Да, Багрянорукий немного Рикон, а Бастард – Джон Сноу. Шо вы мне сделаете как говорится

Гилвуд Фишер, Стремящийся прям в Беляши просится

Lados
Ну он не обязательно должен становиться Беляшом. Но впринципе один из вариантов, да. Это вообще абсолютно кастомный персонаж у которого задано только наличие амбиций (ну и игрок должен придумать связь с кем то из партии чтобы совсем лишним не выглядеть на фоне)

Ещё в этой идее мне нравится то что не нужно лор для всего вокруг выдумывать. Пояснить за идею тетирского авантюризма, за Фалорм (вернее в основном за Делимбийран – владения эльфов. дварфов, халфлингов или гномов не дом родной для Бастарда и факты о них можно на броски Истории завязать, ну или просто мастерский произвол в нужный момент), за то что такое Млембрин и что там всё орки разрушили, за то что за Ульбейрег, и ну... тетирский лор как таковой неважен, Леди всё равно мало что помнит, и это вообще неигровая зона. Ну и по мере того что там игрокам понадобится, достраивать. И не нужно разъяснять за Высокий Лес скажем или Иллуск – это уже узнаётся (и выдумывается во многом) по ходу игры

В рамках (по моему забавной и самобытной) идеи. В моём_миреТМ у местных скандинавов есть смешной свадебный обычай согласно которому мужчина и женщина (в строго ритуальном смысле конечно) меняются ролями. Ну типа предполагается что побывав в шкуре партнёра ты будешь с ним ближе, всё такое (а ещё это очень веселит гостей конечно же – а поржать северяне любят). Обычно это сводится к тому что мужик перед свадьбой пытается что нибудь спрясть, а женщина сложить вису, иногда наверное это переодевание и отыгрывание роли, вероятно существуют и другие изводы традиции в зависимости от конкретного этноса и места. И нет, мужик по итогам аргром, или как бишь там это, не считается, хотя вероятно есть какая то рофлометафора типа женатых иногда зовут обабившимися, но это беззлобно и обычно на поединок за такое не вызывают

Гилвуд Фишер, думаю, не сложить вису, висы оба пола складывали, чонить типа поймать рыбу скорее

Lados
Хз, сетка предложила именно это как мужское неопасное для жизни занятие. Но вообще это я думаю варьируется. Типа у фьярдменнов налётчиков это может быть сигать с драккара на драккар с щитом (но без доспехов, а то ж утонуть ненароком можно или доспехи дорогие утопить), у гардингов ремесленников я даж не знаю, сделать что то из мужнина ремесла, вот такое. В обратную сторону тоже варьируется

Гилвуд Фишер, ну да, логично.

Логика соигроков иногда удивительна и непостижима

"Мы им не нравимся, пойдёмте ночевать в лес"

Гилвуд Фишер, мишенькам мы точно понравимся?..

Lados
Оборотням - дело то в Картакассе (может даже этим же). Не, ну персонажи то не в курсе за Равенлофт, но мы оборотня пиздили буквально за день до, а до того с волком стрёмным махались и валили от стаи. Оборотень правда был в городе, справедливости ради

Опять же да хер с ними с обстоятельствами: тут просто логика же - абсолютно ничего не мешает же этим, которым мы не нравимся, пойти следом за нами. В городе то они может хотя бы сделают вид что нормальные люди, а там уже насмерть пиздиться придётся скорее всего

Между тем карта заполняется, хотя я откровенно говоря оч слабо представляю население северо восточной её части. Ну кроме просочившихся викингосов

В рамках всратой мысли на подумать, из обсуждения тбб. Переосмыслить концепцию наблюдательства на средневековой планете и закинуть туда игроков как литералли стримеров. С безумными ограничениями видеохостинга на который они стримят и всяких рекламодателей конечно, без ограничений это не так интересно

Нормальные люди: "Ну, вот вам церковь Единого, вы сами знаете как это выглядит"

Я (или почему я никогда не пропишу свой ебучий сеттинг: и это я ещё до течений и каких то обрядов толком не дошёл):

"Эвтаксизм – наиболее влиятельная из человеческих религий этого мира, её последователей во всём их многообразии называют эвтактитами

Основа вероучения эвтактитов заключается в борьбе Благопорядка – Эвтаксии и Злоустроенности – Дистаксии, борьбе в которую вносит свою скромную лепту каждый: считается что подобно тому как кусочки смальты складываются в прекрасную мозаику так и благие дела, добрые слова и благочестивые помыслы людей складываются в идеальную Эвтаксию, однако в то же время дурные дела, злословие и тёмные мысли разрушают эту мировую мозаику откалывая от неё частицы и ввергая мироздание в состояние Дистаксии. Этот образ мировой мозаики, как гласит Предание, берёт начало в знаменитой Дворцовой Проповеди Благовестницы Стефании, когда она впервые предстала перед будущим Святым Хризмом и его двором, и сравнила своё вероучение с украшавшими стены дворца мозаиками – впрочем метафора эта не вполне универсальна и различные течения обращаются к ней с разной степенью регулярности.

