Гарри — дракон, и это не проблема (джен)

— У меня голова кругом идёт от того, насколько трудно организовать этот Чемпионат, — сказал Сириус, когда они слушали классическую музыку на Radio 3.

Гарри с интересом поднял взгляд:

— Не знал, что ты участвуешь в его организации.

— Я не участвую, — пожал плечами Сириус. — Я знаю, потому что покупал билеты для нас всех.

Гарри начал его благодарить — уже не в первый раз, — но Сириус отмахнулся:

— Говорю же, не стоит. Честно, я бы вряд ли сумел потратить все свои деньги, даже если захотел. Нет, скажем, остров в Карибском море мне не по карману, но хорошие билеты на квиддич — мелочь.

Он хмыкнул:

— Так вот, я покупал их, и заметил, что продавец выглядит совсем измотанным. Я поинтересовался, как у него дела, тут-то его и прорвало.

Музыку по радио неожиданно разрезал громкий, пронзительный звук фагота, заставив их обоих подскочить. Бросив озадаченный взгляд на приёмник, Сириус продолжил рассказ.

Похоже, основная проблема заключалась в том, какое количество людей хотело увидеть масштабное спортивное событие, каким был финал Чемпионата мира по квиддичу; в конце концов, возможности посмотреть его по телевизору у волшебников не было. Потом, маглы обычно добирались до места проведения таких событий на общественном транспорте, но сама идея большого количества волшебников на общественном транспорте... Гарри даже не знал, стоит ли ему смеяться или пугаться.

Не считая маглорождённых и некоторых исключений вроде Сириуса (который за последние годы приложил немало усилий), даже один волшебник в метро обычно притягивал внимание. А на финал должно было собраться больше ста тысяч человек, причём большинство — из других стран. Это просто напрашивалось на нарушение Статута секретности.

(Гарри произвёл некоторые подсчёты в уме и определил, что на финал собиралось, вероятно, больше десятой части всех волшебников мира).

Для разрешения этой проблемы использовали сложную систему порт-ключей и аппарации; волшебники прибывали по несколько тысяч и разбивали палатки неподалёку от стадиона. Купленные Сириусом билеты означали, что им самим там придётся пробыть лишь около суток — что было здорово, — а потом они смогут спокойно отправиться домой.

Если, конечно, игра не затянется настолько, что им придётся ехать сразу на Кингс-Кросс.

— И это была девяносто третья симфония Гайдна! — объявил ведущий по радио, когда музыка стихла. — Одна из симфоний без названия, поскольку единственное предлагаемое звучит несколько смущающе. А теперь — "Гебриды" Мендельсона!

— Готов спорить, Беде и Напасти это бы понравилось, — хмыкнул Сириус. — Кстати, Гарри, как ты предпочтёшь, — отсюда сразу на стадион, или встретиться с друзьями и идти с ними?

Гарри задумался. Гермиона и Дин собирались встретиться с Роном и отправиться из "Норы", а вот Невилла собиралась доставить его бабушка, совместной аппарацией. Так что, если он хотел идти с друзьями, это означало визит в "Нору".

— А где именно стадион? — спросил он.

— Где-то в Девоне, — ответил Сириус. — Но на карте показать не смогу, он ненаносим.

— Интересно, а как тогда работает Карта Мародёров? — спросил Гарри. — Хогвартс же тоже ненаносим.

— Очень хороший вопрос, — сказал Сириус. — Кому-нибудь давно пора поискать на него ответ.

Гарри моргнул:

— Ты не знаешь?

— Если ты не заметил, Гарри, — я был не самым усидчивым учеником, — развёл руками Сириус. — Почти как Беда и Напасть. Джеймс, , Ремус и я, по сути, от идеи карты сразу перешли к её составлению, а поскольку всё получилось, о ненаносимости мы просто не задумывались.

Гарри искренне впечатлился тем, как Сириус сумел произнести пустое место.

Его пёсный отец пожал плечами:

— Ну, полагаю, Хогвартс действительно ненаносим, и причина не в том, что никто не озаботился нанести его на карту... но посмотри, что мы узнали о технологии!

Гарри не мог не согласиться, потому что в доме на Гриммо уже имелось несколько устройств, работающих на батарейках. В Догвартсе было только радио, потому что он находился достаточно близко к Хогвартсу, и то, что не давало телевизорам работать, не давало им работать, но на Гриммо таких проблем не наблюдалось. Они даже стали подумывать, не обзавестись ли им электрогенератором и консолями вроде тех, что у Дадли.

