Гарри — дракон, и это не проблема (джен)

Затем Гарри вернулся к каретам с фестралами, рассказал друзьям о пролёте драконов, и вскоре после этого (и небольшой, чуть неловкой дискуссии о школьных шляпах, с ношением которых никто не заморачивался) они уже занимали места в Большом зале.

Учителя уже сидели за преподавательским столом, и Рон, посмотрев в ту сторону, толкнул Дина в бок:

— Дружище, а это учительница прорицаний? Рядом со Снеггом.

— Нет, она выглядит по-другому, — ответил Дин. — Разве что за каникулы с ней случилось нечто дикое.

Усевшись, Гарри сам посмотрел и, к своему удивлению, обнаружил, что учительница защиты ему знакома. Это была Долорес Амбридж, та женщина, которая на слушании Визенгамота на первом курсе настаивала, что он не заслуживает владеть волшебной палочкой.

С тех пор он о ней ничего не слышал. Возможно, с ней случилось то, что иногда случается с людьми — осознание того, как глупо ты поступал, сопровождавшееся переосмыслением жизни?

В ином случае она вряд ли бы пришла преподавать в Хогвартс. Гарри решил, что лучше относиться к ней непредвзято.

Мысленно переназвав её "профессор Амбридж", Гарри вернул своё внимание к остальным старшекурсникам, всё ещё заходившим в зал.

— Ты ведь знаком с профессором Люпином, да? — спросила одна из третьекурсниц, кажется, по имени Ромильда. — Не знаешь, почему он и в этом году не вернулся?

— Проблемы с семьёй, — пожал плечами Гарри. — Около года назад он получил серьёзные травмы, поэтому его не было на прошлом курсе, но с тех пор он занялся домашним обучением всей своей новой семьи, и это занимает много времени. Может, у него получится вернуться в следующем году, но наверняка я не знаю.

— Жалко, — вздохнула Ромильда. — Знаю, профессор Грюм сюда не вернётся, но было бы здорово, вернись профессор Люпин.

— Хорошо хоть, что ты не надеешься на возвращение Перси, — пробормотал Рон.

* * *

Потом кто-то спросил, каковы уроки ухода за магическими существами, и Гарри постарался объяснить. С этим ему помогала Флопси — две её сестры оживлённо болтали с Натали Макдональд, и она осталась в одиночестве. К тому же, пусть Барлосы ещё и не ходили на уход за магическими существами, они определённо к таким существам принадлежали.

Потом двери открылись, и начали заходить первокурсники.

— Ух ты! — выдохнул Деннис. — Грифон!

Гермиона издала довольно своеобразный звук — словно хотела захихикать, но знала, что префекту такое не по чину.

— Надеюсь, что он попадёт на Гриффиндор, — сказал Почти-Безголовый-Ник, к некоторому удивлению Гарри, не заметившему, как прибыли привидения. Лорд Ридли ни разу ещё не попытался его сразить, по крайней мере.

К тому же до сих пор не произошло чуть неловкой встречи с Серой Дамой.

— В этом будет смысл, верно ведь? — спросил Невилл. — Если, скажем, в Хогвартс поступит змея, будет ожидаемо, на какой факультет она попадёт.

— А разве не все змеи говорят на парселтонге? — спросила Гермиона всё ещё чуть сдавленным голосом. — Может, это означает, что они все волшебные?

Гарри промолчал, не желая упоминать крайне большую и крайне волшебную змею в подвале.

— А может, ворон? — предположил Рон. — Говорящие вороны существуют?

— Э-э... возможно, — Гермиона нахмурилась. — Я не встречала упоминаний ни в одной книге, но если они прям очень редкие... они определённо были бы Существами, а не Зверями...

Но тут профессор Макгонагалл принесла табурет с Распределяющей Шляпой, та запела, и все в зале притихли.

* * *

На первом курсе у Гарри сложилось довольно плохое мнение о пении в Хогвартсе, но с тех пор, особенно с основания хора, оно заметно улучшилось. И Распределяющая Шляпа определённо знала своё дело.

Пусть ей в этот раз и правда пришлось прибегнуть к аллитерации.

