Условие для перемирия (гет)

Наш неожиданный роман закрутился на удивление буднично. Мы засиживались в пустой библиотеке, гуляли по опушке Запретного леса, мёрзли на вершине Астрономической башни, любуясь на звёзды. И пусть каждую секунду меня снедали сомнения, правильно ли я поступаю, отдаваясь этим странным чувствам, я находила в них спасение.

Утром после Рождества, когда весь замок спал, Тео снова пригласил меня на озеро. Свежевыпавший снег припорошил лёд, и по нему наконец-то можно было ходить. Я недоумевала, зачем мы здесь.

— Пойдём, — кивнул Тео на дальний край озера.

Шли долго, пока в какой-то момент Тео не остановился, оглядываясь.

— Думаю, можно, — пробормотал он и крутанулся на месте.

Мы трансгрессировали на знакомый морской берег. Бушевали волны, разбрызгивая пену, скалы обросли сосульками, а холм накрыло снежным одеялом. Осенью мне здесь понравилось больше.

— Мой прадед любил ходить в море, — заговорил Тео, с прищуром глядя в морскую даль. — Здесь пологий берег и нет рифов. Домик достался мне в наследство.

— Нас не хватятся? — забеспокоилась я.

Тео покачал головой, и на его губах расцвела лёгкая улыбка.

Я давно не чувствовала себя настолько счастливой, как в тот день.

* * *

Парвати, вернувшись с каникул, конечно же, сразу всё поняла по моему лицу. Она не сказала ни слова против, но я видела в её глазах неодобрение. Я мысленно отмахивалась от него, хоть в глубине души меня грызло хлёсткое «предательница». Имела ли я право быть счастливой среди того безумия, что творилось вокруг? Наслаждаться светлыми моментами, когда другие страдали? Я гнала эти мысли. Я не знала, что будет дальше.

Джинни Уизли и Луна Лавгуд не вернулись в школу после каникул, и Отряд Дамблдора принял это как вызов. Вылазки участились, Невилл совсем перестал следить за тем, что говорит. Гематомы не сходили с его лица, а лечить его мадам Помфри не позволяли. Непростительные стали нормой.

У меня было непроходящее чувство, что совсем скоро всё рухнет, и я цеплялась за каждую кроху тепла, которую дарили отношения с Тео.

* * *

Гром грянул в середине апреля.

Время было позднее. Я возвращалась к себе в башню потайными путями после очередного свидания с Тео. Он был на хорошем счету у Керроу, и те позволяли ему вольности. В одном из коридоров я наткнулась на Невилла и Симуса, весь вид которых кричал о том, что они снова что-то задумали. Я отступила на шаг, собираясь уйти и сделать вид, что ничего не было, но они меня заметили. Невилл бросил в коридор заклятье, и оно просвистело у меня над головой, не причинив вреда и тут же развеявшись. Выявляющее.

— Я здесь одна, — тихо сказала я и замялась, размышляя, как поступить: уйти и сделать вид, что ничего не случилось, или остаться и помочь. Лица ребят в полумраке выглядели особенно жутко, и внутри снова заговорила совесть. — Что вы опять задумали?

— Не твоё дело, — резко отмахнулся Симус.

— Вас поймают, и одним Круциатусом вы не отделаетесь, — убеждённо проговорила я. Темницы и правда начали использовать по прямому назначению: сажали в них провинившихся без еды и воды и пытали Круциатусом.

Симус не стал меня слушать — схватил и толкнул в ближайшую нишу, скрытую за гобеленом. Я скорее ощутила, чем увидела, как оно вздрогнуло от заклинания.

С другой стороны коридора кто-то приближался, вероятно, преподаватель. Внутри всё сжалось от дурного предчувствия. Я вздрогнула, услышав твёрдый голос профессора МакГонагалл.

— У вас меньше часа, — сказала она торопливо и немного взволнованно обронила: — Не попадитесь.

Затем её шаги стихли вдали.

Я выбралась из-за гобелена с палочкой в руке. Интуиция кричала, что на этот раз случилось что-то действительно серьёзное, и ребята здесь не для того, чтобы разукрашивать стены.

— Что вы задумали? — прошипела я, выделяя каждое слово.

— В темницу посадили первокурсников, — откликнулся Невилл. Я не знала, что напугало меня больше: информация или его будничный тон. — Вы собираемся их вызволить.

Я невольно прижала руку ко рту, не веря в услышанное.

— Их что, будут пытать Круциатусом? — сдавленно прошептала я.

Невилл с Симусом переглянулись, будто я ляпнула сущую глупость.

Я ни за что не смогла бы просто развернуться и уйти. Долгое время я закрывала глаза, делая вид, что меня не касается то, что происходит вокруг. Дистанциировалась от чужой боли, тем самым спасая себя, но больше так не могла.

— Идём, — решительно проговорила я, старательно отгоняя накрывший меня ужас.

Невилл с Симусом почему-то возражать не стали.

Разумеется, мы попались. В самый последний момент, когда я проводила в гостиную последнего первокурсника и думала, как незаметно вернуться в спальню, меня выловил Гойл. Я была куда искуснее с волшебстве, но толку от него, когда у тебя выбили палочку из рук. Гойл схватил меня за волосы и потащил за собой. Сколько бы я не пиналась и не извивалась, силясь ударить его, всё было тщетно: на фоне Гойла я была маленькой тряпичной куклой.

Он притащил меня в класс защиты, где уже собрались остальные: слизеринцы из дружины и Невилл с Симусом. Я с ужасом смотрела на Тео, который с невозмутимым видом стоял позади преподавателя. Тео бросил в мою сторону один-единственный взгляд.

Была секунда, я думала, Тео вступится за меня, сумеет защитить. Пока Невилл с Симусом что-то кричали, вырываясь из рук слизеринцев, пока Керроу рычал на них в ответ с едкой ухмылочкой на лице, я думала, что всё обойдётся.

Реальность ударила поддых пыточным проклятием, и я закричала, срывая голос. А Тео всё смотрел и смотрел, не моргнув глазом.​