— Думаю, я лучше отправлюсь через "Нору", — решил Гарри. — Здорово будет снова навестить Уизли; и потом, это самое волшебное место из всех, что я видел. Включая даже Хогвартс. И Догвартс.

— Мне тоже нравится, — согласился Сириус. — Гриммо мне больше по вкусу, особенно теперь, когда мы можем смотреть телевизор, но там всё равно бывает скучновато.

Он встал, превратился в Бродягу, потянулся по-собачьи и вновь принял облик человека:

— Помочь тебе с написанием письма?

— Не стоит, — заверил его Гарри. — Кстати, Рон, думаю, уже в своей комнате, но ещё не лёг. Я пошлю ему Патронус и спрошу, можем ли мы связаться завтра по камину.

— Н-да, мне самому давно пора научиться так посылать сообщения, — задумчиво сказал Сириус. — Очень полезный навык.

— Я могу попробовать тебя научить, — предложил Гарри. — Я думал, профессор Дамблдор тебя уже научил, иначе я бы предложил раньше.

— ...он бы мог, если бы я попросил, — признал Сириус. — Только я не догадался.

* * *

Миссис Уизли тепло приветствовала Гарри, когда он прибыл в "Нору" камином за день до отправки на финал Чемпионата.

Остальные тоже были рады его видеть, что трогало, но радость миссис Уизли была особенной: в "Норе" собралось столько людей, что у них фактически кончились комнаты. Гарри, ничуть не растерявшись, расставил свою палатку в комнате у Рона, а затем Чарли представил его последнему из братьев Уизли, которого Гарри ещё не встречал.

Билл (или Уильям, как его никто не называл) оказался непринуждённым, приветливым и весьма интересным человеком. Гарри подумал, что он мог быть таким префектом, которого уважал бы Сириус, и задался вопросом, походил ли на него в своё время Сохатый.

Впрочем, во время разговора он этим мыслям не предавался: это было бы неучтиво. Билл же с большим интересом расспрашивал Гарри, в особенности о Норе.

— У нас на работе дрессировка драконов — очень важное дело, — пояснил он. — Однако даже лучшие из имеющихся методов не очень хороши — так я слышал, по крайней мере, — и возможность прямо объяснять дракону, что нужно делать... Бедроцап и остальные очень таким интересуются.

— Я слышал, что в Гринготтсе есть драконы, — кивнул Гарри. — Какие они?

— Хороший вопрос! Я работаю в секции взлома проклятий, и в основном езжу по другим странам — ну там, древние гробницы в Египте, в Центральной Америке, — так что знаю только то, что слышал от других. К тому же многое засекречено. Однако все считают, что возможность нанять говорящих драконов была бы несравненно лучше.

— Я получил одобрение на проведение новых тестов в Румынии, — включился в разговор Чарли. — Чтобы определить, было ли причиной что-то в Хогвартсе или же то, как Хагрид и Кеттлбёрн воспитывали Нору. Если ни то, ни другое, значит, это в Норе есть что-то особенное.

Гарри прекрасно знал, что именно послужило причиной, но сказать не мог: это выдало бы секрет Царицы.

— Профессор Дамблдор и я задавались вопросом, не мог ли Нору учить по ночам какой-то призрак, — наконец сказал он. — Мы никого не нашли, но, может, если вы попытаетесь долгое время учить одного из детёнышей драконьему, это поможет?

Чарли задумался, теребя кольцо в ухе:

— Да, это может быть неплохой идеей. Проверять надо все возможности.

Затем он улыбнулся:

— А если всё это потерпит неудачу, — скажем, что причина в Хогвартс Вейре.

Гарри просиял, а Билл непонимающе взглянул на брата:

— Что?

— Это из книги, что Гарри для меня скопировал. Я тебе покажу.

* * *

На следующий день, ранним утром (настолько ранним, что его можно было принять за ночь), они отправились в путь на Стотхедский холм неподалёку от "Норы", где их ждал порт-ключ.

Гарри сумел достаточно выспаться, чтобы за завтраком лишь изредка позёвывать, но он был такой один. Глаза Гермионы выглядели куда краснее обычного, Дин и Рон откровенно клевали носами, а Джинни зевала каждые полминуты.

— Да как тебе это вообще удаётся? — пробормотал Рон, осоловело взглянув на Гарри. — Так рано вставать.

— Это чтобы я мог больше читать ночью, — пояснил Гарри. — Приноровился, когда был младше.

Для него это вполне имело смысл, но Рон лишь застонал.

— Слушай, а ты не подбросишь меня? — спросил он. — Боюсь, если я так пойду, то свалюсь с холма и что-нибудь себе сломаю.

