Jinger Beer

— Вот мы толковали о литературе, — продолжал он, — если б у меня были лишние деньги, я бы сейчас сделался малороссийским поэтом.
— Это что еще? Хорош поэт! — возразила Дарья Михайловна, — разве вы знаете по-малороссийски?
— Нимало; да оно и не нужно.
— Как не нужно?
— Да так же, не нужно. Стоит только взять лист бумаги и написать наверху: „Дума“; потом начать так: „Гой ты, доля моя, доля!“ или: „Седе казачино Наливайко на кургане!“, а там: „По-пид горою, по-пид зелено’ю, грае, грае воропае, гоп! гоп!“ или что-нибудь в этом роде. И дело в шляпе. Печатай и издавай. Малоросс прочтет, подопрет рукою щеку и непременно заплачет, — такая чувствительная душа!
— Помилуйте! — воскликнул Басистов. — Что вы это такое говорите? Это ни с чем не сообразно. Я жил в Малороссии, люблю ее и язык ее знаю… „Грае, грае воропае“ — совершенная бессмыслица.
— Может быть, а хохол все-таки заплачет. Вы говорите: язык… Да разве существует малороссийский язык? Я попросил раз одного хохла перевести следующую, первую попавшуюся мне фразу: „Грамматика есть искусство правильно читать и писать“. Знаете, как он это перевел: „Храматыка е выскусьтво правыльно чытаты ы пысаты…“. Что ж, это язык, по-вашему? Самостоятельный язык? Да скорей чем с этим согласиться, я готов позволить лучшего своего друга истолочь в ступе…

Цитата по – «Рудин», И.С. Тургенев, 1855 г.

#цитата #это_интересно

#ЯОШ #цитата
В животе было пусто и хотелось спать. Я прикинул, сколько мы уже на ногах, оказалось, что почти сутки! Даже Юки притихла, устроилась на мешках, подложила свой ранец под голову и задремала. Я заметил, что гул сильно изменился и стал почти что неслышным, вибрация тоже пропала. Я начал дремать, кое-как забравшись на мешок. Но уснуть было не суждено: под потолком снова защёлкало в динамиках, и кто-то невидимый хрипло откашлялся, а потом рявкнул:

— Рад вас приветствовать на моём борту!

Я дернулся от неожиданности, а Юки вцепилась мне в руку, чуть не проткнув кожу своими ногтями. Голос сверху был тот же самый, который хихикал вначале.

— Кто вы?! — крикнул я.

— Моё имя — Кусаи Хватадзаки, я джентльмен удачи!

— Пират?!

— Честный пират, между прочим, настоящий ценитель космических трасс!

#цитата #ЯОШ
Последние слёзы Юки наконец-то высохли, и она с любопытством огляделась вокруг. Кругом было белым-бело, ни линии горизонта, ничего.

— Даже глазу не за что зацепиться, да?

— Ага. Как будто подвесили в пустоте. Если бы не чувство, что мы стоим на поверхности, то можно было бы подумать, что мы плаваем в белой бесконечности. Какое счастье, что я додумался тень тебе нарисовать, а то вообще был бы кошмар!

Я показал на бледную, мягкую, но всё же тень под ногами Юки. У меня была такая же — видно, это было заданное мной свойство нарисованного мира.

— И куда же мы пойдём? — спросила Юки.

— Туда, — бодро ткнул я пальцем в ту сторону, куда был лицом. Если ты — лидер, (а Юки не лезла в командиры и лидерство не оспаривала), то самое главное — это не показывать виду, что не знаешь, что делать. Нужно демонстрировать полную уверенность и то, что у тебя всё под контролем. Хуже нет, когда сомневаются в лидере, я читал в какой-то манге. Начинается разброд и шатание, и это ни к чему хорошему не приводит. К беде приводит. Мы двинулись. Мне было понятно, что, не имея видимого ориентира, вероятней всего мы будем ходить по кругу, но мне нужно было потянуть время и подумать. А думается лучше всего при ходьбе, это каждый знает.

Яош