Smiles In The Mist (джен)

Вода под ногами только прибывала. Теперь она доставала уже до щиколоток и пробираться было всё сложнее.

Гермиона подвязала полы мантии, чтобы они не намокли, а затем в очередной раз заглянула в карту в руках мистера Поттера.

— Ого, да Генри сюда со всех ног мчится.

— Если бы речь шла не об этом мальчишке, я бы сказал, что он несётся на метле. Но этот пешком быстрее дойдет.

— Подождите-ка... Вы тоже это слышите?

За поворотом коридора нарастал странный плеск, который становился все сильнее с каждой секундой. Потоки воды бились о стены, словно кто-то рассекал водном катере.

— О боже… Генри!

Гермиона кинулась вперёд и в это же самое время из-за поворота вырвалось гигантское тело. Чешуя блеснула в тусклом свете факелов, вода разлетелась брызгами.

— Стой! Стой! — раздался знакомый голос.

Змей затормозил, окатив Гермиону ледяной волной. Его массивная шея изогнулась, разбрызгивая воду.

Генри сидел верхом, обхватив монструозную шею ногами, пальцы вцепились в чешуйчатые наросты на голове чудовища.

— Какого драккла ты творишь?! — мистер Поттер дернул Гермиону назад, ухватив за капюшон, но та выпуталась и пихнула завхоза локтем. — А ты, парень, слезай оттуда немедленно! 

Как только Генри разглядел, кто стоит рядом с Гермионой, страх исчез из его взгляда.

— О… так вы всё-таки решили со мной поговорить? — выпрямился он.

В голосе осталось лишь холодное любопытство.

Джеймс недовольно цокнул, но всё же оставил попытки бороться с Гермиониным упрямством и сфокусировался на Генри и змее.

— Я всё тебе объясню, как только окажемся подальше от этой твари.

Генри со вздохом покачал головой.

— Вот как. Спустя годы лжи, вы теперь передумали? 

— Всё не так просто, — мистер Поттер внимательно наблюдал за тем, как на огромной морде змея волнами перекатывались мышцы. — Грейнджер не маячь. Ты его нервируешь.

— Вы ошибаетесь, — отозвался Генри. — Всё как раз проще некуда. 

Он провёл ладонью по холодной чешуе, успокаивая.

— Я уже достаточно узнал и больше уже не хочу ничего слышать. Даже извинений. Хотя этого, похоже, вы делать и так не собирались. 

Завхоз набрал воздуха, собравшись было что-то ответить, но Гермиона тут же его оборвала.

— Генри, что бы тебе ни говорил Квиррелл — это не правда! Он манипулирует тобой. Это он пытался убить тебя, заколдовав метлу Тамми!

Ноздри змея слегка расширились, втягивая воздух. Гермионе казалось что это не просто змей, а огнедышащий дракон, который готовился вот-вот извергнуть пламя. Возможно, это была лишь игра её воображения, но где-то глубоко внутри она чувствовала — змей и Генри сейчас как-то связаны. И это Генри, а не монстр под ним, переполнен бушующим огнём.

— Я знаю, — спокойно ответил он, продолжал машинально водить костяшками пальцев по чешуе. — Я знаю всё. И теперь уже мне нужно многое рассказать тебе, Гермиона.

Из-за статуи послышался громкий плеск, и из темноты показались Забини и Нотт.

— Мерлин… — замерла девочка.

Нотт налетел на неё сзади.

— Что за… — начал он и споткнулся на слове.

За ними, высоко поднимая ноги из воды, пробирался Малфой.

— Да что вы там застряли…

Он поднял голову и его глаза расширились.

— Горбин?.. — пискнул Малфой. — Ты… ты на чём сидишь?

Генри помахал друзьям, словно они случайно пересеклись в библиотеке, а не в затопленном коридоре с огромным монстром. 

— Как хорошо, что мы встретились. Похоже, сегодня мне действительно везёт.

Он обвёл всех взглядом.

Этот взгляд был странным — каким-то чужим, слишком торжественным.

— На самом деле Квиррелл… — Генри сделал паузу, наслаждаясь вниманием, — только притворялся Квирреллом. Всё это время рядом с нами был не он. А сам Тёмный Лорд.

Гермиона побледнела.

— Этого не может быть… — прошептала она. — Генри… как ты сумел сбежать?

— Я не сбегал, — поправил он, и в его голосе задрожал восторг. — Напротив. Я направляюсь к нему.

По коридору прокатился глухой вздох василиска.

— Что? — Гермиона шагнула вперёд. — Но это он убил Бэркеса!

Улыбка Генри исчезла.

— Хотел бы я знать наверняка, только вот Горбин так и не захотел мне ничего рассказывать, — отрезал он. — Просто продолжил врать, даже когда из-за него погиб Бэркес! Он предал меня. Предавал всё сильнее с каждым годом. Это он облил меня зельем, которое изменило мои глаза. Он делал всё, чтобы я даже никогда не узнал, кто я такой!

Змей снова зашевелился, словно готовясь к рывку, который бы смёл всех на его пути. 

Генри слегка покачнулся, но, казалось, даже не заметил этого.

