Гарри — дракон, и это не проблема (джен)

Гарри рассудил, что раз уж теперь он префект, ему стоит подавать хороший пример.

Как это делать, было не вполне ясно, но наконец Гарри решил, что прибудет на станцию пораньше и станет наблюдать, не нужна ли кому-то помощь.

Приняв это решение, Гарри первого сентября вылетел примерно в полдевятого утра, помахав на прощание Сириусу и Кикимеру (первый всё ещё выглядел сонным), и полетел прямо к вокзалу Кингс-Кросс.

* * *

Решив проявить бо́льшую осторожность, Гарри также надел футболку с драконом, что ему купили на Скае ещё несколько лет назад. Она до сих пор налезала, хотя была немного мала.

Он не успел даже добраться до входа на платформу 9 3/4, как идея оправдала себя. Кто-то воскликнул "Дракон!", и, оглянувшись, Гарри увидел одиннадцатилетнего и восьмилетнего мальчиков, шедших с, вероятно, их отцом.

Отец толкал тележку с большим чемоданом, на котором дремал кот.

— Дракон? — повторил он. —А, на его футболке? Джош, это не означает, что...

— Нет, пап, ты не слушаешь! — воскликнул восьмилетний мальчик.

Гарри сначала не знал, провести их через портал или объясниться, и наконец выбрал второе.

— Приятно с вами познакомиться, — притянул он лапу для пожатия. — Я — Гарри Поттер.

— Ричард Мартин, — ответил мужчина. — Это мой старший, Микки, а это — Джош.

Микки заворожённо таращился на Гарри; вероятно, это означало, что оба мальчика были волшебниками. Зрелище дракона посреди Кингс-Кросс должно было быть необычным, даже если ты уже знал о магии.

Гарри напустил на себя таинственный вид и поднёс коготь к морде.

— Я — дракон, но это секрет, — объявил он мальчикам. — Я очень хорошо замаскирован.

— Но мы ведь видим... — начал Джош.

— Что? Дракон? — с изумлением переспросил мистер Мартин. — Но я даже не заметил... до сих пор не замечаю! Очень впечатляюще.

— Это такое волшебство, — пояснил Гарри. — И раз уж Джош видит, он — тоже волшебник, и через пару лет тоже пойдёт в Хогвартс. Но помните, ни-ко-му! Это секрет!

Джош только и смог, что благоговейно кивнуть.

Гарри кивнул в направлении портала на волшебную платформу:

— Поезд вон там. Вы приехали рано.

* * *

Помочь кому-то было здорово, но, оказавшись на платформе, Гарри всё равно подумал, не лучше ли в следующие два года добираться до неё камином.

Футболка помогала, но предоставляемого ей объяснения могло оказаться недостаточно. Вероятно, на Кингс-Кросс также имелись чары, отводящие внимание маглов, но... проблема всё равно несколько тревожила.

Следующий час Гарри пребывал на платформе, высматривая своих друзей и тех, кому ещё мог понадобиться совет.

Он заметил Исаака, которого аппарировала на платформу профессор Синистра; грифон, похоже, уже обзавёлся сумками с чарами незримого расширения, потому что вещей у него было немного. Только две похожие на седельные сумки под крыльями, и что-то вроде патронташа, на котором висел мешочек.

Это заставило Гарри задаться вопросом, может ли первокурсник нести все требуемые вещи в сумках такого размера, не прибегая к чарам расширения, но потом он вспомнил набор для зельеварения и телескоп, и решил, что нет.

Первым прибывшим из близкого круга друзей Гарри оказался Дин, вскоре за ним появился Невилл. Некоторое время все они болтали о том, что их ожидает на пятом курсе.

Невилл указал, что это последний курс, на котором они обязаны будут ходить на основные предметы, а Дин сказал, что в этом году спорт вернётся к норме. Также он посетовал, что "Молотобойцы" пока справляются не очень хорошо, но сыграно пока только четыре игры, и им вначале пришлось нелегко. С возвращением Тони Котти дела должны были пойти на лад.

Гарри очень постарался расшифровать то, что сказал Дин, и сделал вывод, что речь, вероятно, шла о футболе.

