Эффект птеродактиля (джен)

Уроки отменили, школа гудела. Все пытались нас расспрашивать. На меня бросали потрясенные и заинтересованные взгляды. В конце концов, МакГоннагал отвела весь первый курс в гостиную. Но тут не было спасения от своих, так что я сбежала в спальню. Выпила чаю с девочками, которые с горящими глазами принялись строить предположении о моем отце. Блин… Чистокровные ведьмы знали довольно много занятных, а то и жутковатых историй про подменышей и левых детишек, так что по крайней мере сумели отвлечь меня от тягостных размышлений.

Воспоминания Парвати брать не стали, видимо умным взрослым магам хватило эффектного признания явно неадекватной Хуч. Эх, волшебники-и-и-и… Ну и ладно.

А во время завтрака в Большой Зал вошли два мага. Один был тот, которому я доверила свои кровь и волосы. А вот второй… Высокий, сухопарый, седой. Волосы тщательно расчесаны, пробор в ниточку. Под носом аккуратная щеточка усов. Дорогая мантия. Мамочки… Кто это?! Это… неужели? КАК?!

Оба волшебника направились прямо к столу Гриффиндора. Я отложила столовые приборы и медленно встала. Несколько долгих секунд мы с седым магом смотрели друг на друга. Присутствующие даже дышать перестали. В глазах у волшебника промелькнула боль.

— Да, — наконец проговорил он, — вы правы, сходство колоссальное.

— Ну что ж, мисс Грейнджер, — улыбнулся член Попечительского Совета, — ваша интуиция вас не подвела. Только вот братьев, чтобы влюбиться, у вас нет. И ваш отец умер. Познакомьтесь с дедушкой.

— Бартемиус Крауч! — склонил прилизанную голову дедуля.

Мне захотелось провалиться сквозь плиты пола. Честное слово, лучше бы это был Флетчер…

Нас пригласили в кабинет директора. Меня провожали потрясенные взгляды. Дамблдор улыбался. Я старательно держала лицо.

— Девочка действительно моя внучка, — проговорил мой свежеобретенный дед, удобно устроившись в кресле для посетителей, — зелье родства не лжет. К тому же она очень похожа на мою покойную жену. Не скажу, что я в восторге от появления этого ребенка, но в любом случае исполню свой долг.

Я украдкой рассматривала родственничка и размышляла. Вообще-то, довольно странно, что он не женил втихаря своего сынулю, чтобы получить наследника и продолжателя Рода. Всегда считала, что для людей подобного склада это важно. Решил, что раз у него так вышло, то пусть все идет прахом? Кто его знает… В гости меня вряд ли пригласят, там родной папаша под «Империо» живет. Но если признает официально, да еще деньжат подкинет — уже неплохо будет. Ха! «Самая сильная и умная ведьма поколения — магглорожденная!» Хитро придумано. А ведь девочка действительно удалась в папину родню. Сколько там иностранных языков знал Крауч-старший? Вот-вот. Максимально возможное количество сданных Ж.А.Б.А. и все на «Превосходно» Барти-младшего туда же. Да и характером канонная Гермиона в дедушку пошла. Тут и упертость, и методичное следование правилам. И лихое нарушение этих самых правил, когда дело касалось ее. Жесть! В каноне Крауч-старший не узнал внучку потому, что был несколько не в себе из-за побега Крауча-джуниора. А тот тоже то ли давно свихнулся, то ли благополучно просидел все это время в сундуке у Моуди и был выпущен только, чтобы попугать Поттера и получить поцелуй дементора. Кто знает, кто знает… Тем более, что на момент смерти обоих Краучей Гермиона была все еще несовершеннолетней, ее опекуном был директор Хогвартса, и неизвестно, куда делось весьма приличное наследство. Да уж… В любом случае найдется кто-то, кому все это выгодно. И сдается мне, я этого кого-то сейчас перед собой и вижу.

— Я сейчас же введу девочку в Род, — продолжал между тем Бартемиус Крауч, — вы позволите воспользоваться камином?

