А у волшебников (ну вернее гоблинов) контрмеры есть: как минимум водопад в Гринготтсе. Наверняка есть и другое

Поттер волшебник, уникальный волшебник и видим мы это изнутри. Плюс Барти и проводит ннаглядный пример: он не пытается быть незаметным.

Но Крауч старший вёл себя стрёмно всю дорогу, да: но видимо никто не знает его достаточно хорошо чтобы поднять тревогу. Тикнесс с другой стороны не сказано чтобы как то радикально тупил, да и оправдашки Люциуса наверное работали бы ещё хуже если бы каждый заимперенный вёл себя как деревянное полено

Возможно неестественность это в целом признак сопротивления: Крауч то наверное сопротивлялся кто бы и насколько умело его не империл

Гилвуд Фишер
Я не про то, как Поттер себя вел, а про то, как он себя чувствовал. А чувствовал он себя, как под веществами. Определять людей под веществами магглы научились гораздо лучше волшебников.
Там было до фига лиц заинтересованных в том, чтобы все прокатило. Начиная с Перси Уизли, для которого вообще звездный час настал.
То же самое в еще большей мере. Тикнесс стал министром после открытого штурма министерства ПСами и убийства Скримджера. Все все прекрасно понимали, но сидели как мыши под веником.

Asteroid, книжки читать надо, как Гарричку накрыло, когда он на гоблина империус наложил

"Гарри направил на Трэверса волшебную палочку:

— Империо!

Волшебник повернулся и довольно резво двинулся прочь по тёмному коридору.

— Куда ты его отправил?

— Прятаться, — ответил Гарри и махнул волшебной палочкой в сторону Богрода.

Старый гоблин свистнул, и тут же из темноты, громыхая по рельсам, подкатила тележка. Все забрались в неё — Богрод впереди с Крюкохватом, Гарри, Рон и Гермиона втиснулись сзади. Гарри чудилось, что из главного зала доносятся крики.

Тележка дёрнулась и покатилась вперёд, набирая скорость. Они проехали мимо Трэверса, пытавшегося забиться в трещину в стене. Дальше начался лабиринт запутанных ходов, которые вели всё время вниз. За грохотом тележки ничего не было слышно. Ветер трепал волосы Гарри, мимо пролетали сталактиты, тележка мчалась куда-то в глубь земли. Гарри всё время оглядывался. Они ужасно наследили. Чем больше Гарри думал об этом, тем глупее казалась ему идея замаскировать Гермиону под Беллатрису, да ещё и взять с собой Беллатрисину палочку, когда Пожирателям смерти отлично известно, кто её украл…"


"— Он нам нужен, — повторил Крюкохват. — Без гринготтского гоблина не войти в охраняемый сейф. И Звякалки тоже необходимы!

— Империо! — в который раз повторил Гарри.

Его голос гулко прозвучал среди каменных стен. Он опять почувствовал, как волна его воли прокатилась от мозга по руке в волшебную палочку. Богрод покорился заклятию. Озадаченное выражение на лице старого гоблина сменилось вежливым равнодушием. Рон подобрал мешок с загадочными инструментами.

— Рон, по-моему, кто-то идёт! — сказала Гермиона.

Она протянула палочку Беллатрисы к водопаду и выкрикнула:

— Протего!

Магический щит пронёсся по коридору, расплескав поток заколдованной воды.

— Здорово придумано! — восхитился Гарри. — Крюкохват, идём дальше!

Все побежали за гоблином. Богрод едва поспевал за ними, пыхтя, словно старый пёс.

— А выбираться как? — спросил Рон.

— Об этом будем волноваться потом. — Гарри прислушался. Ему казалось, что поблизости что-то лязгает. — Далеко ещё, Крюкохват?"

Вроде бы никаких особых состояний

Самое близкое это

"Они осторожно выглянули из-за угла и двинулись вперёд, гремя Звякалками. Шум отдавался от скалистых стен, усилившись до того, что у Гарри в голове всё гудело. Дракон опять хрипло заревел и попятился. Гарри видел, что он весь дрожит мелкой дрожью. Подойдя ближе, Гарри разглядел у него на морде жуткие шрамы и понял, что дракона приучали бояться Звякалок при помощи раскалённых мечей.

— Заставьте его приложить ладонь к двери! — крикнул Крюкохват.

Гарри направил палочку на Богрода. Старый гоблин подчинился, приложил руку к деревянной панели, и дверь сейфа растаяла в воздухе. Перед ними открылось нечто вроде пещеры, забитое от пола до потолка. Там громоздились золотые монеты и кубки, серебряные доспехи, шкуры неведомых животных — одни в колючках, другие с обвисшими крыльями, — драгоценные сосуды с зельями, череп в короне."

Но это его от шума корёжит (тащемта логично учитывая что этим шумом ебучего дракона пугают, дракон должен его хотя бы слышать)

А чё Перси, Перси Крауча и не знал, для него тот был я полагаю вполне естественный начальник-с-придурью. Перед которым Перси активно выслуживался, но он на тот момент и перед полным кретином бы выслуживался

Гилвуд Фишер, ты пропустил:

Гилвуд Фишер, он потом и выслуживался, Фадж-то кретин

Вот Дамблдор мог бы и повнимательнее быть, он Барти может и не любил и не дружил с ним, но как будто в целом должен бы быть способен отличать Барти под империусом от просто Барти.

Справедливости ради он всё таки был довольно занят турниром и тем что Гарри оказался там, вероятно именно Барти интересовал его в последнюю очередь, но всё равно. Впрочем может быть и так что он знал про империус и следил именно за тем куда Барти сунет нос – впринципе вполне себе отвлекающий манёвр от Грюма для Барти-сына

Lados
Хм, я уже закрыл вкладку, но это впринципе не кажется реально чем то мозголомным. Опять же Гарри вот справляется и это при отсутствии опыта, Волдеморту это как чихнуть должно быть.

Хотя я бы предположил что злоупотребление империусами имеет может быть отчасти прямое, но по большей мере косвенное долгосрочное воздействие: типа ты привыкаешь решать проблемы ломая людям мозги, и становишься конченым уёбищем.

Это и без непростиловки видно на примере Локхарта, лол

Гилвуд Фишер, другие заклятья подобного эффекта не вызывали, кроме Патронуса
Но там концентрат положительных эмоций
Поэтому и сравниваю с наркотой

Lados
Хз, оно не звучит как что то приятное. И мне всё же думается что основная опасность империуса в том что (ну это имхо) не так уж многие способны не подсесть на локальное всевластие (пусть и над конкретными людьми) и не превратиться довольно быстро в монстра. В себе я вот ваще не уверен например.

Опять же в отличии от круциатуса, империо кажется вообще не требует каких то особых ментальных усилий

Гилвуд Фишер
Перси был на седьмом небе от счастья, что начальник так ему доверяет, что отправляет решать вопросы вместо себя. Для него это сбывшаяся мечта сама по себе, а тут еще и какая-никакая власть, авторитет, почет. Он - последний, кому придет в голову идея, что что-то здесь не так и первый, кто приложит все усилия, чтобы именно так все и оставалось как можно дольше.