Тут из прохода появился Рон, бросил взгляд на Гарри и с облегчением вздохнул:

— Слава Мерлину!

Гарри озадачился, а тем временем через проход прошли остальные Уизли — Джинни, Фред, Джордж, а затем мистер и миссис Уизли, чтобы пожелать детям счастливого пути.

— Я знал, что Гермиона стала префектом, — объяснил Рон. — И мне выпала возможность спросить Дина и Нева. Я узнал, что их не назначили, но было уже слишком поздно, чтобы снова посылать Пигвиджена. И всю последнюю ночь я гадал: а вдруг префектом сделали Шеймуса?

— А неплохая идея, — заметил Фред. — Было бы весело.

— Поэтому я и волновался, — парировал Рон.

— В начале поездки мне нужно идти в вагон для префектов, — предупредил Гарри. — Не знаю, сколько времени это займёт, но вряд ли всю поездку... я оставлю вещи с вами и потом вернусь, ладно?

— Без проблем, — кивнул Рон. — Нев, присмотришь, чтобы Фред и Джордж не подшутили над вещами Гарри, или мне этим заняться?

— Не заставляй нас изобретать жёлудь с подвохом, — предупредил Джордж.

* * *

Гермиона появилась несколькими минутами спустя, и они все поднялись на поезд, чтобы найти купе. Фред с Джорджем тут же расширили то, создав достаточно места для всех, — Невилл сказал, что теперь тут можно даже упражняться, — и Гарри расставил свою палатку, чтобы переодеться в мантию.

К той удобно было приколоть значок префекта, чтобы каждый мог его видеть.

Закончив с этим, он обнаружил, что до отхода поезда ещё почти час. Гарри мог бы сказать, что это негативная сторона попытки подать пример, но все остальные тоже пришли рано, и потом, у него были книги.

Сегодня он взял с собой очередную книгу о Рэдволле, под названием "Изгнанник"; началась та несколько нестандартно, повествуя о соколе-пустельге, а не о, собственно, аббатстве Рэдволл. Однако сюжет явно куда-то шёл, и после появления там барсука с большой булавой всё стало несколько привычнее.

В купе постепенно прибавлялось их друзей, некоторые из которых оставались, а некоторые лишь заходили поздороваться. Гарри продолжал читать, иногда отвлекаясь на приветствия, и отложил книгу, лишь когда поезд дрогнул и тронулся.

— Нам пора идти, — сказала Гермиона, явно думавшая о том же. — Надеюсь, это будет недолго.

— До скорого, — помахал Рон, и снова посмотрел на доску между ним и Невиллом. — И наконец, если они прорвутся, — используйте ладьи. Готовы?

Шахматные фигуры кивнули и отдали честь.

— Вперёд! — велел Невилл, и все тридцать две фигуры неожиданно сорвались с мест. Пешки врезались друг в друга, начав бороться и толкаться, белые кони Невилла прорвались через их строй, только чтобы встретиться с контратакой чёрных коней Рона, и вынуждены были отступить, когда к атаке присоединился чёрный слон.

— Что это вообще за начало партии такое? — растерянно спросила Танизис.

— Азенкурское, полагаю, — ответил Рон, пока его ферзь бросал через голову одну из ладей Невилла. — Только мы оба французы.

* * *

Пока они шли к вагону для префектов, младшекурсники успели задать Гарри пару вопросов. Один спросил, где туалет, что Гарри без проблем объяснил, а двое других спросили, действительно ли он и дракон, и префект.

Гарри ответил, что да, но префектом он стал только в этом году. Деннис Криви был, кажется, несколько изумлён, что такое возможно, но, впрочем, таким тоном он говорил почти всегда.

Куда больше по пути они слышали поздравлений, что было весьма приятно и вызывало в груди некое тёплое чувство. С ним Гарри и подошёл к вагону для префектов.

А затем увидел то, что внутри.