Считается что Бог – титулуемый как Протофос, Пантократор и Эвтактор создал мироздание и задумал его как идеальный Благопорядок, однако создав смертные народы Он вдохнул в них свободу воли, и смертные принялись нарушать Благопорядок: из чего родилось тёмное отражение Бога — Дистактор, также титулуемый как Дискратор и Диалит: сущность привнесшая в мир Дистаксию.

Эвтактиты верят в то что явившись в Творение, Дистактор наводнил его своими порождениями – демонами которые зовя себя богами окончательно отвернули смертных от Господа и замышленного им Благопорядка, всё сильнее и сильнее погружая мироздание в Дистаксию, покуда смертные вовсе не перестали слышать Бога, а горний мир не был отделён от мира тварного – ибо Господь не желал чтобы и его собственная обитель была поражена этой порчей.

Это время, в эвтактитском вероучении, зовётся Дистактической эрой, и считается будто эра эта продлилась до самых времён Благовестницы Стефании и супруга её, святого автократора Хризма, сменившись на т.н. Эвангелическую эру, согласно которой ведёт своё летоисчисление большинство эвтактических стран.

Эвтактиты верят в то что чем дистактичнее становится вселенная, чем большую власть обретают над умами и душами демоны Дискратора, тем больше в мире происходит дурного: вторжения варваров, эпидемии и усобицы, магические катаклизмы и обыкновенные наводнения, засухи и похолодания: считается будто от Дистаксии лихорадит само Творение, и последствием этого являются подобные бедствия.

Напротив идеально эвтактичный мир представляется земным раем – собственно говоря считается что когда Дистаксия будет полностью развеяна, а Дискратор повержен, мир тварный будет вновь соединён с миром горним – и благочестивые мёртвые: пребывающие до того в священных садах Протофоса, восстанут во благе и больше не будет ни смерти ни горя.

Существуют некоторые разногласия относительно окончательной судьбы грешников: Благовестница Стефания практически не касалась в своих проповедях вопроса того какая судьба ждёт тех в посмертии и в восстановленной Эвктисии, из за чего между различными эвтактическими течениями нет согласия в этом вопросе: кто-то считает будто дистактичные души пожираются Дискратором становясь своего рода его частью, другие верят в существование ада в котором эти души томятся и страдают до скончания времён – некоторые из последних говорят что в конце концов Господь (или Благовестница Стефания) простит и очистит эти души, другие скажут что они попросту сгорят в пламени Протофоса. Существует наконец богословское разделение грешников на дистактиков поневоле – в это множество обычно включаются язычники не ведающие что творят и пораженные Дистаксией в своей природе народы, и дистактиков сознательных: сторонники этой концепции утверждают что первые пройдя через горны мучений в царстве Дискратора, очистятся и присоединятся к сонму праведников в конце времён, в то время как Спасение для вторых невозможно целиком и полностью. Некоторые богословы предполагают что праведно жившие но не знавшие Вседержителя язычники могут даже отправиться после смерти в райские кущи – хотя это учение не является особенно популярным. Нет полного согласия и относительно возможности Спасения для тех или иных нечеловеческих народов.

Магия не считается грехом или чем-то дистактическим сама по себе – более того волшебный дар, подобно любому другому таланту считается искрой первозданного света Протофоса заслуживающим развития и уважения, однако подобно любым другим наукам, искусствам и ремёслам важно то привносит ли она в Творение зло или благо.

Священное писание эвтаксизма называется Синтагма (она же Писание и Пятнадцатикнижие), она состоит из пятнадцати книг и представляет из себя пересказы проповедей Благовестницы, её жизни и жизни Св.Хризма, а также основ вероучения, священных пророчеств и законов. Первые каноничные книги Синтагмы были написаны в годы правления автократора Феодора Эклессиопатора: приёмного сына Хризма и Стефании (Сама Стефания по-видимому не видела необходимости в том чтобы письменно фиксировать своё учение: некоторые апокрифические жития утверждают даже что Благовестница вовсе была неграмотна – в частности эта идея составляет один из столпов агатианской секты), а свой нынешний вид Синтагма приняла при шести его преемниках из т.н. Династии Хризма. Большинство канонических течений эвтаксизма признают авторитет Синтагмы: хотя и не все они в полном её объёме."