— И кто, скажи мне теперь, мной манипулировал? Кто пытался помешать мне поехать к Малфоям, после нашей встречи с псиной? Разве это был Тёмный Лорд?

— Прекрати так его называть, глупый мальчишка! — вспыхнул Поттер. — Ты не понимаешь, что несёшь!

Генри злобно рассмеялся.

— О, разумеется. Спасибо за совет, мистер Поттер. Кто, если не вы, знает, как правильно держать язык за зубами?!

Генри уже потряхивало от гнева, и это явно тревожило змея.

По спине Гермионы пробежали мурашки, но она не отступила.

— Генри… — её голос стал тише. — Пожалуйста. Пойдём поговорим. На тебя столько всего свалилось. Это невозможно переварить в одиночку.

Генри посмотрел на неё.

Улыбнулся — мягко, почти виновато.

Так же, как тогда, новогодней ночью, когда стоял на её подоконнике, сжимая в пальцах метлу, покрытую ледяной коркой, и делал вид, что ему совсем не холодно.

А затем медленно покачал головой.

— Нет. В Хогвартсе для меня разговоры закончились.

Он говорил спокойно. Почти светло.

— Самое лучшее, что у меня здесь было, — это секретные уроки с профессором Квирреллом. Он показал мне, что значит быть по-настоящему сильным. Показал, на что способна магия, если перестать её бояться.

Василиск тихо зашевелился под ним.

Раздвоенный язык мелькнул и исчез в пасти.

— Всё, что о нём говорят, — это домыслы, — продолжил Генри. — Люди всегда боятся того, кто мыслит шире их представлений. Тёмный Лорд видит дальше. Глубже. Он не ограничивает магию правилами, придуманными трусами.

Гермиона невольно отступила на полшага.

— Если вы отправитесь со мной, — голос Генри стал живее, — он примет вас. Гермиона… ты не представляешь, сколько всего мы сможем изучать вместе. Такие заклинания… такие возможности…

— Генри, — она сглотнула. — Я магглокровка.

На секунду повисла тишина.

— Ему будет не важно, — уверенно ответил он. — Если я попрошу.

Генри наклонился вперёд, протягивая руку.

Змей вместе с ним подался чуть ближе.

— Ты блестящая ведьма. А это единственное, что имеет значение.

Его взгляд скользнул к остальным.

— Драко. Тео. Вы же понимаете, о чём я. Блез… — голос чуть дрогнул. — Ты мне веришь?

Генри жаждал сорваться с места, и в тоже время ужасно боялся остаться один.

Сердце Гермионы болезненно сжалось.

Драко побледнел. На мгновение — всего на мгновение — в его глазах мелькнуло что-то похожее на сомнение.

Всё вдруг оборвала оглушительная трель вредноскопа. Он яростно забился под мантией Генри, так что мальчику пришлось вытащить его наружу. От этого шарик лишь сильнее взбесился, принявшись неистово свистеть и подпрыгивать в его ладонях. 

В то же мгновение из темноты выбежали двое мужчин.

— Гарри?

Один — с седой прядью среди чёрных волос — побледнел так, будто увидел боггарта.

Высокий блондин с тростью стремительно пересёк залитый водой участок и схватил Драко за плечо.

Малфой-младший тут же придвинулся ближе, едва ли не уткнувшись ему в бок, и быстро что-то прошептал.

Люциус коротко кивнул.

Второй мужчина не сводил напряжённого взгляда с Генри, воюющего с вредноскопом.

— Это, и правда, ты…

Вредноскоп дрогнул ещё раз — и внезапно притих.

— Гарри… — снова позвал он, тише, словно что сжало ему горло. — Ты ошибаешься. Пожалуйста, поверь мне.

Северус Снейп сделал несколько шагов вперёд.

Змей едва заметно приподнял голову.

И в этот момент вредноскоп вновь задрожал — уже не громко, а приглушенно, тоненькой, почти неуловимой трелью.

— Я знаю это лучше, чем кто-либо, — продолжил Снейп. — Знаю, каким он может быть убедительным. Однажды… я был на твоём месте.

Генри выпрямился, раздражённо встряхнул вредноскоп, заставляя замолчать. Затем скрестил руки на груди.

— Значит, я теперь Гарри, да? — в его голосе прозвучала сухая насмешка. — Квиррелл был прав: тебе всё равно, кто я такой. Как меня звали. Чем я жил все эти годы.

Снейп замер, опустил руку, которой тянулся к мальчику.

— Мне, и правда, было не важно, каким я тебя найду, — ответил он глухо. — Если только ты будешь жив.

Генри резко покачал головой.

— А почему ты отказался заниматься со мной окклюменцией? Почему я не интересовал тебя, пока был просто мальчишкой из лавки Горбина? Тебе не важен я — тебе важно только то, что ты нашёл сына.

Вода тихо плеснула о камень.

Генри приподнял вредноскоп. Покатал на ладони.

