Последствия Обливиэйта

Полчаса спустя, запирая лавку всеми возможными заклинаниями, Горбин пожаловался своему пожилому компаньону:

— Что-то у меня голова просто раскалывается, дорогой Бэрк! Должно быть, к грозе. И вроде бы день сегодня был вполне обычный.

— Я бы сказал, скучный денек! — вторил ему Бэрк, в руках которого не наблюдалось никакой палки, служившей, как правильно предположил Северус, исключительно в целях психологического давления на покупателей: у тех, кто приходил продать ценный артефакт, не хватало совести торговаться с немощным продавцом, и они частенько отдавали поистине ценные вещи за более низкую цену. — А дело точно идет к грозе. У самого в ушах звенит, а в затылке ломит. Надо будет дома выпить зелье от головной боли и немедленно лечь в постель.

Обливиэйт Северуса сработал на славу. Оба лавочника напрочь забыли о странном посетителе, выдававшим себя за другого, и несколько лет спустя, когда им довелось столкнуться с подлинным Леру, они были убеждены, что видят его впервые.