Хоспаде, как же сложно пытаться описать общими короткими словами хотя бы ебучие границы. Может это конечно только с Аристеей так из за размеров и неочевидности некоторых границ

https://cdn2.inkarnate.com/1140037-ff9b50e4-d15b-11f1-a45e-da0493fb54f1?disposition=attachment

Между тем карта сейчас выглядит вот так

Ортодоксальный эвтаксизм это традиционное течение, в большей своей части, как считается, сформировавшееся уже во времена Св.Феодора Экклесиопатора и первых его преемников на порфировом троне Аристеи, хотя разумеется оттачивание канонов и учений заняло больше времени. Точно можно сказать что к правлению автократора Льва Лалокена, 4-му Хризмийскому Собору и Схизме (т.е. 172-му году Э.Э.) ортодоксальный эвтаксизм имел вид вполне соответствующий современному.

Ортодоксы утверждают что именно они истинно сохраняют заветы Благовестницы Стефании как по букве, так и по духу. В основе их учения лежит строгое следование Синтагме во всей её полноте (в отличии от других течений, часто не признающих некоторые из её книг), особенное уважение к Благовестнице, её благословенному супругу, Св.Хризму, а также пятидесяти экклесиоархетам – основателям церкви, в число которых входят собственные ученики Благовестницы и ученики её учеников. В целом в аристейском эвтаксизме, благодаря трудам Феодора Экклесиопатора впервые начавшего официальне прославление Хризма и Стефании, очень развит культ святых – а ещё одной особенно важной, после Синтагмы, книгой для ортодоксов является Агиономикон – книга святых имён, представляющая из себя сборник житий и поучений, время от времени дополняемый по мере канонизации новых святых. Оригинальный Агиономикон хранится в Соборе Всех Святых в Хризме, распространяясь в виде списков списков и печатных копий.

Святых в ортодоксальном эвтаксизме канонизирует Синод, решение его должно быть единогласным и поддержанным кафоликеной: предстоятельницей церкви, и требует определённых доказательств, поэтому дополнения к Агиономикону выпускаются довольно нечасто и обычно сразу группами: тем более что на составление житий агиографам церкви нужно определённое время время.

Ортодоксальная церковь довольно строга в вопросах правильного поведения и следования эвтактическому пути: хотя при этом сравнительно мягка в наказаниях для провинившихся: в целом церковь оставляет вопросы правосудия светской власти, в соответствии с принципом их симфонии, но если дело передаётся в руки духовных властей чаще всего предпочитая налагать на людей впадающих в ереси и дистаксию эпитимии и, время от времени ссылать в отдалённые монастыри: на послушание в случае не слишком серьёзных прегрешений, и в вечную ссылку в случае ересей опасных. Особенно упорствующих дистактиков, сознательно избирающих такой путь, принято заточать в глубоких подземных камерах, часто их также лишают языков или глаз, иногда ломают пальцы или ампутируют кисти рук в случае если речь идёт об дистактических заклинателях: однако отнимать дарованную Вседержителем жизнь без крайней на то необходимости, считается делом не вполне богоугодным даже в отношении закоренелых дистактиков: ибо аристейская церковь придерживается учения о том что всякая нераскаянная душа отойдя к Дистактору, преумножает его могущество гораздо сильнее нежели та Дистаксия которую порождает живая душа своими дурными помышлениями.

Довольно терпим ортодоксальный эвтаксизм и к нечеловеческим народам: признавая возможность уверовать и спастить практчиески за кем угодно, кроме совершенных чудовищ. При этом считается что многие нечеловеческие народы поражены дистаксией от рождения, и оттого им требуется больше труда и усилий чтобы достичь истинно эвтактического состояния духа. Большинство принявшмх ортодоксальный эвтаксизм нелюдей проходит обычно через монашеский орден иласкоменов, основанный триста лет надзад Св.Эвпистором: принявшим эвтаксизм орком: часть из них впоследствии оставляет духовные труды ради мирской жизни, но другие до конца жизни остаются при братстве.

Относительно судьбы грешных душ после смерти, ортодоксальный эвтаксизм на данный момент, в основном, придерживается учения об горнах мучений и очищении дистактичных душ во время конца времён, однако это всё ещё остаётся одной из спорных тем для аристейских богословов.

Несмотря на предписываемую ортодоксальным учением строгость канонов: на практике мягкость подхода к вписываемому в определённые рамки инакомыслию, попустительство на местах и обширность окормляемых аристейской церковью территорий приводит к существованию в пределах её множества малых течений, сект и не вполне канонических практик и обрядов: как то исихастические монашеские братства, общины нищенствующих агатиан, или синкретические культы Мавронезии, не объявленные опасной ересью только от того что Синод понятия не имеет о их существовании.

В аристейской церкви быть рукоположенным в священнослужители может человек любого сословия, как мужчина так и женщина: при этом женщина считается даже несколько более подходящей для сана: ибо как известно Благовестницей и избранницей Вседержителя была женщина. Примерно шестьдесят процентов духовенства в Аристее ‐ женщины.