— Разумеется, — ответил Дамблдор и небрежно взмахнул палочкой.

Это меня куда? В тот самый замок Синей Бороды, где есть очень секретная комната с очень секретным содержимым в виде моего родного папаши и преданного домовика? Кстати, интересно, дедуля папулю с самого начала заимперил или подождал, пока метка не активизировалась? А первые признаки у УПСов вроде не так давно появились, совпав с вселением Волдеморды в Квирелла. Вообще, какие шансы остаться в своем уме после стольких лет подавления воли? Малфой, вон, тем самым «Империо» от Азкабана отмазался. При этом с одной стороны народ понимал, что дело во взятках. А с другой — не с потолка же блистательный Люциус этот метод взял. Хм… то есть, шанс сохранить мозги все-таки был? И ведь не спросишь.

Наверное, надо было спросить про камины, но с другой стороны, я же тут уже не первый день и вроде как задаю вопросы и всем интересуюсь. Могла и узнать от тех же девчонок с Невиллом. Ой, бедный Невилл, вот для кого жуткие новости, мы же с ним подружились, что он теперь делать будет? Ладно, посмотрим…

Крауч крепко держал меня за руку, пока нас болтало по каминам и дымоходам. Не самое приятное ощущение. Потом нас выбросило на коврик в мрачноватом холле.

— Добро пожаловать! — проговорил дедушка. — Прошу в мой кабинет.

Интересно, как все это будет происходить? Впрочем, пока ничего страшного не было. Да и не съест он меня. По крайней мере, Дамблдор точно знает, куда я делась, да и остальные догадываются.

Кабинет тоже был мрачным и сугубо деловым. Темные резные панели на стенах, книжные шкафы, массивный письменный стол, кресло за ним и два перед ним. Зеленые бархатные занавески. Камин. Ничего лишнего и ничего личного. Только небольшой портрет красивой молодой женщины. Это я на нее похожа? Она робко улыбнулась и помахала мне рукой. Я махнула в ответ.

— Да, — проследил за моим взглядом Крауч, — это твоя бабушка. Ее звали Элспет. Она из Рода МакМилланов.

— А с ней можно поговорить? — спросила я.

— Нет, этот портрет молчит, — вздохнул Крауч.

Между двумя шкафами висел большой гобелен, вышитый золотом и серебром.

— Это генеалогическое древо нашего Рода, — сказал Крауч, — как видишь, он насчитывает несколько веков. Потом сможешь рассмотреть как следует. Видишь, если прикоснуться палочкой, то изображение увеличивается?

Я кивнула, завороженная древним артефактом. Что примечательно, выжженных пятен не было. Что уже внушает надежду на адекватность благородных предков. На имени сына дедуля внимания не заострял. А я не спрашивала, тут и так было много интересного.

— Мне нужна капля твоей крови, Гермиона, и я даю тебе слово, что не использую ее тебе во вред.

— Скажите, сэр, — спросила я, — я уже второй раз слышу эту фразу. Но я читала, что можно причинить много вреда, завладев чужой кровью и волосами.

— Это так, — кивнул Крауч, — но иногда кровь или волосы нужны. Как в нашем случае. Или чтобы заключить договор. Тогда обязательно говорят, что не причинят вреда. Запомни, если кто-нибудь скажет, что нужна твоя кровь, но при этом не произнесет эту фразу, то этот человек твой враг и решил тебя обмануть.

— Я запомню, — пообещала я.

Каплю крови размазали по гобелену. Потом дед взял меня за руку и торжественно произнес:

— Признаю, что это внучка моя, плоть от плоти, кровь от крови и магия от магии.

Внизу появился листок, где было написано «Гермиона Джейн Крауч». Ну что? Тоже хорошо звучит.

Потом меня угостили чаем с пирожными и одарили красивым кулоном на цепочке. Мне, конечно, хотелось о многом расспросить, но я ужасно боялась проболтаться и как-то выдать свою осведомленность о вещах, о которых я и понятия иметь не должна. Впрочем, дедушка сам задавал вопросы. И, похоже, что мои ответы его устраивали. Особенно он обрадовался, когда узнал, что я очень люблю учиться.

