодав
Красная свадьба остается красной. Как спелая брусника, истекающая кровавым соком в ладонях. Как листья чардрева, горящие на белом снегу. Как кровь, брызнувшая от удара, нанесенного в спину.
Робб Старк, скованный долгом и сталью северной короны, хотел бы перестать быть Молодым Волком и снова скрестить не железные мечи с врагами, а деревянные - с названными братьями. Один брат без права возврата уходит в ночь, укрыв плечи плащом цвета неба, на котором погасли все звезды. Но рядом другой, вечно улыбающийся, почти-брат, которого Робб любит как родного. Но по венам Теона струится не север, а соль и железо. Теон улыбается и протягивает поверженному деревянным мечом Роббу горсть брусники в сахаре. Теон улыбается и вместе с сотней кораблей с черно-золотыми парусами преподносит на свадьбу своего не-брата вино с отчетливым металлическим привкусом крови.