Священникам и священницам дозволено вступать в брак и заводить детей: однако выдвигаются строгие требования к качествам их супругов. Священники не наследуют мирского имущества своих семей, за исключением случаев когда и родитель и ребёнок являются священниками (нередкий случай: известно множество настоящих династий среди церковнослужителей), не могут носить светские титулы, но могут передавать собственное мирское имущество своим детям – Церковь однако довольно строго следит за тем чтобы её служители не злоупотребляли этим правом.

Облачение священников длинное, многослойное, чаще всего в белых, голубых и синих цветах хотя в особые дни и при особом служении используются и другие. Чем больше в облачении золота тем высокопоставленнее священник. Волосы, а у мужчин бороды, принято не стричь, в знак невмешательства в божественный замысел. При этом за волосами и бородами принято тщательно ухаживать: особенно длинные волосы заплетаются в косы: и плетение этих кос порой может многое сказать знающему человеку. У высокопоставленных священников волосы заплетают особые служки: комофилаки: обычно эту роль исполняют храмовые или монастырские послушники на ранних этапах своей церковной карьеры.

Начиная со времён автократора Феодора Экклесиопатора аристейская церковь неизменно управляется Синодом: советом из особенно высокопоставленных священников и священниц в чине архонтов Синода: в обиходе обычно называемых синодиархами или синодиками. В разные времена число синодиков различалось: на данный момент оно составляет тридцать человек. Именно Синод решает практически все вопросы связанные как с вероучением, так и с повседневным функционированием церкви. Синодики носят традиционные и сложные, расшитые золотом синие одеяния и высокие головные уборы, а также украшенные золотом посохи и увесистые тессерионы в золотой оправе. Синодик не имеет права появляться где-либо кроме собственного дома и заседаний Синода без предписанной канонами свиты, включающей в себя нескольких диаконов, прислужников и гвардейцев из особой Лазурной Этерии.

Предстоятельницей церкви и председательницей Синода, согласно традиции является женщина, носящая титул кафоликены или топотириссы – местоблюстительница престола Благовестницы Стефании: по обычаю это должна быть жена правящего автократора (в таком случае она носит титул кафоликены), хотя иногда лазуритовый престол Стефании занимает его мать или сестра или иная родственница (тогда она зовётся топотириссой). Истории, однако известны несколько случаев когда при отсутствии у автократоров достойной лазуритового престола жены или родственницы, его занимала высокопоставленная священница: чаще всего из числа синодиков.

Должность эта по большей части чисто церемониальна: формального голоса в Синоде местоблюстительница не имеет, и чаще всего не имеет и духовного сана, тем не менее к носительницам её выдвигается множество требований, и перед вступлением в чин они обязаны проходить множество исспытаний и проверок перед Синодом, как то повелось с той поры когда первый Синод проверял праведную Филистину: жену Феодора Экклесиопатора на знание той канонов и учений эвтаксизма. Несмотря на формальность титула, кафоликена обладает колоссальной властью и влиянием, и истории известны случаи когда умные женщины на троне Стефании правили государством в большей мере нежели их соправители на порфировом престоле Хризма. Известны и печальные случаи борьбы за право занимать лазуритовый трон не менее яростных чем войны за трон порфировый.

Ниже местоблюстительницы и синодиков располагаются экклесиархи и экклесиэпархи – они равны в духовном чине, разница состоит в том что экклесиарх возглавляет церковь в суверенном государстве, а экклесиэпарх в провинции Аристеи: или государстве которое Аристея считает своей провинцией. Ниже них стоят епископы и архиепископы. Все они вместе зовутся архиереями (синодик формально не обязан таковым быть, но на практике невозможно войти в Синод не будучи по меньшей мере епископом).

Ниже находятся обычные священники – иереи, ещё ниже священников расположены разнообразные диаконы, монахи и прочие служители культа.

Знаком священства является особый иерейский перстень – или синкрикос: вручаемый священнику при рукоположении. Синкрикос это не просто регалия: в каждом иерейском перстне хранятся слепки памяти и опыта прежних его хозяев: и опытный священник, с помощью особых практик способен соприкоснуться с ними разумом. Помимо священнослужителей подобными перстнями обладают только автократор и кафоликена.

Особенную роль занимает Лазурная Этерия: особое воинское подразделение на церковном довольстве, воины которого охраняют важнейшие святые места и высокопоставленных архиереев, а также часто исполняют роль порученцев для них. Воина Лазурной Этерии можно узнать по синему шёлковому плащу, белой одежде, синему плюмажу на шлеме и золотой монограмме Благовестницы (ΣΕ) на белом щите