На самом деле, пожалуй, ожидать меньшего и не стоило. Большая часть купе поезда были довольно обычными, выделяясь лишь тем, что это были купе, а не сидячие места, как обычно в британских поездах, но вагон префектов представлял внутри большую, и поистине роскошную комнату. По ней были распределены десятка полтора кресел, на стенах висело не меньше десятка волшебных картин в золотых рамах, бархатные алые шторы и головы животных (последнее несколько смущало). Остававшиеся свободными участки были облицованы панелями красного дерева.

Также Гарри заметил в углу горшок с большой юккой, а в другом углу — дверь в ванную комнату, где, похоже, была настоящая ванна.

— Гарри, Гермиона! — окликнул Седрик. — Рад вас видеть.

Он поднялся и поджал сначала руку Гермионы, затем лапу Гарри. Гарри заметил, что теперь значок с буквой П, что Седрик носил в прошлом году, сменил другой, с буквами СШ.

— О, поздравляю! — сказал он, а потом заметил, что присутствует и другая староста школы — кажется, её звали Патриция Симпсон. — И тебя, конечно, тоже.

— Может, пропустим поздравления? — протянул Драко. — А то мы будем обмениваться ими до самой Шотландии.

Снова осмотревшись, теперь обращая внимание не на обстановку, а на людей в креслах, Гарри отметил тех, что были ему знакомы. Префекты, теперь учившиеся на шестом и седьмом курсе, остались прежними, — Ремус говорил, что при несоответствии должности их могут сменить, но в данном случае этого, видимо, не потребовалось, — а помимо Драко присутствовала ещё Панси Паркинсон, смотревшая на Гарри несколько странным взглядом.

Также присутствовали Эрни Макмиллан с Пуффендуя и Падма Патил с Когтеврана, но двух человек не хватало.

— Гарри, — озадаченно сказала Гермиона, — гляди.

Гарри проследил за направлением её руки, и сам здорово растерялся.

В углу комнаты стоял... телевизор. Не слишком большой, водружённый на стол, но определённо настоящий, работающий телевизор, показывающий синий фон и белые буквы и числа Ceefax.

— Он появился в прошлом году, — пояснил Седрик. — Кажется, машинист сказал, как услышал от Дамблдора, что некоторые магловские приборы работают в присутствии магии, но он работает, только когда поезд едет, и отключается недалеко от станции.

Он подошёл к телевизору и ткнул его пальцем:

— Да и показывает он только магловские новости.

— Ну, это можно исправить, — сказала Гермиона. — Где от него пульт?

Когтевранский префект-семикурсник, Маркус Тёрнер, лишь фыркнул:

— Удачи с поисками. Я уже в прошлом году искал; похоже, машинист не знал, что он вообще нужен.

* * *

Ещё минуты через три пришёл Энтони Голдштейн, а вскоре после него — Ханна Аббот. Поезд к тому времени ехал через пригороды Лондона.

Они ещё не добрались до Зелёного пояса, где с обоих сторон простирались бы поля, но были уже недалеко.

— Отлично, — сказал Седрик, когда все уселись. — Первым делом приветствую всех восьмерых новых префектов. Во многом эта встреча проводится ради вас как новичков в этом деле, но, я уверен, мне не нужно напоминать вам слушать внимательно.

Гарри невольно отметил, как Седрик умудрился напомнить всем, сказав, что напоминать не нужно. Это был очень умный способ это сделать, не выглядя снисходительно.

— Быть префектом прежде всего означает, что вам следует стараться держать происходящее между другими учениками под контролем, — продолжил Седрик. — Это не означает, что люди не имеют права повеселиться, но вы должны следить, чтобы они оставались в рамках правил, и помогать им, если у них возникнет проблема.

Гарри поднял лапу, и Седрик кивнул:

— Да, Гарри?

— Я хотел спросить насчёт близнецов Уизли...

Уже одни эти слова вызвали в вагоне взрыв смеха.

— Поверь, я полностью понимаю, — сказала Патрисия. — Просто делайте что можете.

— Если это их обычные взаимные розыгрыши со Смитами, то нет необходимости давать им отработки, — добавил Седрик. — Разумеется, говорить им об этом не стоит, но так решили уже пару лет назад. Иначе кому-то из префектов придётся каждый вечер за этими отработками наблюдать.