— Рональд, — неодобрительно взглянула на него миссис Уизли, — это будет нехорошо по отношению к Гарри.

— Я не против, — откликнулся Гарри. — Орешкин весит всего около фунта.

— Прошу прощения?

— Это прозвище моей беличьей формы, мам, — напомнил Рон, дожевав тост.

Почти сразу перед ним появился новый, и он покачал головой:

— Спасибо, Добби, но я наелся.

Домовик просиял, взял тост себе и намазал его джемом.

— Ну, если Гарри не возражает, то ладно, — уступила миссис Уизли.

— А маглы не обратят на нас внимания? — с беспокойством спросил мистер Уизли.

— Я превращусь обратно, когда мы дойдём до порт-ключа, — сказал Рон. — И потом, маглы мало внимания обращают на белок.

— Или ворон, — добавил Дин.

— Жалко, что у меня такого оправдания нет, — пробормотала Гермиона.

* * *

В итоге Гарри отправился в путь, неся на себе целых четверых, включая обоих близнецов Уизли, но это не доставило ему трудностей: даже все вместе они весили меньше, чем рюкзак, полный библиотечных книг. Большинство людей не рассматривали подобное как один из плюсов анимагии, но это был несомненный плюс.

Гарри не раз замечал, как по пути на холм Гермиона тоскливо смотрит себе под ноги, вероятно, подумывая, не принять ли всё же облик динозавра. Но в итоге они добрались вовремя, повстречавшись на вершине с Седриком и его отцом. Фред и Джордж превратились обратно в людей, чтобы предложить Седрику ириску, но тот, не купившись, предложил им сначала попробовать самим.

— Ничего от них в это лето пробовать не буду, — пробормотал Рон.

— Думаю, ты их достаточно знаешь, чтобы игнорировать всю еду, к которой они приложили руку, — заметил Дин, вновь зевая. — Спасибо, Гарри, мне был нужен этот лишний час...

Затем все положили палец или руку на порт-ключ — который представлял из себя старый сапог, — и мистер Уизли начал обратный отсчёт, смотря на часы.

Через мгновение Гарри остался на вершине холма в одиночестве.

— О, — сказал он.

* * *

Гарри раньше размышлял, похоже ли путешествие порт-ключом на аппарацию, и теперь получил ответ.

Порывшись в сумке, Гарри достал одно из сквозных зеркал и вызвал Сириуса, объяснив ему произошедшее. Сириус пообещал рассказать всем остальным и на всякий случай послать ему Ядвигу, а затем Гарри достал компас и проверил, где находится север.

По крайней мере, времени у него оставалось с запасом, так что в путь от отправился лишь в слегка угрюмом настроении.

Как оказалось, когда ты знаешь лишь, что стадион находится на пустоши где-то в Девоне, отыскать его не слишком просто.

Во-первых, Гарри не вполне знал, что считается пустошами. Сначала он решил, что найдёт их, полетев на север, но через двадцать минут полёта оказался над берегом моря и понял, что ему придётся придумать что-то ещё.

К счастью, местная библиотека оказалась открытой, и, сверившись с картой, Гарри узнал, что оказался в Сомерсете. К западу от него была пустошь — Дартмур, но остальные находились в районе южного Девона или даже Корнуолла.

Вооружившись фотокопией карты, Гарри снова связался с Сириусом и спросил, где конкретно находится стадион.

— Погоди, я спрошу, — сказал Сириус.

Изображение в зеркале изменилось, на мгновение показав огромный золотой стадион, а потом Гарри услышал чуть приглушённый голос Сириуса:

— Кто-нибудь знает, где мы находимся?

— На финале Чемпионата мира по квиддичу, мистер Блэк, — ответил кто-то.

— Да знаю я. Я имею в виду, в какой части Британии? На каком "-муре"?⁽¹⁾

— Да при чём здесь кошки? — озадаченно ответил другой человек. — Разве вы не видите, что я занят? Я не могу отвечать на такие расплывчатые вопросы!

— Ну, скажем, если я пройду десять миль... в том направлении, то куда попаду? — спросил Сириус.

— Никуда, — кратко ответил министерский работник.

— Да чтоб вас, — застонал Сириус. — Погоди ещё, Гарри, я спрошу кого-нибудь другого.

* * *

К счастью, следующий человек оказался игроком "Сенненских соколов" и объяснил Сириусу, что они находятся где-то к северо-востоку от Плимута, и следовательно, в Дартмуре.