Вообще, у меня осталось двойственное впечатление от общения с дедом. Вел он себя прилично, доброжелательно, со старомодной суховатой вежливостью. Демонстрировал благожелательный интерес.

— Простите, сэр, — спросила я, — вы ведь не заберете меня у мамы с папой?

Он чуть заметно поморщился.

— Мы поговорим об этом позже, Гермиона. Я не имею ничего против твоих родителей. Но ты волшебница, и тебе придется жить в мире магии. Наш Род всегда занимал высокое положение, и тебе необходимо соответствовать.

Все ясно. Нет, я только за. Именно этого я и хотела. Но как-то все это… А если бы я любила родителей? Вот то-то и оно. Небось, и в гости пригласить не получится.

Я вздохнула, но ничего не сказала. Крауч кивнул.

— Тебе пора возвращаться в школу, — сказал он, — пиши мне, пожалуйста. Будет очень приятно получать от тебя письма. Я открою сейф в Гринготсе на твое имя. Если тебе что-нибудь понадобится, то не стесняйся. И я с удовольствием отвечу на любой твой вопрос.

И меня вернули в кабинет Дамблдора.

Директор по-прежнему лучился благодушием. И тут же отправил меня в гостиную. Уроки еще продолжались, комнаты пустовали. Я прошла в спальню, достала Бетти из аквариума. Моя жабка благодарно квакнула. Ей нравилось, когда я гладила ее спинку. Я устроила ее у себя на коленях и снова открыла свод законов.

— Давай-ка, Бетти, посмотрим, на каком мы теперь свете.

Ну что ж, мистер Крауч сделал для меня немало. При этом он совершенно точно не разделял взглядов Волдеморта и его сторонников. Он был их реальным противником, гораздо большим, чем тот же Дамблдор. И шел до конца, не считаясь с потерями даже в собственной семье. Мешал ли он Дамблдору? Или мог помешать в дальнейшем? Все-таки мой отец на глазах директора стал Упивающимся. Не подталкивал ли Дамблдор сына своего противника в «нехорошую» компанию, чтобы заполучить компромат и рычаг давления? И понимал ли это Крауч, с болью и кровью отсекая своего сына, ломая себе карьеру, убивая любимую женщину… и себя?..

Чистокровные снобы могли задирать нос и бросать косые взгляды в мою сторону, но это не отменяло главного. Теперь у меня был очень высокий покровитель, я принадлежала к вполне себе древнему и благородному Роду, и никакая сволочь не могла играть с моей судьбой и жизнью. И Рон Уизли пролетал как фанера над Парижем. Ленивый отпрыск нищего семейства в качестве зятя моего деда точно не устроит. Это… как если бы внучка нашего министра иностранных дел вышла замуж за сына дворника. Ибо Артур Уизли, несмотря на название должности, по сути именно дворником и был.

Уже за обедом на меня косились. Я сказала девочкам, что дедушка принял меня в Род, и что у меня теперь другая фамилия. Меня поздравили.

Следующим уроком была гербология. Мы работали в паре с Невиллом. Он несколько раз поглядывал на меня, но ничего не говорил. Я вздыхала.

Потом меня все-таки прижали в стенке.

— Ты как-то странно выглядишь, — сказала Лаванда, — ты не рада, что у тебя нашелся дедушка?

— Чему тут радоваться, если ее папаша Пожиратель, — подал голос Рон Уизли.

— Твоих родителей никто не оскорблял, — напомнила я. — Просто все это несколько неожиданно. Понимаешь, Лаванда, мне показалось, что мистер Крауч не очень обрадовался, что я полукровка. Он собирается обо мне заботиться, сказал, что уже открыл сейф на мое имя, что ответит на мои вопросы, хочет, чтобы я ему писала. Но у меня есть мама и папа, а… в общем, похоже, что ему не нравятся магглы, и он хочет меня забрать.

— А разве так можно? — удивилась Парвати.

