Нейросеть

Гарри Поттер, Рон Уизли

Арт к главе 9: август 1999
Рон и Гарри с помощью магии возводят кирпичную стену прямо перед портретом Вальбурги Блэк.

Нейросеть

Арт к главе 9: август 1999
Гарри на собеседовании в Министерстве.

Нейросеть

Гарри и Гермиона не охотники ,а наблюдатели-исследователи. Оружие взято на крайний случай самозащиты. Невесть как попавший на миллионы лет вперёд Тираннозавр рекс ультима бьётся насмерть с Мегистотериями, которые защищают детёнышей. Гермиона в этической дилемме: помогать, или нет Мегистотериям?

Нейросеть

Арт к главе 40
Или как Гарри, решив, что обычные справочники — это для слабаков, вытряхнул из небытия самого Саргона Аккадского, чтобы тот поработал у него бесплатным навигатором по Междуречью.

Нейросеть

Арт к главе 39
Или как Гарри нарушил воздушное пространство Багдада.

Нейросеть

Арт к главе 39
Или как Гарри в поисках диких бизонов наткнулся на пернатое чудовище размером с самолёт, которое вместо молний производило оглушительный грохот каждым взмахом крыла, наглядно объясняя, куда девается рогатый скот.

Нейросеть

Гарри Поттер, Новый Мужской Персонаж

Зейн несёт Гарри Поттера в Антверпен.
Глухой лес. Воздух пропитан запахом влажного мха, прелой листвы и далёкой осени. Пасмурное небо, разорванное редкими проблесками бледно-голубого, отбрасывает на землю призрачные пятна света. Тишину нарушает лишь шелест опавших листьев под ногами одинокого путника.
Сквозь чащу движется высокий человек. Он идёт с неестественной лёгкостью, перешагивая через повал...>>енные вековые деревья, словно они были всего лишь веточками. Кусты и мелколесье расступаются перед ним, не тревожась его проходом — ни одна ветка не хрустнула, ни один стебель не сломался.
В его глазах таится вековая скорбь - изломанное, несчастное существо, вечная жертва безответственности своего создателя и людской ненависти ко всему чужеродному. В его памяти живут не только ужас рождения, но и способность мыслить, чувствовать, переживать. Отвергнутый Виктором Франкенштейном, гонимый людьми, он стал вечным скитальцем.
И сейчас он несёт на руках хрупкую ношу — семнадцатилетнего Гарри Поттера , он очень устал, истощён до предела, и в могучих руках Чудовища кажется не волшебником, сражавшимся с Тёмным Лордом, а просто мальчиком-подростком, нуждающимся в защите. В сравнении с Чудовищем, Гарри выглядит ребёнком.
Чудовище смотрит на спящего Гарри с нежностью, которой никогда не знало само. Его огромные руки, способные ломать деревья, держат юношу с невероятной бережностью, словно драгоценный хрусталь. В льдистых глазах мелькает сочувствие — он узнаёт в этом хрупком создании ту же отверженность, то же одиночество, что носит в своей собственной душе.
Он идёт подбирая путь, чтобы не потревожить сон измученного юноши. Лес молча взирает на эту странную пару: чудовище, несущее спасение, и мальчик, нашедший приют в самых неожиданных объятиях. Где-то впереди — неизвестность, но сейчас, в этом осеннем лесу, два изгоя нашли друг в друге тихое понимание, которое не требовало слов. Как то так.

Нейросеть

В бездонной черноте космической пустоты, среди спиралей сияющих туманностей и россыпей далёких галактик, возлежит Маха Вишну принявший суть и облик Гарри Поттера. Четыре его руки покоятся в жестах созидания и дарения, излучая тихую, безмерную мощь. Его поза полна божественного покоя и созерцательной отрешённости, будто само время замедлило свой бег вокруг него.
Из чела божества струится тёплое, жи...>>вое золотое сияние — чистый свет воображения и воли. В этом сиянии, подобно росинкам в первых лучах солнца, зарождаются хрустальные сферы. Изначально они малы и прозрачны, но, отдаляясь от творца, начинают расти, наполняясь светом и деталями.

