Тереньтьев Михаил Петрович

Сентябрь 1941 года. Андрей Корнилов, сорокадвухлетний школьный историк из 2021-го, второй месяц живёт в теле двадцатитрёхлетнего лейтенанта РККА — на оборонительном рубеже под Вязьмой. Он твёрдо помнит из учебника: в начале октября немцы начнут «Тайфун», и под Вязьмой замкнётся котёл на четыре армии. Помнит — но не может ни доказать, ни предотвратить. У лейтенанта нет ни звания, ни голоса в шта...>>бе, ни единого доказательства. Его предупреждение выслушают вежливо и отмахнутся.

Второго октября всё начинается ровно так, как он знал. Дальше — рухнувшая связь, десять дней через леса и болота, голод, мороз, ночной прорыв через шоссе и чужие люди, которых надо вывести живыми. Историю не отменить. Но можно вытащить тех, до кого дотягивается рука, — и заплатить за это сполна.

А по другую сторону фронта аналитик Абвера ставит первую пометку в досье, которое однажды озаглавит «Der Lehrer».

Знать — ещё не значит мочь.

Алексей Иванович Вершинин — попаданец и мелкий чиновник Охотской канцелярии — пережил первую зиму, дошёл с ревизией до тунгусских стойбищ, сбежал от шторма и от каторжной артели. Награда за всё это — лыковский нож в спину. Только купец Лыков идёт по тайным тропам через реку Маю не один: с ним пятеро, и первый в их списке на убийство — сам Алексей Иванович.

Но всё это лишь присказка...>>. Главная битва третьего тома — не в тайге, а в канцелярии. Бывший комендант ждёт этапа в Енисейск. Новый, холодный как часовщик, требует точных цифр. А ГГ помнит из прошлой жизни одну хитрую штуку: двойную бухгалтерию. В мире, где новости идут полгода, тот, у кого сходятся колонки, тот и хозяин.

Где-то на горизонте уже разводит пары галиот купца Шелихова. Курс — Кадьяк. И наш герой ещё не знает, что ему туда по пути.

Учитель истории Андрей Михайлович Корнилов засыпает в июне 2021-го за проверкой тетрадей к уроку о начале Великой Отечественной. Просыпается — 28 июня 1941 года, в теле лейтенанта Корнилова. Однофамилец, 23 года, комвзвода в подмосковном лагере формирования. Рост, выправка, петлицы с кубиками, удостоверение Московского пехотного училища. И впереди — всё то, о чём сорокадвухлетний историк знает ...>>наизусть из учебников: Смоленск, Ярцево, Вязьма, октябрь.

Молчать, чтобы не попасть к особистам. Не спалиться на уставе. Не забыть имя-отчество ротного. Стрелять из ТТ не хуже, чем вчера. И как-то принять, что теперь «твои люди» — это не одиннадцатый «Б», а взвод, в котором старшина Гаврилов принял растерянность лейтенанта за контузию.

Тяжелая реальность сталкивает Алексея Мурашова, бывшего московского менеджера, а ныне мелкого чиновника в Охотском остроге, с новым вызовом: ревизия ясачного сбора в тунгусских стойбищах. Скудный провиант, ненадёжные спутники и две недели пути по безлюдной тундре.

На месте Алексей снова сталкивается с реальной стороной системы. Ясак собирается жестоко и бесконтрольно, а промышленни...>>ки, занятые добычей пушнины, давно перестали считаться с государственными правилами. Попытка навести порядок оборачивается прямым конфликтом, где на кону оказывается не только его должность, но и жизнь.

Московский менеджер Алексей Мурашов просыпается в теле мелкого чиновника на берегу Охотского моря. За окном — 1786 год, минус тридцать, бревенчатый острог и тайга до горизонта. В кармане — три рубля. В голове — обрывки школьной истории. До весны — четыре месяца. Свечей — на два. Антибиотиков — ноль.

Вокруг — казаки, ворующий комендант, каторжники и природа, которой на всех плевать....>> Единственный союзник — казак Ерофей, чьё молчание красноречивее любых речей.

Чтобы дожить до весны, нужно научиться разводить огонь, есть юколу, читать ясачные ведомости лучше, чем Excel, — и не выдать себя. Знания из будущего стоят ровно столько, сколько стоит человек, который за ними стоит. А человек пока мёрзнет.

Край земли — и чуть дальше. Туда, где цивилизация заканчивается, а настоящая жизнь только начинается.