— Можно, — сказала я, — мне еще повезло.

— В смысле? — спросил Гарри, который внимательно нас слушал. Еще бы, все, что касалось родственников, было для него больной темой.

— Подожди, я сейчас покажу, — сказала я и принесла из спальни свод законов. — Вот, смотри!

Заинтересовались и другие ребята.

— Ничего себе! — присвистнул Дин Томас, которого все это тоже касалось.

— Так закон-то старый, — поежилась Фэй.

— Дело не в том, что старый, а в том, что его в любой момент могут применить, — сказала я. — Закон писался в конце XVII века, тогда были другие обстоятельства. Для многих магглорожденных это было настоящим спасением. Да и на всякие злоупотребления тогда смотрели по-другому. Даже… даже если какой-нибудь взрослый брал такого ребенка как игрушку. Ведь он его кормил, поил, одевал. А сейчас многие родители магглы спокойно относятся к тому, что у них дети-волшебники, любят их. А детей все равно могут отобрать. Например, решат, что кому-нибудь сильный волшебник в семье не помешает. А мнением каких-то там магглов и не поинтересуются.

— По-моему ты выдумываешь, — не очень уверенно сказал Шеймус.

К нашему разговору прислушивались и старшие.

— Шеймус, ты же полукровка? — спросила я. — То есть, тебе просто пришло письмо из Хогвартса, и вы с мамой пошли за покупками?

— Ну да, — кивнул Финнеган, — я же говорил, что моя мама — ведьма. Так что мы все знали про Хогвартс. И письмо я ждал.

— К нам МакГоннагал приходила, — подал голос Томас.

— К нам тоже. Магглы совиной почтой не пользуются, они про нее даже не знают. И если кто-нибудь увидит птицу, у которой что-то привязано к лапе, то подумают, что кто-то мучает животное. Так что, скорее всего, они позвонят в полицию или в службу спасения диких животных. И в непонятную школу своего ребенка никто не отпустит.

— Я не очень тебя понял, — подключился к беседе Оливер Вуд, — но мне все это уже не нравится.

— Понимаешь, — ответила я, — у магглов принято заключать договор со школой, где учатся их дети. И в этом договоре все-все записано. Даже всякие мелочи. И родители всегда могут посетить школу, чтобы убедиться, что все в порядке. Пока мне не пришло письмо из Хогвартса, мои родители подбирали для меня хорошую школу в обычном мире. Они и буклеты изучали, и узнавали, что там и как. Ездили на дни открытых дверей, чтобы самим все осмотреть. Это нормально, так почти все делают. А когда пришла профессор МакГоннагал, то почему-то ни мама, ни папа не спросили ничего. Даже не удивились, что не смогут посетить школу, а меня до каникул не увидят. Мой папа уже хотел что-то спросить, но вдруг заулыбался и пошел за деньгами на покупки. И мама ничего не спросила. А профессор МакГоннагал сунула руку в свою сумку и что-то там делала. Есть же артефакты, влияющие на сознание? А я потом обнаружила, что почему-то не купила те книги, которые хотела. И мне было очень плохо и страшно.

— Ты все врешь! — подскочил Рон Уизли. — Наша декан не такая! И Дамблдор никогда бы этими гадкими законами не воспользовался. Вот и ясно, что твой папаша Пожиратель. Тебе не место на Гриффиндоре!

— Не знаешь, так и не говори! — крикнул ему Томас. — Я тоже удивился, что моя мама никаких вопросов не задавала. Хотя она всегда беспокоилась и в школу на все собрания ходила. Она бы обязательно захотела узнать, что тут и как.

Гарри Поттер слушал перепалку, стиснув зубы и прищурив глаза.

— Они могут думать, что так правильно, — сказала я, — подумаешь, какие-то магглы, что они понимают, это для их же пользы. А ты, Уизли, закрой рот. Кем бы ни был мой отец, он умер. Порядочные люди мертвых не оскорбляют. И я уверена, что ему в глаза ты бы этого не сказал. Струсил бы!

Рыжий стиснул кулаки. Перси схватил его за шкирку и убрал с дороги.