Он щёлкнул пальцами:

— И раз уж мы об этом заговорили, перейдём к тому, что вам позволено делать, и что из этого следует. Префекты не могут давать баллы факультетам, но могут их снимать, кроме как с другого префекта. Если же они считают, что баллы следовало выдать, или что другой префект нарушил правила, они могут попросить учителя оценить ситуацию. Префекты также могут назначать отработки, но если учитель в назначенное время не будет доступен, они должны наблюдать за отработкой сами.

В этот раз руку подняла Ханна Аббот, спросившая: "Это чтобы люди не злоупотребляли властью?" Седрик подтвердил, что именно так, предупредил, что при злоупотреблениях они могут лишиться позиции префекта, а затем перешёл к патрулям.

С ними всё оказалось не так трудно, как опасался Гарри. Патрулирование осуществляли двое префектов каждый вечер, в течение двух часов после отбоя, и для каждого семестра имелось своё расписание. Двадцать один из двадцати четырёх префектов были включены в расписание, так, чтобы две недели участвовать в патрулях и одну — от них отдыхать, а остальные три префекта (а также старосты школы, если они до этого не были префектами, но сейчас дела обстояли не так) оставались в своего рода запасе, готовые подменить тех, кто почему-то не смог выйти в патруль.

— Будет неразумно отнимать у вас столько времени, что вы не успеете подготовиться к экзаменам, — уточнил Седрик. — Ещё вопросы?

У Гарри один был, и он спросил, что делать, если между учениками разных факультетов произошла стычка или ссора. На это ему ответили, что префекты не должны обращать внимание, с какого факультета ученик, когда назначают наказание, и что их задача — стараться разрешить ситуации так, чтобы помощь учителей не потребовалась, но это не значит, что к ним вообще не стоит обращаться.

Некоторые другие тоже задали вопросы. Как оказалось, префектам требовалось знать, где находится кабинет каждого учителя, — что Гарри вполне устраивало, ведь он уже знал, — и что если погода плохая, им стоит вполглаза приглядывать за младшими учениками, вынужденными оставаться в замке.

Когда вопросы закончились, Патриция объявила, что теперь пора поговорить о преимуществах.

Гарри мало что слышал о ванной префектов, но описание звучало заманчиво; также Патриция сказала, что префектам обычно проще получить допуск в Запретную секцию библиотеки. Это тоже обещало многое, хотя Гарри строго напомнил себе, что не стоит просто заходить туда и читать всё, что попадётся на глаза.

Это будет просто невежливо.

Затем им назвали пароли от их гостиных, чтобы они могли проводить людей этим вечером, — первым на год паролем Гриффиндора оказалось "Рыба-меч", — после чего Седрик сказал, что если вопросов больше нет, то встреча окончена, но они могут остаться в вагоне префектов, если пожелают.

Гарри отказался, потому что хотел вернуться к своим друзьям (и книгам). Гермиона тоже отказалась, а вот Драко достал колоду карт и спросил, не хочет ли кто сыграть.

Похоже, он тоже намеревался провести остаток путешествия с удовольствием, что радовало.

* * *

Идя обратно через поезд, Гарри высматривал проблемы, могущие требовать вмешательства префекта. По большей части ничего не происходило, но было несколько младшекурсников, которые каждые двадцать секунд, — Гарри считал, — заглядывали в купе Исаака, и молодой грифон выглядел так, будто они не дают ему ни минуты покоя.

Гарри мог представить несколько способов с этим справиться, но выбрал самый простой: вежливо попросил второкурсников прекратить, а затем сказал Исааку, в каком купе они с Гермионой, чтобы в случае повторения он знал, к кому обратиться.

Впрочем, ситуация едва ли обещала повториться. Хотя Гарри говорил весьма тактично, второкурсники почему-то выглядели до крайности впечатлёнными и поспешно ушли в собственное купе.

Возможно, они просто не ожидали, что их заметит префект.

