Anne de Beyle

Нейросеть

Люциус выглядел как призрак. Дневной свет едва проникал в библиотеку сквозь тяжёлые занавеси. Он сидел в потертом кресле, ссутулившись, заложив пальцем книгу, чтобы не потерять строку, и его волосы почти доставали до пола.

Нейросеть

По прошествии года, мракоборцы все же решили проверить своего подопечного. И не смогли проникнуть на зачарованную территорию старинного поместья. Каким-то странным образом она опечатала сама себя, и проникнуть туда мог только тот, кто имел к ней самое прямое отношение.

Нейросеть

Он почувствовал прикосновение чьей-то руки. Люциус обернулся. Гермиона стояла позади него и мягко улыбалась.
Чего такого он мог бы пожелать за пределами своего поместья, из того, чего не было здесь?

Нейросеть

Они прошли дальше в лес и вскоре нашли стопку одеял и корзинку для пикника, которые оставил для них домовик. Корзинка, судя по всему, была зачарована заклинанием незримого расширения, потому что когда Люциус открыл крышку и взмахнул палочкой, ее содержимое стало увеличиваться прямо на глазах.

— Надеюсь, вы проголодались.

Гермиона с опаской посмотрела на разложенные перед ними горы еды и пожала плечами.

— Э-э... проголодалась конечно. Но, если честно, не настолько.

— Тогда мы съедим все, что в наших силах, — решительно заявил Люциус. — И избавимся от необходимости ужинать.

Нейросеть

Ему показалось, что он перестал существовать, развоплотился, и только стук собственного сердца напоминал ему о том, что он все еще жив. Голова сразу стала пустой, тело — легким, как перышко. Люциус открыл глаза. Гермиона с нежностью смотрела на него и улыбалась.

Нейросеть

Завтракать Люциусу и Гермионе пришлось вдвоем. À deux, как по-французски выразился Малфой. Хотя, если говорить точнее, то, скорее, à trois, потому что вместе со своим хозяином в столовую пришла Ванилька и, взобравшись на соседний с ним стул, сейчас величественно восседала на мягком сидении в ожидании вкусняшек.

Нейросеть

— Прости, что опоздала, — беззаботно прощебетала Джинни и чмокнула Гермиону в щёку. — И спасибо, что пришла.

Налила бокал для себя и села напротив.

— Что произошло? — сразу переходя к делу после короткого приветствия тут же спросила Гермиона. — Судя по голосу, ты была очень встревожена. Что-то случилось?

— Вроде того, — кивнула Джинни с самым серьёзным видом.

— Драко что-то натворил?.. — остор...>>ожно предположила Гермиона.

— Ни в коем случае! У нас прекрасный брак.

— Рада за вас, — сухо заметила Гермиона. — В чем тогда дело?

Джинни ненадолго замолчала. «Наверное, чтобы придать своим словам побольше драматизма», — подумала Грейнджер.

— Люциус, — наконец коротко отозвалась Джинни.

Нейросеть

Сцена перед палатой номер 753 живо напомнила ей события военного времени. Медиведьмы и волшебники толпились в коридоре, суетясь и сталкиваясь друг с другом в дверях, то входя в палату, то снова выходя оттуда за очередной порцией флаконов с зельем или новым набором инструментов. Гермиона побледнела, когда увидела, как одна из сиделок несет в руках кипу скомканных простыней. Гермиона посмотрела в ее напряжённое, сосредоточенное лицо и похолодела. С трудом сглотнула вязкий комок слюны в пересохшем рту и, проводив ее взглядом, повернулась с сторону палаты. Все это было не к добру.