Первым вызвали Юэна Аберкромби — или Аберкромби, Юэна, как зачитала профессор Макгонагалл, — и он отправился в Гриффиндор, к бурной радости всех за столом Гарри. Затем Распределение пошло своим чередом, и Гарри постарался запомнить как можно больше имён. Также он внимательно вслушивался в ожидании вызова учеников необычных форм, ведь он знал только их имена, но не фамилии.

Исаак ждал, чуть шевеля крыльями и подёргивая хвостом; топорщащиеся перья наглядно показывали, насколько он взволнован. Чуть поодаль от него стоял Мэтью, то и дело поднимая и опуская лапы, словно хотел начать прохаживаться, но сдерживался.

Мелодию отыскать было труднее. Гарри предполагал, что это бледная девочка у самого хвоста колонны, но многие девочки выглядели бледно, и она могла оказаться Малфоем.

Интересно, была ли у Драко младшая сестра? Гарри о ней не слышал, но, с другой стороны, он не слышал и о младшей сестре Дафны, пока та не появилась в Хогвартсе. Некоторые темы почему-то никогда не всплывают в разговорах.

— Исаак! — вызвала профессор Макгонагалл; похоже, у грифона, как и у Конала, не было фамилии.

Исаак пошёл к табурету, и Гарри заметил, что на лице профессора Амбридж мелькнуло недовольство.

Возможно, она не знала о пишущих машинках? Коналу такая не требовалась, а все прочие нуждающиеся их уже получили. Гарри сделал мысленную заметку при первой возможности рассказать и Исааку, и Мэтью, чтобы им было проще работать в классе.

Весь Гриффиндор задержал дыхание, когда Исаак сел рядом с табуретом с Распределяющей Шляпой на голове. Гарри чуть наклонил голову и навострил уши.

— ...трудно... — едва расслышал он бормотание Шляпы. — Ну надо же... СЛИЗЕРИН!

Гриффиндорский стол начал аплодировать, растерянно остановился, и в наступившей тишине стало ясно слышно, как Блез Забини хихикнул.

— Воистину, — сказал Почти-Безголовый-Ник, когда Слизерин запоздало начал хлопать, и Исаак направился к столу своего нового факультета, — такого едва ли кто-то ожидал.

— Шикарно, — застонал Рон. — Грифон в Слизерине. Теперь нам точно нужна змея, чтобы не отставать... может, василиск подойдёт?

— Я... хотела сказать, что василиски очень опасны, но даже не знаю, твёрдый ли это теперь аргумент, — признала Гермиона. — Может, им просто понадобятся зеркальные очки или вроде того?

* * *

Через пару человек после Исаака был вызван "Лестер, Мэтью", и секунд через тридцать он присоединился к Юне на Пуффендуе (ну, не совсем присоединился, потому что сел почти за половину стола от неё, рядом с другим первокурсником).

Гарри продолжал вслушиваться в ожидании имени Мелодии, но ждать пришлось довольно долго: "Фон, Мелодия" была вызвана, когда в очереди оставалось всего трое.

Она подошла к табурету, явно не уверенная, с какой скоростью двигаться, села и натянула Шляпу. Секунд тридцать ожидания, и затем Шляпа громогласно объявила, что Мелодия отправляется на ГРИФФИНДОР!

В этот раз первым зааплодировал Гарри, проявлявший чуть больше внимания, чем остальные, и вскоре Мелодия села рядом с Флопси, Мопси и Пушинкой.

— Фон чего? — спросил Фред.

— Очень смешно, — ответила Мелодия. — Никогда этой шутки не слышала. Моя фамилия — Фойн. Ф-О-Й-Н, не Фон.

Гарри собрался было ощутить к ней глубокое сочувствие, но потом вспомнил других людей с именами, имевших отношение к ним и их деятельности, — например, преподававшую травологию профессора Стебль.

Так что ощутил к ней просто сочувствие.

* * *

Когда была распределена последняя ученица, попавшая в Пуффендуй и севшая рядом с Мэтью, Дамблдор прочистил горло и встал.

— Я бы хотел известить вас всех о замечательном новом продукте, который увидел на прошлой неделе, — весело сказал он, — но увы, спонсорский договор заключить не удалось. Так что наслаждайтесь пиром!

— А он расширяет горизонты, — заметил Дин, когда золотые тарелки по волшебству наполнились едой. .

— Интересно, сколько денег ему приносит директорство, главное ландратство и так далее? — спросил Рон. — Может, ему приходится подрабатывать, чтобы позволить себе все эти наряды.