Получив ответ, Гарри тщательно определил, в каком направлении лететь. Дорого предстояла неблизкая, ещё около сорока миль. Вскоре на горизонте показался Дартмур, постепенно открывая свои холмы, болотистые участки и вересковые заросли.

Где-то на полпути Гарри повстречался с Ядвигой; та легко заложила вираж и полетела перед ним. Гарри улыбнулся и стал высматривать стадион.

Как оказалось, покрытое золотом сооружение на сто тысяч человек с воздуха заметить довольно просто.

* * *

— Рад тебя видеть, Гарри, — сказал мистер Уизли, когда Сириус привёл Гарри к их участку для палатки. — Ты нас здорово напугал, когда не появился; впрочем, ты же не виноват?

Гарри пожал плечами и ответил, что после некоторых событий старается всегда иметь варианты, как добраться до места назначения.

Оглядывая палаточный городок, Гарри подивился тому, как странно одеты некоторые из ведьм и волшебников. Нет, они не были одеты как волшебники, что было странно по-своему, — они оделись как волшебники, пытающиеся одеться как маглы (или маглы, пытающиеся одеться как маглы, не знающие, как одеваются маглы).

Конечно, Гарри не был экспертом в вопросах моды, но догадывался, что дождевик и пончо — неподходящая одежда для тёплого августовского утра. Как и брюки в сочетании с ночной рубашкой и килтом.

— Мистер Уизли сказал, что мы пытаемся выглядеть как маглы, — объяснил Дин, заметив, что Гарри осматривается. — И, думаю, мы видим результат того, что большая часть волшебников или не ходила на магловедение, или ходила где-то в районе 1920-х.

— Эй, но мы-то нормально оделись, — запротестовал Фред. — Верно?

— Конечно, — кивнул Джордж. — Мы бы знали, если ошиблись.

— Знание... работает не так, — медленно сказала Гермиона после паузы в четыре секунды, в которую, кажется, пыталась сформулировать ответ.

— Почему? — возразил Рон. — На истории магии часто встречаются вопросы, на которые я думаю "Я не знаю". Ты можешь знать, что чего-то не знаешь.

— Знаю, но ты также можешь не знать, что чего-то не знаешь, — ответила Гермиона. — Если у тебя о чём-то неверное представление, ты можешь быть уверенным в нём, но всё равно ошибаться, — как маглы в отношении магии, потому что они не знают.

— Верно подмечено, — уступил Рон. — Значит, возможно, Фред и Джордж одеты всё же не по-магловски.

Гарри подумал, что одеты они вполне неплохо, особенно для волшебников. Если бы он увидел их на лондонской улице, то принял бы за обычных подростков, благо подростки могли носить почти всё что угодно. А если они одевались во что-то непонятное, значит, наверняка бунтовали против чего-то.

— Когда сомневаешься — надевай футболку, — посоветовал Дин. — Всегда так считал.

Тут Гарри заметил знакомое лицо и помахал. Невилл помахал в ответ и подбежал к ним.

— Вы как, в порядке? — спросил он. — Дедушка Элджи аппарировал меня сюда минут десять назад.

— На меня не подействовал порт-ключ, — ответил Гарри. — Но было не так уж далеко, так что я прилетел.

— А мы не могли добраться совместной аппарацией, пап? — спросил Рон.

— Не с таким количеством людей, — ответил мистер Уизли. — Аппараторов четверо — я, Перси, Билл и Чарли, а доставить нам требовалось Гермиону, Джинни, тебя, Фреда, Джорджа и Дина. И мы все думали, что порт-ключ сработает на Гарри.

Он неожиданно чуть смутился:

— Думали же?

Гарри лишь пожал крыльями: его досада успела пройти за время полёта.

— Немного жаль, что мы не в Бодмин-Муре, — сказал Невилл. — Я слышал, там водятся большие дикие кошки.

Дин хмыкнул:

— Ты здесь всего десять минут, а уже рвёшься нарушать правила? Хотя многие, кажется, с самого начала их не соблюдают.

— Взять хоть палатку мистера Малфоя, — сказала Гермиона, хмуря лоб. — Уж можно было знать, что живые павлины в палаточных городках обычно не встречаются.

— Такое случается, когда много волшебников собирается вместе, — признал мистер Уизли. — Мы любим покрасоваться.

* * *

Большую часть дня Гарри остальные провели, гуляя по палаточному городку. Наблюдать за таким количеством волшебников оказалось весьма интересно, благо бывали они самыми разными.

Конечно, это означало, что многие волшебники из других стран впервые встречали Гарри лично, и Гарри радовался, что его друзья с ним: они могли отвечать на вопросы вместо него. Если, конечно, вопросы были на английском.