* * *

— Так вот, я думаю, что вокруг сопла нужна рунная последовательность для охлаждения, — говорил Рон, когда Гермиона открыла дверь. — Ну и, естественно, руны для неразрушимости.

Танизис, к которой успела присоединиться Лунна, согласно кивнула.

— Но зачем охлаждение, если ты планируешь сделать сопло неразрушимым? — спросил Невилл, жуя пирожок. — Ведь если что-то расплавится, то оно, ну, разрушится.

— Да, но я не хочу, чтобы оно раскалилось до такой степени, чтобы при посадке проплавить землю, — указал Рон.

— Но это было бы замечательно экономно, — сказала Лунна. — Ты бы мог исследовать Луну, а сразу потом — центр Земли.

— Прямо двойное приключение в стиле Жюля Верна, — сказала Гермиона, усаживаясь.

Гарри не мог не хихикнуть.

— Ну как, нормально встреча прошла? — спросил Дин.

— Да, нам в основном говорили об обязанностях, паролях и подобном, — ответил Гарри. — Похоже, патрули будут отнимать не так уж много времени.

— И то хорошо, — кивнул Дин.

Затем Рон предложил поместить на нос первой испытательной ракеты сквозное зеркало, и это побудило Гарри спросить, какие именно детали ракеты Рон планирует делать неразрушимыми.

Это казалось ему важным вопросом, потому что ему определённо требовалось заколдовать сопло и бак с горючим (если он планировал, чтобы в том не кончалось топливо), но два неизменных элемента, по сути, требовали, чтобы всю ракету выстраивали вокруг них.

— Об этом я думал, — сказал Рон. — ...правда, ещё не придумал, но думал.

— О! — Невилл пошарил рядом с собой и достал небольшую кучку сладостей. — Я это купил с тележки; это тебе, Гермиона, а это тебе, Гарри.

Гарри был тронут; поблагодарив Невилла, он уселся в уголке и принялся есть.

— А как насчёт того, чтобы сделать двигатель и бак для реально мощной ракеты, но встроить какие-нибудь ограничители? — предложила Джинни. — Так ты сможешь перестраивать ракету, и заставлять её выдавать столько, сколько тебе надо.

— Классная идея! — обрадовался Рон, сделав заметку на пергаменте.

* * *

Гарри гадал, куда делись близнецы (обе пары, но в большей степени Уизли). Багажа их в купе не было, и узнал он только через час, когда дверь вновь открылась, и появились Фред, Ли и Джордж в анимагической форме.

— Отлично получилось, — возвестил Ли. — Идея с маскотами особенно помогла.

— Да, уже целых двадцать испытаний, — согласился Фред; Джордж тем временем спрыгнул у него с плечам и прямо в воздухе превратился в человека.

— Что это вы такое давали людям? — с угрожающей ноткой в голосе спросила Гермиона. Гарри тоже подался вперёд, подумав, что это может потребовать внимания префекта.

— Ничего такого, что бы им не понравилось, — заверил Джордж. — Всем нашим подопытным субъектам сообщается, что именно они тестируют.

— Если только иное не будет забавно, — сказал Фред.

— Если только иное не будет забавно, — согласился Джордж.

— И даже тогда мы удостоверяемся, что они знают о факте испытания, — закончил Ли.

— Эй! — возмутился Джордж.

— Она должна была сама пораскинуть мозгами и спросить! — указал Фред.

— А, и правда, — согласился Ли. — Ну да ладно.

— Ну да ладно, — эхом повторил Джордж.

— Извините, — подняла руку Гермиона, — но мне нужно повторить вопрос. Что именно вы давали людям?

— Шуточные сладости, — Фред достал что-то напоминавшее шоколадное пирожное. — Вот у этого, например, вкус обеда из трёх блюд.

— Идея в том, что ты угощаешь друга сладким, — Джордж достал из кармана леденец, — а у того совершенно другой вкус! У этого леденца, например, вкус пасты.

— Какой именно пасты? — спросил Рон. — Она с солью? С маслом? С соусом? Пасты бывают разные!

— И все очень опастные, — С иронией добавил Дин.

— Ну да ладно! — сказал Ли уже не в первый раз. — Давайте лучше поговорим о квиддиче, ведь в этом году он будет.

