Глава 4. Цепь, скованная в небе

Гермиона Грейнджер мчалась на своей «Молнии» у самых скал, закладывая безумные виражи. Её мундир был разорван на плече когтями одной из тварей, лицо покрывала копоть. Только за счет колоссального технического превосходства новейших метел ей и Джинни удавалось удерживать дистанцию, но Гермиона, чей разум даже в секунды смертельной опасности продолжал хладнокровно просчитывать телеметрию боя, понимала: это ненадолго. Человеческие силы были на пределе.

Ей был предельно ясен тактический план противника, простой и безжалостный, как геометрическая схема. Назгулы зажимали их в тиски, методично прижимая к отвесной гранитной стене. Двое нападавших полностью блокировали её перепрошитого стража, связывая его ближним боем и не давая прийти на помощь хозяйке. Третий же Призрак — тот, что уклонился от первого заклятия — шел целенаправленно за ней, чтобы нанести один-единственный, фатальный удар моргульским клинком.

Джинни творила в воздухе чудеса пилотажа. Её рыжие волосы, выбившиеся из-под шлема, казались яростным росчерком пламени на фоне серых скал. Она беспрестанно кружила перед мордой преследующего Гермиону назгула, подрезала траекторию крылатой твари, посылала в нее взрывные заклятия. Но Черный Всадник обращал на нее внимание как на назойливую муху. Древнее зло, ведомое прямой волей Саурона, не отвлекалось на ложные цели. Всадник видел только фиолетовое свечение жезла на палочке Грейнджер.