Гермиона также немного знала французский, что, к удивлению, помогло в общении со множеством африканских ведьм и волшебников.

Ещё они повстречались с новым начальником Перси, мистером Краучем, который показался Гарри чуть странным. Нет, выглядел он весьма представительно и опрятно (даже дядя Вернон мог бы его одобрить, просто не поняв, что мистер Крауч — волшебник), но Гарри невольно припоминал статьи в "Придире" о плащах-невидимках.

— У вас сегодня рабочий день или выходной, мистер Крауч? — почтительно спросил Перси. — Не хотелось бы вас беспокоить, если вы отдыхаете.

— Определённо не выходной, Уизерби, — ответил мистер Крауч.

Гарри удивлённо моргнул. Затем оглянулся на мистера Уизли — главу одного из отделов Министерства, — и снова посмотрел на Перси, который выглядел весьма похоже. Не полной копией, конечно, но ведь это должно было навести на мысль?

— В таком случае, мистер Крауч, — продолжил Перси, — я подготовил документы о регулировании толщины котлов. Вам остаётся только подписать.

Мистер Крауч чуть кивнул:

— Рад слышать.

Перси достал из глубин мантии кипу бумаг и начал шуршать ей:

— А это разрешение на ввоз в страну опасных животных, одобренное всеми странами, из которых эти животные происходят.

— Весьма похвальная расторопность, Уизерби, — сказал мистер Крауч, и Перси достал ещё какой-то документ:

— И ещё этот вот момент касательно языковых уроков для несовершеннолетних иностранных посетителей в Хогвартсе. Я уже утряс все детали, но требуется подпись главы отдела.

Мистер Крауч взял документ и стал просматривать. Его брови приподнялись:

— Тоже из Румынии? Я и не думал... гм.

— Румыния и Болгария очень близко друг к другу, — сказал Перси.

Гарри переводил взгляд туда и обратно; разговор напоминал ему какую-то странную игру в теннис. Всякий раз, когда мистер Крауч говорил "Уизерби", братья Перси с трудом сдерживали смех.

— Ну что ж, всё выглядит гладко, — сказал мистер Крауч, затем расписавшись в нижней части документа. — Продолжайте в том же духе, и вы далеко пойдёте, Уизерби.

— Благодарю, сэр, — ответил Перси, забирая бумаги назад. — Извините, что потревожил вас в столь занятой день.

У Гарри возникло ощущение, что происходит что-то не вполне ему понятное. Когда мистер Крауч ушёл, Перси отдал третий документ Чарли.

— Всё одобрено через нужные каналы, — сказал он.

Глаза Чарли чуть не вылезли из орбит:

— Как-как?

— Языковые уроки для несовершеннолетних иностранцев, — повторил Перси, еле заметно улыбнувшись.

— Обалдеть, Перси, и что с тобой сталось за последние годы? — спросил Чарли. — Теперь ты порой откровенно пугаешь.

Перси церемонно поклонился.

Гарри до сих пор не понимал, что именно произошло, но рассудил, что скоро узнает.

Эти уроки, в конце концов, должны были проводиться в Хогвартсе.

* * *

Во второй половине дня они отправились на стадион. Там царило настоящее столпотворение — как-никак, ста тысячам человек требовалось добраться до своих мест, — зато все пребывали в таком возбуждении, что Гарри заслужил не больше нескольких удивлённых взглядов и комментариев.

Магию к этому моменту практически никто уже не прятал, и Гарри подумал, что даже приди Гермиона на игру в облике динозавра, её спросили бы лишь, за какую команду она болеет. Сам Гарри более-менее болел за Ирландию, потому что Ирландия находилась в зоне юрисдикции британского Министерства магии, и вообще для волшебников её независимость, видимо, не имела особого значения.

Следуя за Сириусом, им пришлось подниматься очень долго, пока они не оказались почти на самой вершине стадиона. Будь они на футболе, эти места были бы не самыми лучшими, потому что ты едва мог увидеть игроков, но в квиддиче игроки летали, так что высокие места были предпочтительнее.

Гарри раньше никогда не бывал на волшебном стадионе (не считая того, что был эквивалентом школьной спортивной площадки), и осматривался с большим интересом, ища различия с магловскими. Прожекторов нигде не было, поле каким-то образом хорошо освещалось магией (что выглядело удобнее), а между трибун располагались три огромные чёрные доски — видимо, эквиваленты экранов для показа счёта или рекламы.