— У директора Хогвартса есть зарплата, — сообщила Гермиона, — но, к сожалению, последнее упоминание её размера относится к 1173 году. Тогда она составляла примерно один галлеон в год.

— Офигеть, — моргнул Рон. — Если ему ни разу с тех пор не давали прибавки, его можно понять.

— Кто-нибудь видит чёрный пудинг?⁽¹⁾ — спросила Мелодия.

Гарри вытянул шею, покрутил головой, чтобы осмотреть весь стол, и затем покачал ей:

— Похоже, такого нет.

— Понятно. Ну что ж...

Порывшись в мантии, Мелодия достала ярко-красный леденец, завёрнутый в целлофан, и положила рядом со своей тарелкой. Затем подняла взгляд.

— Что? — спросила она. — Это пищевые добавки.

— Он ведь из крови, да? — спросил Невилл, а затем поёжился. — Извини, если это была тайна.

— Будто это осталось бы тайной надолго, — Мелодия возвела очи горе. — Да. Вампир. Жуть какая.

Гарри старался не обращать на неё слишком большого внимания, потому что это было бы неучтиво, но старался и не смотреть совсем в другую сторону, ведь она сейчас была центром внимания.

— Уф, кажется, в этом соусе чеснок, — добавила Мелодия, чуть принюхавшись. — Кто-нибудь, кто сидит подальше, не хочет забрать?

Последовало немного перешёптываний, и в итоге тарелку забрал Ли Джордан. Мелодия ощутимо расслабилась:

— Терпеть его не могу.

— Так ты, гм... молодой вампир? — спросила Джинни. — Как оно вообще работает?

— Папа был вампиром, — ответила Мелодия. — Слушайте, могу я спокойно поесть?

При такой формулировке отказать было трудно.

* * *

В следующий час разговоры велись в основном о том же, о чём разговаривали люди первого сентября в Хогвартсе. Для Гарри и его друзей это включало разговоры о СОВ, о проектах по рунам и о том, справедливы ли оценки профессора Снегга.

Невилл хотел узнать, станут ли они теперь выращивать растения на травологии, и чуть разочаровался, когда Фред сказал, что та по-прежнему ограничится пересадками и тому подобным. Хотя Дин потом указал, что Фред, будучи Фредом, мог и выдумывать.

Гарри также переживал новый опыт, а именно вопросы людей к нему как к префекту. Юэн, один из первокурсников, хотел узнать, когда они получат расписания и когда начнутся уроки, и Гарри объяснил, что расписания обычно выдают на первом завтраке в семестре, и поскольку сегодня пятница, завтра у них едва ли будет больше одного урока, так что он успеет освоиться.

Потом подошёл Мэтью из-за стола Пуффендуя, чтобы спросить о пишущих машинках, и Гарри заверил, что сообщит профессору Дамблдору о необходимости обеспечить его (и, возможно, Исаака) таковыми. Конечно, какие-то чары на машинки мог накладывать профессор Флитвик, но обратиться напрямую к Дамблдору было проще.

Мелодия также задала пару вопросов; первый был о том, нет ли возможности уменьшить количество чеснока в еде. Гарри поразмыслил и ответил, что посоветуется с домовиками. Он подумал, что, возможно, те смогут распределить еду так, чтобы на одном конце стола вообще не было блюд с чесноком.

Второй вопрос касался того, какие уроки проходят на открытом воздухе. Как оказалось, магловское представление о том, что вампиры загораются на солнечном свету, было неверным, но они, тем не менее, крайне легко получали солнечные ожоги. Гарри объяснил, что наиболее рискованными для неё будут травология, полёты и летняя астрономия, а на третьем курсе ей, вероятно, не стоит брать уход за магическими существами.

Эти ответы, похоже, полностью её удовлетворили.

* * *

Несмотря на все продолжавшиеся разговоры, Гарри нашёл время для еды. Его заинтересовало блюдо, выглядевшее как паста, но на поверку оказавшееся из спаржи и моркови (Рон смотрел на него с крайним скепсисом, несмотря на оранжевый цвет моркови), и весьма оценил печёного лосося в пергаменте, хотя Гермиона и сказала, что пергамент обычно не едят.

Однако тот гармонично дополнял вкус.