— Даже мой талисман с ума сошёл от твоего появления. С чего этой штуке говорить, что я сейчас в опасности? — Со вздохом он сунул шарик обратно за пазуху. — Ты ворвался сюда, зовёшь меня этим именем… На что ты рассчитываешь? Что я перестану быть собой и превращусь в твоего идеального потерянного Гарри?

Вода тихо плеснула о камень.

Снейп несколько долгих мгновений стоял молча и неподвижно, словно скованный чарами.

— Я буду называть тебя так, как ты захочешь, — наконец, проговорил он. 

Генри опустил взгляд, упираясь руками в массивную шею змея. Из-под завесы волос невозможно было разглядеть выражение его лица. 

— Дай мне шанс стать твоим отцом, Генри.

Мальчик сжимал и разжимал пальцы.

Вода тихо плеснула о камень.

Гермиона переводила взгляд с отца на сына. До чего же они были похожи. Невероятное сходство. Как за всё это время никто из них этого не понял?

Генри всё ещё молчал.

Василиск под ним был неподвижен, как статуя.

— Парень… — осторожно подался вперёд мистер Поттер. — Не глупи. Слезай со змеи.

Генри вздрогнул, но ничего не ответил, а только сильнее вцепился в чешую.

— Выбирай, Генри. Снова выбирай, — он говорил скорее сам собой, не обращаясь ни к кому конкретному. — Почему всю жизнь все решают за меня всё, кроме тех моментов, где это действительно важно? Где это трудно? Я же просто хочу… я хочу…

Генри поднял голову.

И в этот миг лицо его изменилось. Исчезло то странное, чужое выражение, которое всё это время тревожило Гермиону. Перед ней снова был её друг — тот самый мальчишка, который мог злиться, сомневаться, путаться, но всё равно оставался собой.

— Я хочу… домой.

По телу василиска пробежала едва заметная дрожь, будто крохотный разряд скользнул по чешуе. Мутная плёнка, закрывавшая глаза чудовища, медленно начала сдвигаться.

— Глаза! Закройте глаза!

Генри в ужасе кинулся вперёд, накрывая голову твари своим телом. 

На долю секунды его опередил мистер Поттер: мантия-невидимка взметнулась в воздух, опускаясь на змеиную морду.

— Это василиск! — снова завопил Генри. — Глаза!

Он зажмурился до звёздочек перед глазами, пытаясь собрать все остатки сил и вернуть контроль над змеем.

«Слушай меня».

«Меня!»

Огромное тело под ним дрогнуло.

На мгновение Генри почувствовал знакомый отклик — его воля снова коснулась тяжёлого, холодного разума василиска.

Но связь отозвалась глухо, словно теперь ему приходилось пробиваться сквозь толщу воды.

«Тупая ты рептилия!»

Генри стиснул зубы и надавил сильнее.

Мутная плёнка тяжело сомкнулась над смертельными глазами.

Мальчик выдохнул и уткнулся лбом в холодную чешую.

«Получилось».

В следующую секунду в коридоре раздались два глухих удара и всплеск воды.

Генри приподнялся. Сначала он увидел Драко. Тот кричал, а его отец прижимал мальчика к себе, закрывая ему глаза обеими ладонями.

Мистер Снейп удерживал Тео и Блез.

Генри повернул голову.

В воде лежал мистер Поттер. Его очки слетели и одна дужка теперь торчала из мутной воды.

Рядом…

Рядом с ним была Гермиона.

Её рот был чуть приоткрыт, словно она собиралась что-то сказать, а рука всё ещё тянулась вперёд.

— Нет…

Воздух застрял у Генри в горле.

— Нет! Гермиона!

Он хватал ртом воздух, сжимая ладонями уши.

И в этот момент тонкая, неустойчивая связь со змеем окончательно оборвалась, будто кто-то одним движением перерезал натянутую нить между их сознаниями.

Генри почти физически ощутил ужас людей вокруг — и свой собственный, который накатывал всё сильнее.

Кто-то попытался колдовать, но василиск резко дёрнулся.

Огромная голова метнулась в сторону, хвост взметнул воду, и чудовище рвануло вперёд, в ближайший коридор.

— Нет! — сорвался Генри. — Гермиона! Я не хотел!

Голос утонул в эхе каменных коридоров. Слёзы хлынули сами, затуманивая обзор. Генри больше не видел дороги.

Василиск мчался всё дальше и дальше, ударяясь боками о стены, а Генри лишь беспомощно цеплялся за чешую, дрожа всем телом.

«Я убил её».

Мысль пульсировала в голове.

«Я убил их обоих».

Замок проносился мимо. Факелы сливались в размытые полосы света.

— Пропустите! — кричал Генри встречным группкам студентов в коридоре. — Уйдите, чёрт подери, в сторону, если жить хотите!

Люди шарахались к стенам, кто-то вскрикивал, кто-то падал, едва успевая отползти.

Змей устремлялся по ему одному ведомому маршруту.

«Слишком поздно. Это уже никак не исправить. Пути назад больше нет».

— Пожалуйста! Больше… больше никто не должен погибнуть! Просто дайте мне дорогу!

Хогвартс ревел вокруг эхом шагов, криков и плеска воды.

А василиск нёс Генри всё дальше.