Кто будет таким, как я? (джен)

Грязный паб представлял собой весьма странное зрелище. Странность его заключалась не только в толстом слое пыли на подоконниках, грязных окнах и серых занавесках, в кривых, некогда разноцветных, стульях, в шатких столах. Она чувствовалась в людях. Они, казалось, пришли, чтобы наблюдать. Почти все столики были заняты одинокими людьми, которые внимательно следили за происходящим, словно ждали чего-то, словно по условному сигналу были готовы сорваться с места. Тому, кто зашел сюда случайно, должно было стать не по себе. Но Северус Снейп был частым посетителем в "Кабаньей голове". Он, как и другие, наблюдал.

В этом пабе, при желании и должном умении, можно было купить и продать необходимое, найти соратников для не совсем законного дела. Постоянных посетителей знали в лицо. И Северус знал: чтобы достать редкие ингредиенты для зелий — нужно обратиться к старику, что сидит у самого дальнего окна справа. Общаться с остальными ему не приходилось.

Северус уже собирался уходить, сделав свой заказ, когда услышал знакомый и нелюбимый с детства голос.

— Сибилла, подождите меня в самой первой комнате на втором этаже...

Снейпу никогда не доводилось останавливаться в комнатах ни в "Кабаньей голове", ни в "Дырявом котле". Ему казалось, что такие места пользуются популярностью лишь у любовников, не знающих, где провести ночь. Удивившись, Северус все же решил проследить. Благо, до сих пор он остался незамеченным, да и стоял сейчас довольно близко к лестнице, и мог проскочить на второй этаж перед Сибиллой, набросив на себя по дороге дезиллюминационные чары.

Затаившись в узком проеме у лестницы, Северус поморщился, когда мимо него прошла женщина в огромных очках и нескольких теплых накидках, от которой заметно пахло дешевым одеколоном и хересом. Сибилла оставила дверь приоткрытой, но рассчитывать на удачу не приходилось. Наверняка, Дамблдор не только закроет дверь, но и набросит кучу различных чар от прослушки.

Не успел еще Снейп понять, зачем ему все это нужно, за дверью комнаты послышался сильный кашель, после которого Сибилла заговорила хриплым басом:

"Грядет тот, у кого хватит могущества победить Темного Лорда... рожденный теми, кто трижды бросал ему вызов, рожденный на исходе седьмого месяца..."

Северус подпрыгнул от неожиданности и попятился назад, едва не скатившись с лестницы. Эта Сибилла была определенно ненормальной! Но отчего-то от ее слов стало не по себе. Вроде бы бред, но... слушать ее разговор с Дамблдором как-то перехотелось. Северус представил, как доносит Темному Лорду, что подслушал какую-то ерунду и получает насмешку в лучшем случае, Круцио — в худшем. Нечего здесь терять время.

Оставаясь под чарами невидимости, Снейп спустился на первый этаж, когда Дамблдор общался с барменом.

— В военное время трудно найти хороших преподавателей. У меня два вакантных места, Слагхорн тоже хочет уволиться и уехать из Британии. Еле удалось его уговорить остаться хотя бы на год.

— Отмени прорицания, будет меньше проблем, — усмехнулся бармен.

— Не будет, Аберфорт. Люди всегда стремятся знать свое будущее. Пусть лучше дети пытаются его узнать под присмотром преподавателя.

— Под присмотром этой жабы?

— Она внучка известной прорицательницы Кассандры Трелони.

— И после Кассандры в их роду дара ни у кого не наблюдалось.

Дальше Снейп не слышал разговор. Он выбежал на улицу, вдохнул воздух, которого почему-то стало не хватать, и прислонился к стене паба. Простояв так пять минут с закрытыми глазами, Северус аппарировал, все-таки решив рассказать о подслушанном Темному Лорду.

* * *

— Лили, послушай, это важно...

— Если это важно, то говори. Ну же, — Лили скрестила руки на груди, стоя у порога своего дома. Впускать Снейпа она не собиралась, даже несмотря на то, что Джеймса не было дома.

— Я не смогу тебе сказать, пока ты не принесешь Непреложный обет. Потому что я... Да я хочу жить, черт возьми!

— Если ты решил помочь Ордену, то можешь идти сразу к Дамблдору. Это будет правильнее. Если ты пришел покрасоваться передо мной и показать, на какой шаг ты готов пойти и какую ценную информацию предоставить, и считаешь, что я должна оценить этот ход, то ты ошибаешься. Я не оценила! Убирайся!

— Лили...

— Убирайся!

