— Тут главное — связи в Министерстве, — еще громче продолжал Малфой, злобно поглядывая в сторону Гарри и Рона. — А у этих, я думаю, шансов мало. Отец говорит, там давным-давно ищут повода уволить Артура Уизли… А что касается Поттера, отец говорит, это только вопрос времени. Министерство твердо решило сдать его в больницу святого Мунго — там есть специальное отделение для тех, кто спятил из-за магии.
Малфой скорчил идиотскую мину — отвесил губу и закатил глаза. Крэбб и Гойл, по обыкновению, загоготали, а Пэнси Паркинсон залилась визгливым смехом.
Что-то толкнуло Гарри в плечо, отбросив в сторону. Мгновением позже он увидел, что это Невилл чуть не сшиб его, ринувшись на Малфоя.
— Невилл, стой!
Гарри бросился за ним и схватил его сзади за мантию. Невилл махал кулаками и рвался к остолбеневшему Малфою.
— Рон, помоги! — крикнул Гарри.
Ему удалось обхватить Невилла одной рукой вокруг шеи и удержать от атаки. Крэбб и Гойл уже приняли боевую стойку, загородив собой Малфоя. Рон схватил Невилла за руки, и вдвоем с Гарри они оттащили его от слизеринцев. Лицо у него стало багровым, рука на горле мешала говорить, но отдельные слова все же выскакивали:
— Не… смешно… не сметь… Мунго… покажу… ему...
- Дикон! - перед ними абсолютно неожиданно возникла Гвен Лестрейндж. - Дикон, уймись, посмотри на меня!
Невилл продолжал вырываться; Гвен глухо выругалась, обхватила его виски ладонями и посмотрела в глаза. Секунда, другая - и Невилл вдруг утих и обмяк так, что Гарри и Рон еле смогли удержать его от падения.
- Успокоился? - ровным тоном спросила Гвен; радужка у нее стремительно зеленела, так что глаза казались какого-то кислотного цвета. - Сейчас разберемся.
К Малфою с компанией она шагнула каким-то одним слитным движением. Крэбб покосился на нее, открыл было рот - и отошел в сторону, утягивая за собой Гойла. Малфой недоуменно заморгал.
- Что это с тобой? Какого черта ты вступаешься за Лонгботтома? После того, что...
Удара Гарри не заметил - только что Малфой стоял на ногах, и вот уже валялся около стены, скуля и прижимая ладонь к окровавленному рту. Пэнси взвизгнула и бросилась было на Гвен, но замерла как соляной столп: прямо ей в горло была нацелена шпилька - тонкая, явно острая и, насколько Гарри успел что-то понять про ее хозяйку, вполне возможно отравленная.
- Есть в Дурмштранге хорошая поговорка: два дракона сцепились, петух не подкукарекивай, - тем же ровным тоном сказала Гвен. - Чтобы больше я из этого района ни звука на тему Мунго не слышала. Ясно?
Малфой лихорадочно закивал. Дверь класса открылась, и появился Снегг. Его черные глаза обежали цепочку студентов, задержались на Гарри и Роне, все еще сдерживавших Невилла, и остановились на Гвен.
- Что здесь происходит?
- Ничего... профессор, - Гвен другим быстрым движением вернула шпильку в неаккуратно стянутый пучок. - Драко о подол мантии запнулся и упал. Не очень удачно.
- Неужели? - вкрадчиво спросил Снейп. - А судя по Поттеру, Уизли и Лонгботтому здесь происходит драка. Минус десять очков Гриффиндору и... минус пять Слизерину. Мисс Паркинсон, помогите мистеру Малфою подняться и отведите его в Больничное крыло. Мисс Лестрейндж, с вами я поговорю после урока. Все в класс.
Гвен безразлично дернула плечом, чуть поморщилась и прошла в кабинет с таким видом, будто угроза Снейпоа ее волновала как прошлогодний снег; Невилл покосился на нее, потер виски, но ничего не сказал.
- Почему она назвала тебя Диконом? - отмер Рон.
- Потому что он Ричард Невилл вообще-то, хоть и делает все возможное, чтобы окружающие об этом забыли, - отозвался сбоку Нотт. - Кстати, Лонгботтом, поздравляю: ты только что видел очень мягкую версию фамильной потери тормозов. Малфою повезло, Крэбб вон летом попал под такую - больше под руку не лезет.
- Почему она вообще полезла бить Малфоя, тем более за Невилла? - продолжал недоумевать Рон.
- А это вам пусть Лонгботтом объясняет, если захочет, - хмыкнул Нотт. - Но если вкратце, у кузины очень... своеобразное понимание ответственности.
Гарри невольно вспомнил рассказ миссис Лонгботтом, гобелен на площади Гриммо, фотографию худощавого мужчины с недобрыми проницательными глазами, и кивнул - скорее сам себе, чем Нотту.
Кажется, он знал, от кого Гвен досталось это понимание.