— Точно, — согласился Фред. — И раз уж в этом купе пять из восьми гриффиндорских членов команды, это можно считать командным совещанием.

— Прости, что? — переспросила Танизис. — Восьми?

— Если считать Ли Джордана, — сказала Лунна подруге. — Восьмой член команды — представитель четвёртой власти, состоящий в пятой колонне, пусть даже иногда и имеет второе мнение.

— Первостатейно завёрнуто, — отметил Джордж. — Кстати, надеюсь, в статьях наших планов не будет?

— Возможно, и будут, но поскольку они будут в "Придире", большая часть моих софакультетников не воспримет их серьёзно. Порой они до странного узколобы.

— Точнее и не скажешь, — решил Фред. — В общем, Рон, ты, скорее всего, снова будешь вратарём, чтобы лишнего времени не тратить. И надо будет проверить правила, чтобы посмотреть, не можешь ли ты, Джинни, летать не на метле, а в виде сокола.

— Правила позволяют использовать анимагические превращения, — откликнулась Гермиона. — Я проверила на третьем курсе, когда Рон начал превращаться в белку. Оказалось, что спрыгивать с метлы не запрещено, это просто официально "крайне, крайне глупо".

— Так этого достаточно, чтобы официально считаться крайне, крайне глупым? — с живым интересом спросил Джордж. — О брат мой, нам нужно срочно сделать парашюты для куньих, и наконец добиться официального признания!

* * *

Гарри продолжал вполуха слушать, что остальные говорили о квиддиче и остальных командах.

По очевидным причинам официальных матчей не проводилось целый год, но, несмотря на усилия Дина продвигать магловский спорт, всё равно было сыграно несколько игр, чтобы люди просто не забыли, как играть.

Кроме того, это был последний год Седрика, и он теперь был не только капитаном пуффендуйской команды, но и старостой школы, и победителем Турнира Трёх Волшебников; Рон даже вслух задался вопросом, не пытается ли Седрик в одиночку разрушить все стереотипы о пуффендуйцах.

Потом сюжет "Изгнанника" увлёк Гарри, и он только смутно запомнил, что остальные стали обсуждать, не брать ли команде в воздух запечатанные конверты с планами, чтобы узнавать те лишь в последний момент. Когда же он отложил книгу, чтобы немного отвлечься, оказалось, что разговор свернул на совершенно другую тему.

— Мне интересно, когда в Хогвартсе придётся внести некоторые изменения, — говорила Гермиона. — Это наверняка произойдёт в ближайшее десятилетие, и чем раньше начнут люди это обдумывать, тем проще будет.

— Какие изменения? — нахмурился Рон.

— Ага, вроде и так всё нормально, — поддержал Невилл.

— Подумайте сами, — сказала Гермиона. — Сейчас Нора — просто талисман, но ей уже больше трёх лет, и ещё через восемь она получит письмо из Хогвартса. А дракон, для начала, банально не поместится в класс зельеварения.

— Погоди, — заморгал Дин. — Нора... будет учиться в Хогвартсе?

— Почему бы и нет? Она будет даже не первым драконом, — ответила Гермиона. — И она очевидно разумна, причём даже более взрослая, чем была я сама в три года. Ну и, разумеется, родилась достаточно близко к Хогвартсу, чтобы быть в радиусе охвата.

— Интересная мысль, но уроки защиты с огромным драконом будут, наверное, странными, — задумался Рон. — Наверное, они и сейчас странные, когда со сфинксом или кентавром.

— Или черноспинным чтецом, — заметила Лунна.

— Ну да, но Гарри — это ведь просто Гарри, — сказал Рон.

— Кстати, и правда, какая у нас в этом году будет защита? — спросил Невилл. — Последние пару лет нам везло, но будет ли так дальше?

— Очень надеюсь, у нас ведь в этом году СОВ, — сказала Гермиона. — На пятом курсе хорошие учителя особенно важны... ну, и ещё на седьмом, для ЖАБА.