Внутри каждой расширяющейся сферы, словно в волшебном калейдоскопе, оживают целые миры. Это миры «что, если», сплетённые из нитей бесчисленных фанфиков. Вот в одной сфере Гарри и Гермиона, спасённые из Тисовой улицы, вместе учатся в маленьком коттедже под опекой мудрых наставников. В другой — они Верховные чародеи, стоящие плечом к плечу у руля Министерства, их взгляды полны понимания и общей усталой решимости. В третьей — они просто студенты, но их дружба, проверенная временем и битвами, переросла в тихую, нерушимую любовь; они сидят в библиотеке, и их пальцы почти соприкасаются на странице старого фолианта.

Сферы множатся, удаляясь в чёрную пустоту и превращаясь в новые звёздные системы. В одних Гарри и Гермиона — бессмертные исследователи магии, в других — родители большого шумного семейства, в третьих — воины света, чей союз стал легендой. Каждая вселенная уникальна, но в сердце каждой из них неизменна одна истина: Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер вместе. Их партнёрство, в какой бы форме оно ни проявлялось, является осью, вокруг которой вращаются эти новорождённые миры, — вечный, переосмысливаемый в бесконечных вариациях союз разума и духа, храбрости и преданности.
А четырёхрукий бог-творец лишь наблюдает за этим потоком реальностей, и лёгкая, едва уловимая улыбка касается его губ. Ибо всё это — бесконечное выражение одной мысли

Нейросеть

Арт к главе 39
Или как Гарри, дрейфуя вверх по Миссисипи, обнаружил, что древние индейские курганы вибрируют от магии похлеще любого британского мегалита, и решил нанести их на карту, пока до них не добрались магловские застройщики.

Нейросеть

Арт к главе 39
Или как Гарри, облачившись в шёлк акромантула, вывез всех семерых вампирш на бал в Луизиану, чтобы окончательно запутать американских фетишистов вопросом, кто здесь чей господин.

Нейросеть

Гарри Поттер, Аберфорт Дамблдор

Арт к главе 8: июль 1999
Гарри сидит за барной стойкой в сумрачном кабаке «Кабанья голова» напротив Аберфорта Дамблдора. Старик протирает грязной тряпкой стакан и с редкой теплотой в глазах слушает рассказ о Джордже и Роне.

Нейросеть

Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер, Рон Уизли

Арт к главе 8: май 1999
Рон стоит на берегу черного озера, устремив отсутствующий взгляд на водную гладь. Чуть в стороне за ним с грустью наблюдают Гермиона и Гарри, понимая, что спустя год друг наконец-то по-настоящему осознал и оплакивает смерть брата.

Нейросеть

В этой вселенной Гарри и Гермиона-Налз и Инга.
Налз, проснись же ты!
Слипшиеся веки открылись с трудом, будто склеенные сладким сиропом. Передо мной стояла Инга, её фигура вырисовывалась на фоне утреннего света, пробивающегося сквозь жалюзи. Она была уже одета — в просторной серой кофте и удобных штанах, волосы собраны в небрежный пучок.
— О, Инга! Привет... — голос мой звучал хрипло, сонно.
— Ты...>> кричал во сне! — её брови сдвинулись, в глазах читалось беспокойство, смешанное с досадой.
— Я? Кричал? Странно... Такой был красивый сон. Как будто я в озере, и там пена такаяяя... белая, воздушная, и она обволакивает меня, а я плыву куда-то вдаль, и нет ни времени, ни забот...
— Проснись уже! — её ладонь легла мне на плечо, встряхнула.
— Да, что... — прошептал я, протирая глаза кулаками, ощущая под веками песок усталости.
— Вот кофе — пей.
Я взял кружку. Тёплая керамика приятно обжигала пальцы. Аромат — горький, насыщенный, с лёгкими нотками жжёного зерна — ударил в нос. Пью. Маленький глоток, затем ещё. Горячая жидкость разливается по горлу, согревает изнутри. Просыпаюсь. Постепенно мир вокруг обретает чёткость: знакомые очертания комнаты, пылинки, танцующие в солнечном луче, складки на одеяле.
Ага, сегодня, надо полагать, суббота. Утро субботнее — особенное. Нет спешки, нет обязательств. А будит меня Инга — конечно, кто ещё мне кофе принесёт? Она всегда встаёт раньше, даже в выходные. Любит эти тихие утренние часы, когда город ещё спит.
Глоток бодрящего напитка окончательно открыл мне глаза. Ну да, всё правильно: я здесь, в нашей квартире на четвёртом этаже, а мои сны — очень далеко. И пусть там и пребывают. Реальность куда приятнее, особенно когда в ней есть Инга.
— Ну, мы пойдём сегодня кино смотреть, дневной сеанс, — сказала Инга, её рука легла мне на плечо, пальцы слегка сжали руку. — Это уже после яичницы, — добавила она, и в её голосе прозвучала улыбка.
Я в ответ нежно приобнял её. «Моя рука на талии самой красивой девушки на свете», — подумал я.

