Вии-бурудха (джен)

А она вообще-то никогда не пользовалась порталами. Так. Чемоданы и сундук — уменьшить, спрятать в любимый рюкзак. Мама показала нужные чары. «Странно, что ты их не знаешь, Саби!»

Сабрина ещё раз обнялась со всеми, отлепила от себя зарёванного Гремлина и ушла в чулан для аппарации. Ей казалось правильным не исчезать на глазах у родных. Время-время-время. Кинуть Темпус — так, ещё минута. Вот сейчас. Она сделала несколько коротких выдохов и разорвала портальный билет.

— Да трам же тарарам! Ох... — Сабрина вовремя заметила, что в том месте, куда её вынес портал, она не одна, и успела сдержать всё то, что ей хотелось сказать о пережитом способе путешествия.

— Ага, точно, — подтвердил рослый рыжий парень. — Редкая дрянь эти порталы. Ну, привет. Очень рад тебя видеть.

Он шагнул к ней и крепко обнял, притиснув к груди. Объятия были дружескими, ничего такого. Сабрина пискнула от неожиданности и несмело обняла в ответ.

От Лиама пахло каким-то очень травяным дезодорантом и совсем слегка — по́том, но не неприятно. Запах был немного звериный, мускусный, и почему-то действовал очень успокаивающе.

— Ты совсем как на фото. Даже странно, — Сабрина немного отстранилась и посмотрела Лиаму в лицо, снизу вверх.

— Почему странно?

— Не знаю... Мне казалось, что люди в жизни совсем другие, чем в переписке и на снимках. Не лучше или хуже, просто другие. А ты... какой-то совсем такой же.

— Ну, мне не с чем сравнивать, — Лиам смешно наморщил нос. — Я до тебя ни с кем не переписывался. Поэтому я — это просто я. Как есть. Пойдём, покажу тебе офис и наших, кто есть кто.

Гравий уютно хрустел под ногами. Здесь солнце уже садилось, и было странно попасть из утренних сумерек — в вечерние. Вечер казался довольно тёплым, похожим на начало британского лета.

Они поднялись по ступеням ко входу в двухэтажный белый дом — застеклённая дверь, латунная табличка с названием. Лиам заботливо распахнул дверь, но прежде чем Сабрина успела войти, на соседнем дереве раздались гомон и хохот — несколько кукабарр теснились на ветке и ржали, как накурившиеся подростки. Две из них делили какую-то добычу.

Сабрина заулыбалась.

— Это ваши почтовые?

— Кто? — Лиам недоуменно нахмурился, посмотрел на дерево и замотал головой. — Не, эти просто так, для радости. Почтовые у нас какаду. Но вообще-то мы их редко используем, проще позвонить. Кстати, у тебя же есть мобби?

— Эм, что?

Лиам приложил руку ладонью к уху, потом изобразил пальцами, как будто набирает что-то на клавиатуре.

— А, телефон... Дома был, но я оставила брату. Не подумала, что здесь понадобится.

— Это ничего. На первое время выдадим служебный, а потом купишь какой захочешь. Правда, связь у нас довольно паршивая, и интернет тоже, и не везде. Но в офисе с этим нормально. Ладно, пойдём, тебя уже ждут.

— Подожди. Дай мне... посмотреть. Оглядеться, — Сабрина закинула руки за голову и шагнула со ступеней обратно на дорожку. Немного похрустела гравием, глубоко вздохнула и выдохнула. «Так вот значит, как пахнет Австралия. Какая... зелёная. Никогда не чувствовала такой магии».

Она вернулась к Лиаму и подала ему руку.

— Теперь порядок. Идём!

Оба они не заметили, что с галереи за ними с улыбкой наблюдает пани Доновска.

* * *

С самого утра Лиам развил лихорадочную деятельность. Он ещё раз проверил, готово ли рабочее место для Сабрины. Есть ли в холодильнике её любимые пироженки — узнал заранее, какие. Несколько раз напомнил всем, что Сабрина прибудет в пять вечера, попросил не расходиться и собраться в общем зале. В ответ Доновска его высмеяла и сказала, что у неё дела в Брисбене, «а девица, если что, подождёт».