Десерты включали в себя сделанного из бисквитов льва четыре фута высотой, что было неожиданно; осмотревшись, Гарри убедился, что и остальные факультеты получили бисквитные версии своих символов.

Ему особенно понравилась грива, однако, когда Кен Таулер подошёл и попытался взять часть ноги, лев не выдержал и рухнул. Только быстрая работа палочкой от Гермионы спасла ситуацию, и некоторые из первокурсников зааплодировали, пусть Гермиона и Оттолкнула бисквиты на различные тарелки, а не попыталась восстановить льва целиком.

Наконец остатки еды исчезли, и Дамблдор снова встал.

* * *

— Добро пожаловать, добро пожаловать, добро пожаловать, — сказал Дамблдор. — Извиняюсь, что сказал это лишь три раза, но сделай я это по числу учеников, мы бы никогда не добрались до своих кроватей. Приятно видеть вас вновь, и, надеюсь, вы так же полны едой, как пусты знаниями после долгих летних каникул.

Он благожелательно улыбнулся:

— Если же это ваш первый курс, то весьма приятно видеть вас в первый раз! Надеюсь, вам понравится время, что вы проведёте в Хогвартсе, пусть его и прерывают досадные дела вроде домашней работы. Теперь я бы хотел сделать несколько объявлений как для новых, так и вернувшихся учеников.

— Он всегда такой? — шёпотом спросила Мелодия.

— Классный, правда? — откликнулась Пушинка.

Дамблдор тем временем продолжил, читая со свитка, который, видимо, прятал в рукаве:

— Для начала, название леса рядом с замком — Запретный лес. Как последствие этого названия, в данный лес запрещено заходить, что достаточно легко запомнить. Для учеников, которые там живут, — а таких в этом году, если не ошибаюсь, уже трое, — делается исключение, но название для них остаётся прежним во избежание путаницы.

Он развернул свиток чуть больше:

— Мистер Филч, наш завхоз, попросил меня прочитать полный список вещей, которые запрещены в школе. Одну минутку, пожалуйста...

В молчании, нарушаемом только редкими придушенными смешками, все наблюдали, как Дамблдор продолжает разворачивать свиток, пробегая его глазами, пока не дошёл до самого низа и не перевернул его.

— Полагаю, чтение этого списка вслух заняло бы ещё больше времени, чем приветствия, — сказал он. — Если кто-то сомневается, какие именно предметы запрещены, он может ознакомиться с этим списком, вывешенным на двери мистера Филча; отдельно упомяну мистеров Фреда и Джорджа Уизли, мистера и мисс Смит, а также мистера Джордана как людей, чьё всеобъемлющее знакомство со списком полагается несомненным.

— Если только он его не изменил, — пробормотал Джордж.

— Наверняка, — откликнулся Фред.

Свиток снова исчез, и Дамблдор улыбнулся:

— Также я хотел бы сообщить, что в Хогвартсе теперь имеется не меньше пяти драконов, и все они не слишком опасны, если вы не будете совершать безрассудных поступков — скажем, щекотать их, пока они спят. Те, которые носят шарфы, представляют из себя достаточно обычных драконов, хотя весьма благовоспитанных и способных разговаривать на изящном языке, именуемом драконьим, в то время как мистер Поттер с Гриффиндора носит значок префекта и без сомнения сможет помочь вам с возможнными проблемами, где вам потребуется помощь префекта.

Многие головы повернулись в его сторону, и Гарри помахал.

Это казалось правильным.

— Как могли заметить вернувшиеся ученики, в нашем преподавательском составе также появился новый член, — сообщил затем Дамблдор. — Позвольте представить вам профессора Амбридж, которая поистине выделялась своим присутствием в рядах кандидатов на должность.

Последовали жидкие аплодисменты. Прежде чем они закончились, профессор Амбридж встала (хотя точно определить это было трудно) и прочистила горло, издав звук "кхе-кхе".

Гарри не помнил всех деталей, но, кажется, в одной из книг о Плоском мире это был способ сообщить людям, что они голые, не озвучивая этого прямо.

— А, Долорес, вы хотите сказать пару слов? — спросил Дамблдор. — Или даже больше? Многие люди озадачиваются, когда я говорю лишь два слова.

— Благодарю вас, директор, — сладким голоском ответила профессор Амбридж, и Дамблдор уселся, не сводя с неё глубоко заинтересованного взгляда.

