Когда плачет королева мафии (джен)

#фидбэк_лиги_фанфикса

Я не супер-мега-знаток канона, но как-то странно, на мой взгляд, что Коё выкидывает за спиной Мори вот такую вот штуку. Всё-таки, нынешнего босса она уважает. При режиме прежнего она ещё могла бы на такое решиться, но тут... Да и не в её характере это. Она ведь до конца не хотела отпускать Кёку, только потом Дазай (о нём, кстати, чуть позже) заключил с ней сделку. Впрочем, кроме этого, меня больше ничего не царапнуло. (Не считая изменённого возраста Коё во флэшбеке, но там это оправдано и эффект достигнут: меня, любителя драмы, бросило в дрожь). Да, кстати, воспоминание стоит того, чтобы на нём задержать внимание. Повторюсь: меня впечатлило. Именно сцена казни, кажется, подействовала на меня сильнее всего. В нескольких абзацах – всё: жестокость Мафии, ломающиеся в ней судьбы, страдание пешек... Сильно.
Вернёмся к нашим баранам И о Дазае. Вот кто за несколько слов прям порадовал моё фанатское сердечко! Хитрый, мгновенно хватающийся за возможность получить выгоду и напакостить Мафии... это внешняя оболочка. А душа его приоткрывается после упоминания Оды. И вот там обнажается человечность: обычная, человеческая боль, а сквозь неё – (всё же, мне так показалось) желание стать лучше. Браво, автор! Одной фразой Коё вы, если не разрушили, но пошатнули защитную конструкцию Дазая. И вот это я очень люблю. Отдельная благодарность вам за такого Дазая!

Усы лапы и хвост
Понимаете, в прошлом у Кое много темных пятен и многого нам не показали. НО мы точно знаем, что она привязана к Кеке. И привязана сильно. Настолько, что для нее спасение девочки было приоритетом в каноне.
Я лишь немного сдвинула их сделку по времени. Точнее, написала допущение, которое достаточно легко вписывается в канон.
Да, она уважает Мори, но если бы она не хотела, чтобы Кека перешла в Агенство, она бы и в каноне не стала заключать сделку с Дазаем, а подключила все ресурсы Мафии, чтобы спасти девочку. Я даже не сомневаюсь, что у Мори предостаточно этих связей.

Казнь - это каноничная казнь предателей в Портовой маяии. Это даже описано в энциклопедии. Так что, здесь нет моей придумки.
Как и в том, что предыдущий босс был очень жесток и кровожаден.

Мне кажется, что его привязанность к Одосаку — это единственное, что показывает его настоящего. Без всех масок и расчетов. Рядом с Одосаку — это все тот же мальчишка, подросток, у которого отняли детство. Именно поэтому его упоминание обнажает истинную часть Дазая.
Приятно, что вам понравилась большая часть этой маленькой зарисовки. 😊

Анонимный автор
Да, я знаю. Но в каноне упоминание этой казни у меня не вызывало ничего, кроме отвращения. А ваше описание очень пронзило. У вас хорошая работа, просто мне захотелось подушнить))

#фидбэк_лиги_фанфикса
Несмотря на предупреждение, читать без знания канона было сложно. Вернее, читать-то можно, и все события понятны и вызывают всю гамму эмоций, но сдаëтся мне, что без знания канона мимо прошло довольно много нюансов. Впрочем, и без нюансов текст очень сильно впечатляет. Такое ощущение безысходности, что хочется всех там перебить. И некоторый реванш, который предлагает автор, совсем не удовлетворяет.