— Мисс Крауч, — подчеркнуто официально проговорил он, — прошу извинить моего брата. Он не сдержан на язык и часто говорит, не подумав. Разумеется, он не хотел оскорблять вашу семью.

Оп-паньки… Далеко пойдет Персик… если я не приторможу. Ну ладно, пока мне это только на руку.

— Я принимаю извинения, мистер Уизли, — наклонила голову я, — и надеюсь, что впредь таких недоразумений не будет.

Он резко кивнул, и все также за шиворот повлек младшенького в спальню. Близнецы проводили его потрясенными взглядами. Похоже, что дурацких шуток можно не опасаться. Да и не позволяли «шутнички» себе ничего в отношении детей влиятельных родителей. Все эти «суперрозыгрыши» над теми же слизеринцами да еще в Большом Зале — фанон. Рыжие прохвосты отлично знали, когда надо остановиться. А Перси мечтает о карьере в министерстве. И именно Крауч-старший был его кумиром. Да уж… как бы не решил сам на мне жениться. Хотя вроде бы к Сьюзан Боунс он не подъезжал, а был влюблен в райвенкловку Пенелоппу Кристалл. Посмотрим.

Но разговаривать дальше после выходки Рона не хотелось, и все потихоньку занялись своими делами. Невилл некоторое время сидел молча, а потом подошел ко мне.

— Мне все равно хотелось бы с тобой дружить, — сказал он.

— Мне бы тоже, — ответила я, — ты очень хороший.

И он широко улыбнулся. И я улыбнулась в ответ.

Пока ничего странного и непонятного не происходило. На меня посматривали, несколько человек с других факультетов поздравили. Малфой, что показательно, в упор меня не замечал. Рон угомонился, хотя и зыркал злобно. Профессора довольно быстро перестроились на то, что у меня теперь другая фамилия. Я написала первое письмо деду. Собственно, просто похвасталась освоенными чарами для аквариума Бетти, подробное описание которых мне прислал мистер Патил. И успехами в зельеварении и трансфигурации.

В ответ я получила зачарованный аквариум, походный набор зельевара и справочник по трансфигурации, где формулы и заклинания разбирались более подробно, чем в учебнике. Мне даже неловко стало. Но мистер Крауч писал, что очень гордится моими успехами. Его радует, что я освоила довольно сложные чары, но жаба должна жить в комфорте и довольстве, а отрабатывать заклинания лучше на чем-то, что не представляет для меня ценности. Набор зельевара поможет мне улучшить практические навыки. А справочник ему рекомендовали как самый лучший для настоящего времени. Его собирались рекомендовать для учеников Хогвартса как дополнительную литературу. Да уж… Как бы не оказаться статусным ребенком, успехами которого так приятно похвастаться, но мыслями и чувствами которого не интересуются. Хотя я с этим вполне могу справиться, а вот для настоящего ребенка эта ноша могла оказаться непосильной.

В ответном письме я горячо поблагодарила дедушку и пообещала оказаться достойной. Злоупотреблять его отношением я не собиралась, но глупо было бы не воспользоваться таким положением вещей. Надеюсь, что не рассорюсь с друзьями из-за дедовой щедрости. Надо будет сразу расставить все точки над буквами. Совместно позаниматься — всегда пожалуйста, а вот халявы не будет. Надеюсь, что поймут.

Полеты теперь вел бывший загонщик «Сканторпских стрел». Главным его достоинством было то, что он являлся на уроки трезвым. Он тоже почти ничего не объяснял, но, по крайней мере, следил за нашей безопасностью. Было дело, что успевал ссадить того же Невилла, у которого не ладилось с полетами. В любом случае он был лучше мадам Хуч. Летать мне понравилось, хотя я и опасалась, что после «высшего пилотажа» на первом уроке буду бояться метлы. Но, похоже, что ведьмы просто не могут не летать. Получалось у меня неплохо, и мне это нравилось. Поттер в небе чувствовал себя как птица, но место ловца ему никто не предлагал. То ли Дамблдору было не до дрессировки героя, то ли старик опасался, что наученные моим примером другие ученики найдут, кому пожаловаться на излишние преференции Избранному. В любом случае все было даже лучше, чем я могла рассчитывать.