Остальные учителя выглядели куда менее впечатлёнными.

— Я рада получить столь тёплое приветствие, — начала профессор Амбридж, широко улыбаясь. — Так замечательно вернуться в Хогвартс и увидеть все эти маленькие милые личики, обращённые ко мне!

У Гарри мелькнула забавная мысль, что, возможно, профессор Амбридж перепутала школу. Он не слышал о волшебных начальных школах, но существуй они, такое приветствие там было бы уместнее.

— Я буду преподавать вам защиту от Тёмных искусств, — продолжила профессор, чётко выговаривая каждый слог. — Знаю, этот предмет трудно было изучать, учитывая, сколько учителей у вас сменилось, и некоторые из них явно не знали, о чём говорят и что уместно для уроков, но я прибыла, чтобы исправить это, и уверена, мы все станем хорошими друзьями!

Гарри определённо расслышал смешки за столом Гриффиндора, но люди смеялись и во время речи Дамблдора, так что осаживать их было бы неуместно.

— Искренне жду возможности познакомиться ближе с каждым из вас, — закончила профессор Амбридж. — И научить вас всему, что вам требуется знать о защите от Тёмных искусств.

Она села, и Дамблдор опять встал.

— Благодарю вас, Долорес, — сказал он с улыбкой. — Должен сказать, мне никогда не приходила в голову идея, что наши преподаватели могут представляться всей школе. Возможно, мне стоит попросить и других последовать этому примеру? Например, профессора Снегга?

Взгляд, которым профессор Снегг смерил директора, был воистину впечатляющ. Гарри почти уверился, что Снегг не умеет колдовать без палочки, потому что в противном случае от Дамблдора, вероятно, осталась бы лишь пара дымящихся тапочек.

— Или, возможно, мне стоит делать это самому, — добавил Дамблдор. — Добрый вечер вам всем! Меня зовут Альбус Вульфрик Брайан Персиваль Дамблдор, хотя, возможно, я чуть напутал в порядке средних имён. Я директор этой школы, а также Главный ландрат, Верховный чаровник, и ещё иногда меня называют Великим Чародеем, что бы это ни значило. Если кто-нибудь разузнает смысл этого титула, пожалуйста, дайте мне знать.

По залу пронеслась волна смешков.

— Надеюсь, как можно большее число нас станет хорошими друзьями, — продолжил директор, — ведь иметь друзей куда приятнее, чем не иметь. И, в качестве закругления этой речи, пара слов: пора спать!

Он величественно уселся, и Гарри не сразу сообразил, что это означает окончание пира.

* * *

— Слушай, приятель, а какой пароль? — спросил Дин, когда люди начали потихоньку вставать — Забыл спросить раньше.

— Рыба-меч, — ответил Гарри.

— Ага, спасибо, — с этими словами Дин превратился в Выскочку и полетел над головами прочих прямо к главной лестнице.

— Ух ты! — в унисон ахнула половина гриффиндорцев-первокурсников.

— Он правда превратился в птицу? — спросил кто-то.

— Он — анимаг, — ответила Джинни. — Так что да.

Гарри занялся подсчётом, стараясь держать в уме, сколько новых учеников распределили на Гриффиндор. Подсчитанное количество совпало с ожидаемым, и он взмахнул крылом, привлекая внимание.

— Хогвартс довольно запутанный, — сказал он. — Вход в башню Гриффиндора на восьмом этаже, так что нам предстоит немало карабкаться.

Юэн застонал.

— Но если вы последуете за мной, я покажу вам, как пропустить один из этажей, — добавил Гарри. — Пойдёмте.

Он не обсуждал с Гермионой, кто именно поведёт первокурсников в гостиную, но было разумно, если это сделает он как наиболее заметный из двоих. К тому же жаловаться никто не стал, и они поднялись на три этажа, где Гарри свернул и направился к одному из секретных проходов.

— Тут подъём на один этаж, но на деле мы поднимемся на два, — пояснил он, оглянувшись через плечо.

— А лифта тут нет? — спросил кто-то.

— Только мётлы, но на них летать в помещениях запрещено, — ответила Гермиона, шедшая в хвосте группы.