Лили захлопнула дверь перед носом Снейпа. Некоторое время он постоял у порога, после чего аппарировал к себе домой. Только поздним вечером он понял, что совершил ошибку. Нужно было начать разговор с того, что это касается ее сына, ведь тогда бы она, как мать, обязательно его выслушала. С этой мыслью и желанием снова отправиться к Лили утром, Снейп и лег спать.

Но утром было уже поздно. «Ежедневный пророк» был доставлен точно по расписанию, на первой странице Снейп увидел подзаголовок: «Семья Поттеров стала жертвой очередного нападения Пожирателей смерти».

* * *

Вечером того же дня, когда Снейп запивал свое горе огневиски, в окно его, ненавистного с детства дома постучала сова. Проклиная сову и покачиваясь, Снейп поднялся из кресла со второй попытки, подошел к окну и открыл его. Свежий ночной воздух был приятным, а птица казалась какой-то нелепой. И кто вообще ему может писать?

— Ладно, давай свое письмо, — Снейп неаккуратно отвязал письмо от лапки так, что сове, должно быть, стало больно. Она тут же ущипнула его за палец и поспешила улететь.

— Вот же сука пернатая! Б.Л. Это еще кто?

Снейп вернулся в кресло, которое покинул минуту назад, разорвал конверт и, сощурив глаза, которые отказывались читать мелкий текст после выпитого огневиски, все же смог понять, что ему пишут:

«В полночь в поместье Лестрейнджей. Это важно! Б.Л.»

— Белла... и что тебе от меня нужно?

* * *

— Мы все заметили, что метки на руках постепенно светлеют. И теперь уже глупо отрицать, что это значит только одно... — Беллатрикс гордо подняла голову и осмотрела всех присутствующий. — Нам нужно решить, что мы будем делать.

— Сматываться, что еще, — сказал кто-то из дальнего конца стола.

— Я так не думаю, — возразил Люциус Малфой.

— Я тоже, — согласилась Беллатрикс. — Пока лучше не предпринимать ничего. Еще несколько недель, по крайней мере. У нас будет время подумать и принять окончательное решение. Сейчас лучше, чтобы никто не знал о Его исчезновении.

— И что нам делать эти несколько недель?

— То же, что делали до этого. Чтобы отсутствие нашей активности не было подозрительным, можно устроить несколько незначительных стычек с орденовцами, но постараться не нарываться на авроров.

— Какая разница? — спросил Крэбб.

— Если ты ее не видишь... Аврорат — структура министерства, а Орден Феникса — такая же неофициальная организация, как мы. Если ты не в состоянии понять разницу между пьяным мордобоем в баре и преступлением против чиновника, то мне нечего тебе объяснять.

— И какие стычки нам устроить?

— Да любые. Устройте разгром магазина той грязнокровки-портнихи из Хогсмида, или сами придумайте что-нибудь.

— Ага, пока мы будем вам подыгрывать, вы скроетесь из страны, а нам отвечать, — усмехнулся Макнейр.

— Ты полагаешь, мы бросим все: свои дома, дела, счета, только чтобы скрыться? — усмехнулся в ответ Рудольфус Лестрейндж. — Тогда к чему было все это? Мы пытались бороться потому, что хотели сохранить то, что имеем. Не для развлечения, не для того, чтобы все бросить и просто уехать.

— Если станет ясно, что продолжать нашу деятельность бессмысленно, я сообщу об этом. Пока же мы постараемся найти Его или понять, что с Ним могло произойти.

Крутившийся в головах у многих вопрос, зачем вообще Его искать, никто так и не решился озвучить. Как не сказал никому и Снейп о пророчестве, как возможной причине исчезновения Лорда. Ведь тот сам просил его не говорить никому.

* * *

По Косой аллее, странно оглядываясь, шли несколько магов. Прохожие сторонились их, многие старались уйти, кто-то закричал. Женщина с густой каштановой шевелюрой почему-то не засмеялась в ответ убегающему, а именно такой реакции от нее можно было ожидать. Казалось, она удивилась этому, посмотрела на хмурое небо и улыбнулась чему-то своему. Вслед за ней улыбнулся и светловолосый мужчина, после чего упал на колени и засмеялся.

— Не двигайтесь! — перед волшебниками аппарировали несколько человек.

Женщина с густой шевелюрой бросила на землю палочку и подняла руки, показывая, что в них ничего нет. Следом за ней это сделали остальные, а тот мужчина, что был на коленях, просто поднял голову.

— Схватить их! — скомандовал человек с искусственным глазом.

Никто не оказывал сопротивления, только женщина так и продолжала улыбаться, повторяя шепотом: «Свобода!».