#фидбэк_лиги_фанфикса
Начну с главного: спасибо за Мори. Я уже не могу читать фанфики, где его ООСят во имя сюжета, причем ООСят в разные стороны. Тут он просто... идеален. Он страшный человек - страшнее их всех, раз все еще держится на посту. Но он не бессмысленно жесток, ему нет интереса в чужой боли. Если она послужит на благо его цели - да, конечно.
И задатки будущего босса есть уже и у молодого пока еще хирурга, в позвоночнике которого достаточно стали, чтобы задать вопрос, хотя у него приказ, какие уж тут вопросы. А почему он его задает - причин здесь может быть предостаточно. Может, это еще одна хорошая операция, более сложная, чем удаление, достойная его мастерства. Он же ученый. Может, это то самое желание досадить боссу - которое спустя столько лет заговорит в Дазае, когда боссом будет уже Мори. Может, проблеск сочувствия. У него достаточно ума, чтобы понять все правильно и больше не спрашивать. И все - в четких границах практически полного равнодушия. Мори не хочет помочь. Ему, в общем-то, все равно. Почти - и это "почти" не больше холодного вежливого участия.
И мне кажется, что Коё, за его спиной передающая Агентству ценный актив, не идет против Мори. То есть... Для нее это, конечно, яркий и, возможно, единственный акт неповиновения - но неповиновения не Мори, а системе. Личное здесь - только Кёка. Личное - могло быть против старого босса, который наслаждался чужими - ее - страданиями, который отнял у нее надежду и превратил в ту, кто она есть. С Мори - ровно столько личного, сколько было в том его вопросе. Того вопроса было достаточно, чтобы заслужить ее уважение и преданность. А Кёка... Кёка - личное, единственное, что всегда будет сильнее ее преданности.
На самом деле, тогда Мори это даже на руку, потому что если Кёка - слабость Коё, то прекрасный исполнитель со слабостью - это слабость уже Мори.
Поступок Коё Мори, конечно же, не понравится. Он вряд ли когда-нибудь озвучит вывод, что это поступок Коё. Но, после истории с Одой, которую тут тоже вспомнили, я не поверю, что Мори не ведает, что творится у него за спиной. Он знает своих людей и, скорее, свое решение срежиссирует так, что человек поверит, что он решил сам и против воли босса.
Простите, это был оффтоп по теме.
Очень красивый, очень пронзительный текст. Вся портовая мерзость, эта жуткая совершенно сцена казни из канона - описаны у вас так, что больно. Строчки про казнь перечитала несколько раз. У меня так было с одной из любимых книг: страшная глава, страшное горе - и описание мертвеца. И... оно почему-то будто отпечаталось на изнанке век. Оно потом несколько дней всплывало в голове дословно, настолько правильные детали были подмечены, настолько они разбередили что-то. Вот ваше описание - туда же. Страшно, противно, жалко до слез - и все-таки есть в этом парне что-то такое, что цепляешься за его последние минуты снова, снова, снова...
Какая тяжелая тема поднята. И Коё... Коё же - образец женственности в Портовой Мафии. Красавица, утонченная, изящная, смертоносная. Прекрасно одевается. Не идет - плывет по земле. Бой - как танец.
И из каких низов она выползла. Сколько себя отдала, чтобы стать такой. Сколько отдала - женского. Показательно, на самом деле, что писатель, в честь которого она названа, - именно мужчина...
Женщина без детей, сама выбравшая детей не иметь, - и при этом выбрали же будто бы и за нее. Она просто слишком умна, слишком опытна, слишком приспособлена к жизни, слишком хорошо знает правила, чтобы совершить такую глупую ошибку и выбрать счастье - все равно ведь потом отберут, и будет больнее. Неоформившаяся еще - ребенка не было - материнская любовь все равно созрела, нашла выход... И пора возводить дамбу на пути этого потока.
Удивительно получается: Коё разбивает себе сердце из любви к Кёке - и при этом делает это для себя. Она не хочет для Кёки своей судьбы и спасает её, выдирая из души самое дорогое. Но эта судьба - единственное, что осталось у самой Коё, и она просто обязана удержаться. Она спасает себя - обезвреживая единственное оружие, способное ее уничтожить.
Плачет несостоявшаяся мать. Плачет несчастная женщина. Плачет великая королева.
Телефонный разговор с Дазаем - мне сложно угодить, когда мы говорим про Дазая, - хорош. Верю каждой реплике и тому, что такой разговор вообще имел место быть. Верю, что Дазай оставил Коё свой номер, наверняка одноразовый и именно для этого разговора. Дазай вообще похож на Мори, умеет просчитывать шаги других наперед. Заставлять поступать так, как нужно ему, может пока не всех, но научится, научится...
Показательно, что Коё упоминает Оду тогда, когда Дазай уже согласился. Кёка - выгодное приобретение для Агентства, Мори это раздасадует... в общем-то, Дазаю большего не нужно.
И то, что тогда говорит Коё... Я еще и поэтому писала такое длинное вступление, да-да. В жизни Коё - нет личного. Ее тело - товар, ее любовь - разменная монета, ее ненависть гниет глубоко в земле. Коё знает, что может жить без личного, что без личного проще выжить. Коё стирает из своей жизни последнее личное.
Коё превращает очередную сделку в личное для Дазая. Кёка - больше не личное для неё, для Дазая - личное. Коё не позволит Кёке стать ни товаром, ни королевой. Пусть будет человеком, до которого кому-то искренне есть дело.
И ещё... только после этого возникает ощущение, будто Коё и Дазай теперь повязаны. И дело не в том, что Дазай бы передумал, подвел, нет. Сделка не была бы менее надежной и даже была бы, пожалуй, безопаснее. Но чувство такое, будто только теперь им не выпутаться, и поэтому только теперь Кёка спасена.
В реакцию Дазая на имя Оды тоже верю.
А Коё не останавливается, делает все еще более личным. Вспоминает о конфетах и куклах в карманах. Безжалостно вырисовывает перед глазами Дазая образ, который он и так помнит слишком хорошо.
Если стали заложником террориста, постарайтесь заставить его увидеть в вас человека. Личное все делает сложнее.
Как же хорошо Коё знает правила игры. В каком же она отчаянии, если без колебаний и жалости идет на манипуляцию личным, когда именно личное много лет назад разрушило ее жизнь. Жить без надежды было бы проще. Никогда не видеть этого парня - легче. Но нет. Проклятое личное.
Любимый фрагмент диалога. Все, в общем-то, сказано.
История кажется... обжитой. Коё помнит все комнаты в коридоре. У каждого человека и воспоминания - свой запах. У безопасности - тоже. Много маленьких деталей, делающих историю... да, личной.
Утро. Спящая Кёка. Невысказанная боль, все же нашедшая выход.
И - японская сдержанность. Коё - настоящая леди. Опасная кицунэ на службе босса портовой мафии, которая до сих пор помнила, что могла бы быть женщиной в объятиях любимого мужчины. Если бы жила в другом мире, если бы родилась в другом месте, если бы люди ценили - личное...
Днем таким мыслям нет места. Днем - биться и выживать, сверкать улыбкой и править.
Раньше для таких мыслей были ночи. Но настоящая королева - не может позволить себе и ночей. И как остаться женщиной, когда быть женщиной - нельзя? Только так.
Хокку в саммари - прекрасно. И суть отражает, и изящной восточной формой очень подходит Коё. Ничего лишнего - душа на острие катаны.
Спасибо.