Гарри продолжил путь, и когда они вышли из прохода через гобелен с двадцатью пирующими людьми, обратил на тот внимание первокурсников, пояснив, что его легко запомнить как веху. Затем они продолжили путь и, поднявшись ещё на два этажа, вскоре оказались перед портретом Полной Дамы.

— А вот и первокурсники! — дружелюбно сказала та. — Приветствую всех вас, как в Хогвартсе, так и на факультете Гриффиндор. Пароль? — этот вопрос был адресован Гарри.

— Рыба-меч, — ответил Гарри, и портрет плавно распахнулся.

— Пароль меняется несколько раз за семестр, — пояснил Гарри. — Если вы его забудете или упустите момент смены — спрашивайте префекта. Желательно с Гриффиндора, — добавил он после паузы, чтобы устранить возможное недоразумение.

Кто-то хихикнул, и новые ученики начали заходить в гостиную.

* * *

Когда все зашли, Гарри объявил, что следующие два дня будет отправляться на завтрак, обед и ужин из гостиной в девять, двенадцать и шесть часов соответственно, и все, кто не запомнил дорогу, могут просто следовать за ним.

— Ещё есть карты школы, который делает мистер Люпин, мой ликантродядя, — добавил он. — Они не бесплатные, но стоят всего несколько сиклей, так что если кому-то нужно — сообщите мне, и я дам ему знать, сколько карт требуется.

— Вопросы? — спросила Гермиона.

— А где наши спальни? — спросила одна из первокурсниц, вроде бы по имени Алиса.

— Спальни девочек — вон через ту дверь, — показала Гермиона. — Нужно подняться на три этажа по лестнице.

— Опять лестницы? — застонал кто-то ещё.

— Это вам ещё повезло, мы вообще на пятнадцатом этаже, — хмыкнул Шеймус, как раз вошедший через портретный проём. — И, в отличие от некоторых, я не могу туда просто взлететь.

— А что значит "ликантродядя"? — спросил мальчик по имени Герберт.

— Он почти как брат моему пёсному отцу, — ответил Гарри. — Только, думаю, почти как брат моему пёсному отцу был скорее мой папа, и никто их них на самом деле не в родстве.

Договорив, он прокрутил в голове только что сказанное и понял, что это объяснение только сильнее всё запутало.

— ...что? — переспросил кто-то.

— Это один из друзей его крёстного отца, — со вздохом пояснила Гермиона. — И этот крёстный обожает плохие каламбуры.

Больше вопросов у первокурсников не нашлось, и еще через несколько минут люди потянулись к лестницам.

Когда основной людской поток схлынул, Гарри поднялся сам, взял из сундука несколько вещей — книгу "Певица Перна", фотографию Норы и зачернённое зеркало, — и пошёл обратно к лестнице.

— Ещё не ложишься? — спросил Рон.

— Хочу немного посидеть внизу и почитать, — пояснил Гарри. — Спать пока не хочется.

— Везёт же некоторым драконам, — зевнул Невилл. — Мало того, что ты встаёшь раньше, так ещё и ложишься позже.

— Не говоря уже о способности летать и всём прочем, — хмыкнул Рон.

* * *

Через полчаса, когда гостиная опустела, Гарри активировал зеркало.

— Царица? — спросил он.

— Добро пожаловать обратно в Хогвартс, — ответила древний василиск. — Я не напутала с датами?

— Нет, сегодня первое сентября, — подтвердил Гарри. — Кстати, ты здорово выучила дракончиков. Я повстречал их сегодня, и прогресс налицо... или наморду?

Царица издала удовлетворённое шипение.

— Представляешь, сегодня за ужином мои друзья говорили, что было бы неплохо, поступи в Гриффиндор василиск, — добавил Гарри. — Нет, я не рассказал им о тебе, просто среди первокурсников был грифон, и он попал в Слизерин.

В этот самый момент он узнал, какой звук издаёт змея. когда прыскает от смеха.

— Ну надо же! — сказала она, отсмеявшись. — Интересно, что бы подумал о таком Салазар...

На некоторое время замолчав, Царица затем спросила:

— Уже поздно, у тебя найдётся время на чтение?

— Немного найдётся, — ответил Гарри, открывая "Певицу Перна". — Итак, мы остановились на том, что Менолли пошла за своей свирелью...

1) Британско-ирландское блюдо, выделяющееся тем, что готовится из свиной или говяжьей крови.

Вернуться к тексту