Утреннюю суету МакНейр пропустил. Он руководил выселением яра-ма-я-ху из леса Баракула. Эти красные бестии начали вырываться из зачарованной области и почти добрались до мест, где бывают туристы. Собственно, об этом узнали от туристского ребёнка пяти лет отроду, который по невероятному везению не попался «большим красным жабкам». В группе был волшебник, отогнавший тварей. Он же потом позвонил в Отдел.

МакНейр собрал с дюжину волонтёров, и все вместе они успешно загнали яра-ма-я-ху в большие зачарованные корзины, а потом выселили подальше, в относительно безлюдные места. Всё это заняло шесть часов, несколько литров пота и очень поздний завтрак в районе обеда. Покончив с делами, МакНейр заскочил домой, переоделся в чистое и направился в офис. О новой сотруднице он, признаться, просто забыл, и Лиамовское «Ну где тебя носит!» немало его озадачило.

Урасима приветливо кивнул ему из своего кресла и разъяснил ситуацию. МакНейр успел выпить чаю, написать отчёт и перекинуться с Урасимой и Этцелем в карты, когда Лиам просунулся в зал, выкрикнул: «Я — встречать!» и умчался ко входу.

— Надеюсь, это у него временное, — меланхолично заметил Урасима. — И я вышел. Считайте свои.

Этцель быстро смешал карты.

— Ну, всё равно ведь не доиграем, — и улыбнулся так, что стало понятно: «рука» у него была не очень. Он уселся на край стола и принялся болтать ногами.

Урасима вздохнул, взмахом палочки отправил карты в коробку и в шкаф.

В дверях мелькнул Лиам, он бегло осмотрел зал и отступил на шаг, пропуская вперёд Сабрину.

Девушка оказалась чуть ниже его ростом. Приятное лицо, золотисто-коричневая кожа, в правой ноздре — маленькое золотое колечко, волосы переплетены яркими шнурками и забраны в два милых кудрявых хвостика. Одета она была в чёрные джинсы и сиреневую футболку с надписью «Arctic Monkeys». На плече — кожано-тряпочный рюкзак, увешанный значками и брелками.

Сабрина робко шагнула в зал, глаза её были опущены, взгляд бегал из стороны в сторону. Было видно, что она жутко, отчаянно стесняется.

— Ну вот, проходи, сейчас познакомишься с на… — Лиам не договорил.

Этцель резко спрыгнул со стола, выставив перед собой указательный палец и глядя… на грудь Сабрины? Он медленно двинулся вперёд:

— Держу пари, ты отлично смотришься на танцполе, — начал Этцель, надвигаясь на Сабрину.

Девушка уставилась на него изумлённо… и с интересом.

— Эй, мелкий, ты чего? — ошеломлённо спросил Лиам. На него не обратили внимания.

Этцель крадучись приближался.

— Я не знаю, ищешь ли ты отношений, или… Я не знаю, чего ты ищешь…

Сабрина улыбнулась — сперва несмело, потом просто во весь рот.

— Я сказал, держу пари, ты отлично смотришься на танцполе, — выкрикнул Этцель, когда подошел уже вплотную, он тоже улыбался до ушей и азартно таращил глаза.

— Танцуя электро-поп, словно робот из 1984⁽¹⁾, — закончили они хором и впечатали ладонь в ладонь.

— Я был на них вживую в прошлом августе в Тиволи в Брисбене, и потом ещё раз смотался в Мельбурн!

— А я — на фестивале в Гластонбери в июне, это был просто отпад!

— Да, они потрясные! Просто взрыв башки!

— Это боги! Они просто лучшие!

— Да! — и они с Этцелем обнялись и стукнулись при этом лбами, что развеселило обоих ещё больше.

— Я ещё угораю по этим, которые «Отродье»⁽²⁾, — возбуждённо говорил Этцель, — ну знаешь, «Всё, что я хочу» или там «Не могу повторить».