В других местах поля, однако, реклам не наблюдалось, что не удивляло: её расположение было бы неудобным для взглядов людей. Гарри припомнил, что футбольные болельщики иногда выстраиваются в разные надписи, но тут, похоже, ничего подобного не планировалось.

С некоторым трудом усевшись — Дин предложил превратиться в ворону, чтобы Гарри мог лечь на своё и его место, и Гарри отказался, но поблагодарил его, — Гарри продолжил осматриваться. Трибуны постепенно заполнялись, и иногда Гарри замечал знакомые лица — например, профессора Макгонагалл, усевшуюся прямо под одной из волшебных досок. Он хотел было помахать ей, но вспомнил, что его зрение куда лучше обычного, и в этом нет смысла.

Затем прямо над ними загремел оглушительный голос, приветствующий всех зрителей финала четыреста двадцать второго Чемпионата мира по квиддичу. Гарри не вполне понял, как могло быть столько чемпионатов, когда сам квиддич изобрели лишь в одиннадцатом веке, но отогнал эти мысли и стал внимательно наблюдать.

* * *

Первой частью Чемпионата оказалась не собственно игра, а своего рода шоу в исполнении талисманов противоборствующих стран.

Болгария выступила первой, и её талисманами оказались самовилы. Гарри встречал их в одной из волшебных художественных книг, и знал, что они умеют бросаться огнём и отличаются невероятной красотой.

Он рассеянно размышлял, что из этого важнее для шоу (в конце концов, невероятную красоту могло оценить лишь около половины зрителей)... а потом самовилы принялись танцевать. Наблюдая за танцем, Гарри ощутил какое-то странное чувство, но когда несколько раз моргнул, оно прошло.

Сириус наблюдал за самовилами лишь с лёгкой улыбкой, а вот Рон, Невилл и Дин явно впечатлились. Потом Дин превратился в ворону, озадаченно мотнул головой и превратился обратно.

— Странно, — сказал он. — Они меня прямо заворожили, пока я не превратился...

Его взгляд снова обратился к самовилам, и Гарри ещё несколько раз моргнул, на случай, если странное смутное ощущение вернётся.

— Такова магия самовил, — сказала Гермиона, когда танец завершился. — Они умеют выглядеть крайне привлекательно для мужчин. Как-то нечестно, что они — талисманы Болгарии... они ж половину зрителей очаровали.

Гарри не мог не согласиться, но тут на поле появились ирландские талисманы. Ими оказались лепреконы, рассыпающие повсюду золото.

Так что можно было подытожить, что оба талисмана действовали весьма нестандартно, если сравнить их с магловскими. Гарри рассеянно взял одну из монет, упавших рядом, и откусил кусочек.

Та мгновенно исчезла, что чуть расстроило, но также напомнило ему и всем остальным, что лепреконы не создают настоящее золото.

* * *

Когда началась собственно игра, у Гарри по-настоящему захватило дух от того, с какой скоростью и слаженностью действовали команды. Легко было видеть, как они прошли в финал Чемпионата: ирландские охотники перебрасывали квоффл с небрежной грацией, достигаемой только очень долгими тренировками, а болгары атаковали их с сокрушительной силой. Любая факультетская команда Хогвартса от такого натиска была бы разбита в пух и прах, но ирландцы держались.

Первый гол забили меньше чем через минуту, второй — ещё через несколько минут. Гарри старался следить за снитчем, но тот двигался и менял направление с таким проворством, что он то и дело терял его из виду. Такого прежде не случалось, и Гарри подумал, что в этой игре явно используется более быстрый снитч. Или, возможно, это в Хогвартсе использовали более медленные.

— Эй, Гарри, аккуратнее, — пожаловался Рон, и Гарри стыдливо опустил крылья, сообразив, что уже подумывал взлететь и помчаться за снитчем сам!

Потом болгарский ловец, Виктор Крам, выполнил финт, помчавшись вниз; ирландский ловец последовал за ним и врезался в землю. Многие на трибунах застонали, но травмы оказались не слишком серьёзными (чего Гарри подсознательно и ожидал, но ведь не все были драконами), и через несколько минут ирландский ловец вновь взлетел.

* * *

— Не хотел бы я сейчас быть на месте болгарского вратаря, — заметил Невилл где-то через полчаса.

— Точно, — сказал Рон. — Думаю, последний мяч отбил бы даже я... хотя предыдущий я бы пропустил, так что тут некое равновесие.

Ирландия имела отрыв уже в сто двадцать очков и забивала новые голы каждые две минуты, несмотря на все усилия противников; становилось очевидно, что ещё немного, и у болгар просто не останется возможности выиграть.