На день рождения родители прислали мне открытку и дорогой набор шоколада. От деда тоже был шоколад и золотые серьги. Интересно, это какой-то артефакт или обычное украшение? В любом случае я носила и кулон, и серьги. Они мне нравились, да и вообще… это казалось правильным. Шоколадом я честно угостила девочек. С мальчиками тоже поделилась, но прийти к нам в спальню, чтобы выпить чаю вместе, они не могли. А тащить наш сервиз в общую гостиную смысла не было. Там было слишком шумно, постоянно кто-нибудь играл в плюй-камни или во взрывного дурака. Нормально посидеть с чашкой чая просто не получилось бы. Идти же в спальню к мальчикам было неприлично.

Я попробовала подъехать к профессору Снейпу насчет зелий, в которых используется «жабье молоко», то есть та жидкость, которую выделяют жабы в целях самообороны.

Лучше бы я этого не делала…

Узнала много интересного про свою самонадеянность. И с чего я взяла, что лишь на днях узнав о магии вообще и тонком искусстве зельеварения в частности, могу заниматься сложными манипуляциями и варить далеко не простые зелья? Только потому, что ни разу не взорвала котел? Очень хочется посмотреть, что получится, если взорву? И ему некогда возиться с малолетними выскочками, которые возомнили себя великими волшебницами. Идите отсюда, мисс, и не отвлекайте занятых людей на всякую ерунду.

Ну, дядя, погоди! Будешь так себя вести, я тебе снейджер организую! Сам в Азкабан попросишься. В одну камеру с Беллатрикс.

А потом я посидела, пошевелила мозгами и поняла, что это очень нехороший признак. Ибо когда мы с Невиллом встретили Снейпа по дороге в Больничное Крыло, тот вел себя нормально: осмотрел на предмет повреждений, проводил куда надо и даже ответил на вопрос, который не ему задали. А сейчас чего озверел? Похоже, что получил установку. Поттера без команды «Фас!» он травить бы не посмел, это логично. А за меня чего взялся? Тоже на всякий случай от Слизерина отваживает? «Плохой коп»? Значит, скоро познакомлюсь с «хорошим»? Да уж, начались игрища. Противно.

Собственно говоря, совершенно не понятно, на фига все это закручивается. Я специально не лезла к Гарри Поттеру и продемонстрировала свое «фэ» рыжим. Причем я теперь не бесправная магглорожденая, а внучка человека, который занимает высокое положение в обществе. Чего надо-то? Или я зря дергаюсь, а у Снейпа просто критические дни, то есть… ну, не любит он, когда к нему первокурсники с типа умными вопросами пристают? А тут еще зелье убежало, и дорогой начальник внеплановый педсовет назначил? Гарри, кстати, неплохо учится, хотя звезд с неба не хватает. Играет в футбол с ребятами. Не знаю, ходил ли он к Хагриду. И все же не понятно. То ли все равно нужен кто-то с мозгами, кто начнет все задачки разгадывать, то ли директору надо еще и моего деда во что-то втравить. Зачем? И интересно, будет ли тролль. По идее теперь меня лучше не трогать. Хотя, может там еще что запланировано? Гарри не прошел еще какую-то проверку, и теперь в герои назначили Невилла? С ним-то я тесно общаюсь.

Все равно не понятно. Но, похоже, что дело все-таки именно во мне. Краучей в каноне извели под корень. Как и Блэков, кстати. Не знаю, как с Блэками, но у Краучей теперь есть шанс не сгинуть. Дамблдор кровник Краучей? И что, дед об этом понятия не имеет? Не верю. Тогда в чем дело?

Чувствую себя катастрофически беспомощной, все-таки я очень мало знаю про мир магов. Мне нужна информация.

Кстати, дневник я веду и ничего странного пока не замечала. Но может это только пока? Кто знает…