Ли стал задумчиво постукивать по полу носком ботинка:

— Мне любопытно, почему учителя в этом году выбрали так поздно. У нас едва хватило времени купить учебники.

Эти слова напомнили Гарри, что он сам ещё не читал новый учебник защиты, и он полез в свой рюкзак.

— Может, и не поздно, просто этот учитель прям долго не мог определиться с учебником, — хмыкнул Дин.

Проверив, что достал нужный учебник — "Теорию защитной магии" за авторством Уилберта Слинкхарда, — Гарри открыл его и принялся читать.

Первым делом он отметил (это было трудно не заметить), что книга несколько суховата. Не нечитаема, особенно для дракона, который прочёл "Сильмариллион" и использовал его как справочник для игр в "Подземелья и драконы", но читать её было определённо тяжелее, чем другие учебники.

Первая глава, на взгляд Гарри, была довольно странной, потому что тратила очень много времени, чтобы во всех деталях объяснить довольно простые идеи. Полторы страницы автор описывал, что такое щитовое заклинание (не как оно работает, а именно что оно такое), и всякий раз, когда упоминалось какое-нибудь заклинание, следовало длинное предупреждение о возможном побочном ущербе от него. Это касалось и щитового заклинания; Слинкхард подробно описывал, как заклинание с недостаточной силой для пробития щита, но с большей, чем тот мог рассеять — своего рода пограничный диапазон, чья ширина зависела от качества "наиболее распространённых" щитовых заклинаний, — отразится рикошетом, и как эти отскочившие заклинания могут нанести серьёзный ущерб случайно оказавшимся рядом людям.

Книга также утверждала, что существует куда лучшее щитовое заклинание, избегающее этих проблем и описанное в следующих главах. Что звучало полезно.

Перелистывая страницы, Гарри также начал замечать, что некоторые параграфы или предложения имеют числовые и буквенные сноски. Например, часть о побочном ущербе была заключена в аккуратные скобки с легендой 1Е, а где-то страницей позже Слинкхард ссылался на 1Е без дальнейших объяснений, почему все защитные или атакующие заклинания в людной области опасны.

Идею понять было довольно просто, особенно в этом случае, но потом Гарри заинтересовался и наугад открыл книгу в середине.

"Из этого должно быть очевидно, как и в случаях 14D и 14E, что использование 11А для анализа даёт в данной ситуации наиболее полезный результат. Наличие большого скопления людей означает, что не попавшие в цель (4В) или отражённые (1Е, 9В) заклинания причиняют не меньший ущерб, чем если бы они попали в предназначенную цель..."

Гарри рассудил, что это не та книга, которую можно читать с любого места; её следовало читать с начала, отмечая различные моменты, в идеале даже конспектируя, иначе постоянные перелистывания взад и вперёд сильно осложнят дело.

Так что вернулся к первой главе и продолжил чтение.

* * *

.— Ну как оно? — спросил Фред. — Что нас ждёт на защите?

Гарри поднял взгляд, отметил, что солнце уже садится — а значит, они недалеко от Хогвартса, — и некоторое время поразмыслил.

— Немного мудрёно, — признал он. — Автор часто ссылается на предыдущие части книги, только тут не примечания, а концевые сноски.

— Что, серьёзно? — Рон достал собственный учебник и принялся листать. — Блин, и правда!

— О, я знаю, как решить эту проблему, — возвестил Джордж, доставая палочку. — Покажи одну из этих сносок.

Гарри протянул ему книгу, открытую на той же странице, где остановился. Джордж окинул взглядом страницу и прижал палочку к сноске 4С:

— Флипэндно́ут!⁽¹⁾

— Чего? — переспросил Рон, а затем все подскочили, когда страницы книги замелькали, отлистываясь назад, и остановились на развороте с параграфом 4С.

— Стоп, это реально сработало? — пробормотал Джордж.

— Ты не знал? — удивился Гарри.

— Это был такой каламбур, — слабо пояснил Джордж. — С Флипендо, Откидывающей порчей.

— О, а ведь на чарах, кажется, дают дополнительные баллы за изобретение заклинаний, — сказала Танизис. — Обязательно упомяни это на ЖАБА.