— А ты, Гарри? — спросил Невилл.

— Я бы занервничал, если мне пришлось летать перед таким количеством людей, — ответил Гарри.

— Да, я бы тоже, — согласился Рон. — И потом, готов поспорить, что играй ты как обычно, сто тысяч человек здорово бы рассердились. Потратили такие деньги, жили в палатках несколько дней, и всё ради пяти минут перебрасывания квоффла и двух голов!

Уши Гарри смущённо поникли:

— Я не уверен. Этот снитч прям очень быстрый.

— Обалдеть, ты и отсюда его видишь! — воскликнул Рон. — А...

Тут по трибунам прокатилась волна возмущённых возгласов, и Ирландия получила пенальти: болгарский вратарь заехал одному из ирландских охотников локтём в бок.

Это стало своего рода камешком, начавшим лавину, и в следующие десять минут игра становилась всё грязнее и грязнее, со всё большим количеством фолов.

Гарри знал, что квиддич бывает и хуже. По крайней мере, никого не атаковали мечом, на поле не выпускали летучих мышей-вампиров, и вообще не происходило ничего из тех пятисот с лишним инцидентов, которым прославился один печально известный финал. Но игра всё равно стала много грязнее, чем любая из виденных им в Хогвартсе; одну из ирландских охотниц чуть не сшибли с метлы, а самовилы и лепреконы затеяли потасовку на поле.

— Профессиональный квиддич всегда такой? — спросил он, толкнув в бок Рона.

— Да нет, — рассеянно ответил тот, не отводя взгляда от игроков. — Столько фолов обычно не бывает... как правило, всё обходится мелкими нарушениями.

Крам неожиданно вошёл в пике, мчась прямо к снитчу. Через мгновение ему в бок врезался бладжер, но он даже не затормозил, а ещё через секунду с ним поравнялся ирландский ловец.

Долгие пару секунд они мчались нос к носу, навстречу продолжавшейся драке талисманов. Затем ловец Ирландии вышел из пике, но Крам не сумел, и врезался в землю с такой же силой, как его противник ранее.

Глухой звук донёсся даже до вершин трибун.

— Ох, — слабо произнёс Невилл. — Как думаете, он в порядке?

Гарри подался вперёд и увидел, как Крам поднимает руку. Руку, в которой сжимал поблескивающий снитч.

Другая его рука, кажется, была сломана.

Гарри поднял взгляд на доску и увидел, что она показывает счёт 170 : 180 в пользу Ирландии. Последний гол был забит в те секунды, когда ловцы уже пикировали.

* * *

— Это оказалось лучше, чем я ожидал, — объявил Дин.

— М-м? — озадаченно взглянул на него Невилл. — Ты ждал, что тебе не понравится?

— Все эти фолы сделали игру куда интереснее, — ответил Дин.

Они медленно спускались с трибун, пробираясь через толпу, и Гарри задумался, насколько Дин прав.

— Когда не особо болеешь за какую-то команду, игра всяко больше впечатляет, когда на ней происходит что-то не по правилам, — пояснил Дин. — Играй Гриффиндор или "Молотобойцы", я бы очень рассердился, если игра была грязной. Но так... получается просто забавнее.

Сириус хохотнул:

— Ха, я тоже всегда так думал! Просто не хотел признаваться.

— Футбол, наверное, бывает прям очень жестоким, — заметил Невилл.

— Бывает, — согласился Дин. — Впрочем, по сравнению с регби...

Рон, шедший в паре шагов впереди, тем временем повернулся к Гермионе:

— Ты видала, как он проигнорировал тот бладжер? Вот было круто!

Гермиона взглянула на него с лёгким шоком:

— Ты про тот бладжер, что сломал ему руку?

— Он самый!

Гарри не видел их, потому что перед ним шёл Перси, но почувствовал, что повисшее молчание — отнюдь не из-за того, что Гермиона просто приняла ответ.

— Что? — добавил Рон. — Смотришь на меня так, будто я с катушек съехал. Маглы вон носят у себя в карманах коробочки с кислотой и молниями — вот уж настоящее безумие.

— А? Рон, серьёзно, этот бладжер сломал ему руку. Это не просто царапина!

— Не вижу, почему... упс, прошу прощения... не вижу, почему целители не смогут подлечить его парой заклинаний. Это не то, что случилось с Оливером на последней игре, — ему было куда больнее.

— Но... сломанная рука! — воскликнула Гермиона. — Почему ты...

Она осеклась:

— Это ты батарейки так назвал?

— Ага! — подтвердил Рон. — Батарейки! Те штуки, от которых Game Boy или CD-плеер получает электричество.