Сабрина кивнула:

— Знаю таких, но мало слушала. «Мартышки» — наше всё!

— Как же классно, что ты теперь у нас! Спасибо, Лиам!

Урасима смотрел на них из своего кресла, подперев щёку, с нечитаемым выражением лица. Лиам… Лиам так и стоял с приоткрытым ртом.

Повеселевшая Сабрина одёрнула футболку и помахала рукой Урасиме и МакНейру.

— Ну... это... Привет, я — Сабрина Фезерстоун. Ваш новый секретарь.

Урасима неторопливо встал и отвесил церемонный поклон.

— Рады приветствовать. Надеюсь, вам у нас понравится. Моё имя — Урасима Тадао. Это — Уолден МакНейр. Этот юноша — Этцель Гриндельвальд. Пани Доновска не сказала, когда вернётся, и вы можете дождаться её, а можете представиться завтра, это нормально. Ваш первый рабочий день тоже будет завтра. Сегодня можете отдыхать. И, простите, вы уже что-нибудь ели? Я знаю, что в Лондоне сейчас раннее утро.

Сабрина тряхнула хвостиками:

— Не-а, только чашку кофе выпила. В меня с утра еда не помещается.

— А, ну, это, сейчас организуем! — Лиам отмер и потянул за собой Этцеля. — Пошли, принесём с кухни. Мы ведь здесь поедим, точно? — он вопросительно взглянул на Урасиму.

— Почему бы и нет. Справитесь сами?

— Да чего там. Мелкий, пошли!

В коридоре Этцель сказал неожиданно серьёзно:

— За «мелкого» в следующий раз получишь в глаз. Я не шучу.

Лиам покосился на него, насмешливо и удивлённо, но смолчал.

Из кухни они вернулись, левитируя перед собой пару нагруженных снедью подносов, Лиам вдобавок нёс большой кофейник и коробку с пирожными.

Этцель коварно уселся на единственный свободный стул рядом с Сабриной. Он явно нацелился продолжить разговор о «Мартышках» и всём таком прочем. Лиам нехорошо прищурился и смотрел исподлобья.

МакНейр, заметив это, мысленно усмехнулся. Этцель напомнил ему избалованного кота, который лезет на собачью лежанку, будучи уверен в своей безнаказанности. Потом он подумал о Лиаме и пересел, уступая место слева от Сабрины. Лиам благодарно кивнул и принялся заботливо выстраивать сложносочинённый сэндвич, налил ей кофе и вообще окружил заботой.

— Вау, — Сабрина сделала пару глотков из своей чашки и облизнула с губ кофейную пенку. — У вас отличный кофе. Прям очень-очень отличный. И заварной! Это тут всегда так?

— Хех, это же «Скайбери»! — гордо сказал Этцель. — Прямо с плантации, практически отнят у кенгуру. Я сам обжаривал!

— Не знала, что в Австралии растёт кофе. Хотя тут, наверное, подходящий климат?

— Не, климат как раз так себе, — сказал Лиам. — Но есть несколько мест. В горах в основном. А что, ты в основном по кофе, не по чаю?

— Я и то, и другое, — Сабрина улыбнулась. — Но знал бы ты, как не всегда можно получить приличный кофе. В министерской столовой предлагают только растворимый, если специально не попросишь. В Хогвартсе ученикам вообще кофе не полагался. А дома мама всё время себе варит, так что я привыкла к хорошему. Только она себе крепче делает. Но и так очень вкусно! — поспешно прибавила она, заметив, что Лиам готов огорчиться.

Дальше разговор поддерживал в основном Этцель, остальные больше слушали и смотрели. Лиам, казалось, наконец расслабился и с умилением следил, как его «сокровище» ест.

1) Оба цитируют песню «Arctic Monkeys», «I Bet You Look Good on the Dancefloor»

https://youtu.be/pK7egZaT3hs?si=AJjeiL0iGWLomDmg — запись примерно тех лет

Вернуться к тексту

2) The Offspring, разумеется

Вернуться к тексту