— Точно, — согласился Гарри, вспоминая заклинание Ксенографиа.

Хотя в этом случае, вероятно, понадобится двуязычный экзаменатор.

— Но как возвращаться к странице, которую ты читал? — вопросил Невилл.

— А для этого есть замечательное магловское изобретение, — сообщила Лунна, и, порывшись в кармане, достала хорошо знакомый Гарри предмет.

— ...Лунна, это закладка, — после паузы сказала Джинни.

— Знаю, — улыбнулась Лунна. — Полезная вещь, правда?

* * *

Минут через десять Гарри пришлось снова прерваться: пора было сообщать ученикам, что они скоро приедут в Хогсмид, и им следует переодеться.

Эта часть работы префекта была не слишком трудной, но заставила Гарри призадуматься, как лучше удостовериться, что все первокурсники будут знать необходимое.

Может, лететь поверху и приглядывать за первокурсниками, на случай, если кому-то понадобится помощь в путешествии по озеру? В темноте они его не увидят, но, с другой стороны, это означало путешествие к замку отдельно от друзей.

Проблема была непростая, и Гарри наконец решил, что всё-таки полетит, только когда Хогвартс-экспресс уже начал замедлять ход.

Гермиона открыла дверь и почти сразу заметила двух девочек, пытавшихся вытащить большой чемодан из купе.

— В этом нет нужды, — заверила она первокурсниц. — Когда вас распределят по факультетам, багаж доставят прямо в вашу комнату.

Девочки посмотрели на Гермиону с благоговением, а потом заметили Гарри и стали выглядеть просто ошеломлённо. Гарри улыбнулся им, не показывая зубов, и ученики потянулись из поезда на платформу, разрешив проблему.

Происходил небольшой хаос, что было стандартно, и Гарри отдельно попросил Исаака не лететь в замок, объяснив, что первокурсники традиционно путешествуют иным способом. Тут Хагрид начал созывать первокурсников, и Гарри заметил, как Юна ободряюще похлопала своего кузена (?) по боку, посылая его в сторону лесничего.

— Я прослежу за ними, пока они плывут через озеро, — сказал Гарри, когда остальные шесть курсов направились к каретам, после чего расправил крылья и взлетел.

* * *

Вечер выдался тёплым, хотя небо затягивали тучи, обещавшие скорый дождь. Гарри легко набрал высоту и окинул взглядом Хогвартс, Чёрное озеро и Запретный лес.

Это позволило ему заметить Конала, появившегося из леса и галопом направившегося к замку, — очевидно, кентавр выбрал не ехать на поезде. Улыбнувшись, Гарри спустился чуть ниже, держась над лесистой зоной и прислушиваясь.

Первокурсники шли почти в полном молчании, прерываемом только словами Хагрида, что идти уже недалеко. Затем они вышли на берег озера, и многоголосый вздох изумления донёсся даже до Гарри наверху.

Тут Хагрид резко свистнул, чего Гарри по собственному путешествию не помнил. Лодки уже были у берега, дожидаясь первокурсников, но через мгновение послышался ответный рёв, разнёсшийся над водной гладью.

Большая и чёрная на фоне неба, из-за замка взлетела Нора, затем начавшая пикировать к озеру. За ней следовали три силуэта поменьше, образуя чуть неровный ромб; четыре дракона пронеслись над водой неподалёку от первокурсников, взмыли вверх и синхронно выдохнули пламя.

Это напоминало воздушное шоу.

— Привет! — сказала Нора, зависнув перед Гарри. — Рада снова тебя видеть!

Она указала лапой на Олли, Шелли и Зака, кувыркнувшихся в воздухе и начавших летать кругами:

— Мы это практиковали! Хорошо получилось?

— Даже отсюда — просто потрясающе, — заверил Гарри. — Думаю, первокурсники в восторге.

— Вуу-хуу! — радостно воскликнул Зак.

Похоже, знакомство учеников с Хогвартсом приобретало новые детали.

1) Flip — "перевернуть, перелистнуть", endnote — "концевая сноска"

Вернуться к тексту