— Так вот зачем они нужны? — с живым интересом спросил мистер Уизли. — А как они работают?

— Вроде бы кислота постепенно растворяет что-то, и из-за этого получается поток электрических частиц, — сказал Рон. — Не знаю только, как батарейки понимают, что надо это делать, только когда они во что-то вставлены...

— Гарри, как, по-твоему, всё прошло? — спросил Перси.

Гарри отвлёкся от разговора и задумался.

— Очень интересно, — сказал он наконец. — И быть вместе с таким огромным количеством волшебников по-своему здорово.

— Надеюсь, мистер Крауч получит должное уважение за свои усилия, — сказал Перси. — Редко когда приходится организовывать собрание такого количества волшебников, и я тоже думаю, что всё прошло весьма неплохо.

* * *

Минут через десять-двадцать они добрались до ворот, и, пройдя через них, Гарри оглянулся, размышляя, как теперь поступят со стадионом.

Просто исчезнут его? Это выглядело расточительно, но, с другой стороны, что ещё с ним делать? Маглы использовали бы стадион для других, не таких значимых спортивных игр, но едва ли какие-то события в Волшебной Британии потребовали бы даже десятой части мест этого стадиона. И потом, так немалый кусок Дартмура оказался бы недоступен для маглов.

Он подумал, что спросит Перси, затем спросил Перси, и узнал, что за подобное в основном отвечает Отдел магических игр и спорта, а не Отдел международного магического сотрудничества.

— Конечно, разным отделам пришлось работать вместе, — уточнил Перси. — Многих министерских волшебников приписали к ОтМИС, чтобы помочь со строительством. Но я не посвящён во все планы.

— Может, они начнут, пока часть посетителей ещё здесь, — предположил Сириус. — Кстати, что думаете, останемся мы на ночь или нет? Ещё довольно рано, мы можем собраться и аппарировать домой.

— Но мы же не все умеем, — возразил Рон. — И нас слишком много.

— Я могу полететь домой, — сказал Гарри. — Могу даже взять с собой всех, у кого маленькие анимагические формы.

— Не вижу, почему бы нам не остаться на одну ночь, — сказала Гермиона. — Мы столько трудились, расставляя палатки.

— Зачем так торопиться домой? — спросила Джинни. — Дома будет куда меньше людей, с которыми можно вволю поболтать.

— Верно подмечено, — признал Фред.

Где-то вдалеке раздалось "вшшуууххх!", и в воздух взмыло облако зелёных искр, сложившееся в огромный трилистник. За ним последовало облако золотых искр, образовавшее арфу, и Гарри чуть покачал головой.

— Ирландцы не забыли, что мы должны быть осторожнее? — спросил он.

— Вероятно, забыли, — неодобрительно сказал Перси. — Стране, в которой будет проходить следующий финал, придётся тяжелее, если уж на этом такое происходит.

— Такое бывает, — сказал Сириус. — Припоминаю, когда Морда-Волда откинул копыта, творился натуральный бедлам.

— О да, такое не забудешь, — согласился Артур. — Падающие звёзды среди бела дня, повсюду летают совы... ужасно трудно было удержать всё под контролем.

Это начало ещё один разговор, а Сириус тем временем на мгновение стиснул плечо Гарри:

— Извини, что поднял эту тему.

— Ничего, — ответил Гарри. — Я... в основном смирился с этим ещё до того, как узнал, что на самом деле произошло.

Он поднял взгляд на Сириуса:

— И знаешь, я ведь тобой горжусь.

— Мной? — озадаченно спросил Сириус.

— Это и для тебя был тяжёлый день. Но ты справился и живёшь дальше.

На лице Сириуса отразились самые разнообразные чувства. Он коротко кивнул, а затем присел и крепко обнял Гарри.

— Кстати, — сказал Дин, — каким образом ирландская команда так хороша, но не играет в британской квиддичной лиге?

— Они играют, — ответил Рон. — Просто разделены на два клуба, Балликасл и Кенмэр. И хорошо ещё, что у Кенмэра такие никудышные загонщики, а то они выигрывали бы каждую игру с перевесом очков в восемьсот...

1) В английском языке есть слово moor, обозначающее определённый тип местности, и перевести его на русский несколько затруднительно. Это можно увидеть хотя бы по известному роману "Собака Баскервилей", где в одном переводе дело происходит на "торфяных болотах", а в другом — на "вересковых пустошах". В целом же это холмистая местность, где обычно растёт много вереска, и часто встречаются заболоченные участки.

Вернуться к тексту