Нейросеть

Нейросеть

Гарри и Гермиона на седьмом небе от счастья. Их ничто не разлучит больше никогда, в любых мирах. В единении и в гармонии)))

Нейросеть

Гарри и Гермиона воркуют благодатно. Они лучезарно улыбаются.

Нейросеть

Аниме-арт вид со спины на Гарри Поттера в нейтральной мантии, целящегося базукой в тролля на босс-арене

Нейросеть

Арт к главе 38
Или как Гарри превратил подземелья своей башни в пятизвездочный отель для оборотней, где единственным условием «all inclusive» в полнолуние является крепкая дверь и отсутствие желания съесть хозяина.

Нейросеть

Арт к главе 38
Или как Гарри, увлекшись медитацией перед древними нагами, обнаружил, что каменные истуканы умеют не только хранить секреты, но и весьма ехидно подмигивать гостям, когда те слишком стараются.

Нейросеть

Арт к главе 38
Или как Гарри, пробившись сквозь чешую и аппетиты гигантского змея, обнаружил под Индийским океаном огромную каверну с искусственным солнцем и толпой змееустов-пастухов.

Нейросеть

Арт к главе 7: 1998
Гарри и Джинни прячутся в секретной комнате за ковром, которую Гарри нашел в замке. В залитом светом из маленького окна помещении, устланном мягкими подушками, они наконец могут уединиться и поговорить о своем будущем вдали от Филча и любопытных однокурсников.

Нейросеть

Гарри Поттер/Гермиона Грейнджер, Новый Персонаж

Сырой, холодный воздух туалета в подземельях Хогвартса был наполнен запахом плесени и страха. В центре зала, освещённого лишь тусклым светом магических факелов, стоял злобный горный тролль. Его массивное тело, покрытое бугристой кожей, отбрасывало уродливые тени на каменные стены. В одной руке он сжимал грубую дубину, в другой — схваченную за руку Гермиону Грейнджер. Её глаза были широко раскрыты ...>>от ужаса, а губы дрожали, пытаясь вспомнить хоть одно заклинание.
И тут из темноты появился он.
Гарри Поттер шагнул в круг света, но это был не тот мальчик, которого все знали. Его движения были плавными, уверенными, почти змеиными. Очки на его лице отражали мерцание факелов, но за стёклами не было привычных зелёных глаз — лишь бездонная чернота, поглотившая белки и радужки. Эта тьма смотрела прямо на тролля, и в ней читалась не детская ярость, а древняя, холодная мощь.
— Отпусти её, — прозвучал его голос, низкий и резонирующий, будто эхо из глубокой пещеры.
Тролль лишь рыкнул в ответ, подняв дубину. Но Гарри уже действовал. Скорость его была молниеносной : раз -он рванулся вперёд, и от несильного укола пальцем серо-зелёная лапища повисла плетью, выпустив вмиг обмякшую девочку, два – нежно обхватив Гермиону мгновенно переместил её к дверям, подальше от чудовища. Его объятие было крепким, защищающим, но прикосновение к его коже заставило Гермиону вздрогнуть — от него веяло ледяным холодом.
— Не бойся, — прошептал он, не отводя чёрных глаз от чудовища.
Тролль, разъярённый вмешательством, занёс дубину для удара. В этот момент Гарри вытянул правую руку в сторону громилы. Не произнеся ни слова, он выпустил силу, которую носил в себе.
Из его ладони хлынула сама тьма— чистая, абсолютная чернота, живая и враждебная. Она извивалась в воздухе, принимая форму гигантской тенеподобной змеи. Тень-змея росла на глазах, заполняя пространство рядом с троллем, её безглазая пасть разевалась в беззвучном шипении. Она состояла из ничего, из пустоты, но в её движении чувствовалась угроза.

Нейросеть

Арт к главе 19
Скрытые маскирующими чарами, Гарри и Джинни сидят под яблоней в сумерках, осознавая, что впереди у них только бесконечное лето.

Нейросеть

Арт к главе 19
Скрытые маскирующими чарами, Гарри и Джинни стоят под яблоней в сумерках, осознавая, что впереди у них только бесконечное лето.