Тридцать и один день октября (джен)

9 октября, 1983 г.

Ещё до восхода солнца в доме семейства Аддамс прямо по центру холла появился большой сундук.

Первым его обнаружил дедушка Гримуар по пути на утреннюю прогулку. Осторожно спустившись по лестнице, придерживаясь за перила, он бросил взгляд на незнакомый предмет.

— Ланиусу, что ли, прислали очередной артефакт для экспертизы?

Пожав плечами, Гримуар обогнул сундук и вышел из дома, свистнув любимого пса. Чёрный грюнендаль с драным ухом радостно выбежал из гостиной и, поджимая задние лапы от восторга, сиганул в открытую дверь, оставив Гримуара далеко позади завидовать собачьей прыти.

Следующим сундук обнаружил Гомес, съехав на животе по перилам и навернувшись перед последним пролётом. Он размышлял о том, какая загадочная штука — жизнь. В будни его не могли добудиться и чугунными колоколами, которые мать повесила рядом с его кроватью, а в воскресенье он подскакивал ни свет ни заря.

Увидев сундук, Гомес нахмурился: такого он в доме ещё не видел, а обшаривать дальние закоулки особняка — любимое занятие каждого отпрыска Аддамсов.

Спустя полчаса Дис обнаружила Гомеса перед сундуком с набором отмычек, две из которых уже сломались.

— Так ты все нужные инструменты в доме переведёшь.

Гомес подпрыгнул, отмычка выскочила из загадочной округлой скважины и приложила его по лбу.

— Мама! Как незаметно ты подкралась.

— Так-так, и чьё у нас тут добро?

— Наверное, это папе?

— Наверное.

— Дай-ка задвину под лестницу, чтобы не стояло на проходе, пусть Ланиус потом разбирается.

Дис обошла сундук и с силой его толкнула, но он не сдвинулся ни на дюйм.

— Тяжёлый зверь.

— Думаешь, там зверь?! — оживился Гомес и прильнул ухом к замочной скважине.

— Стенки из дерева — палить молнией опасно. Ладно, спросим потом Ланиуса. А ты чего так рано подскочил?

Гомес очаровательно улыбнулся и пожал плечами.

— Ладно, пойдём завтракать.

Следующим на сундук наткнулся Фестер. Он уже несколько месяцев не знал, что такое выходной, потому что наотрез отказался поступать в старшую школу. Родители, посовещавшись, решили, что ни одно заведение не устоит перед столь одарённым учеником, и согласились на домашнее обучение.

Фестер был погружён в изучение схемы "Томагавки", раздобыть которую было невероятно трудно. Сосредоточившись на своём сокровище, он не глядя шёл по маршруту на аромат маминых блинчиков с лакричным джемом. Правда, маршрут не предусматривал внезапно возникшие на пути объекты, поэтому Фестер налетел на сундук, больно ударившись коленом о металлическое обрамление, и принялся истошно сквернословить.

На шум тут же примчалась Дис:

— Ты совсем тронулся, такие слова вопить при младшем брате?

— Не просто тронулся, а так врезался, что чуть не обделался, — пробурчал Фестер, потирая место ушиба.

— Вот уж не преувеличивай. На прошлой неделе ты уронил на себя могильный памятник весом с динозавра — и синяка не осталось. И выбирай выражения, молодой человек, иначе заставлю помыть перед завтраком не только руки, но и рот. Перекисью.

Фестер состроил гримасу Гомесу, который высунулся из-за спины матери, безмолвно корчась в издевательском хохоте.

В остальном утро прошло достаточно мирно.

Ланиус вошёл в столовую, когда сыновья умчались безобразничать, чтобы спокойно выпить перуанский кофе без риска быть облитым брошенной через стол миской с соусом из крови телёнка.

— Дорогой, что за сундук стоит в холле?

— Я думал, это прибыли твои аккумуляторы.

— Но их же доставляют в безобразных пластиковых упаковках.

— Точно, я об этом позабыл.

После завтрака всё семейство собралось в холле перед сундуком, кроме дедушки, который по воскресеньям завтракал в близлежащем городке, где дружил с владельцем местной закусочной уже шестьдесят лет.

С места сундук двигаться так и не пожелал, даже когда его пихали все разом. Содержимое также оставалось тайной — если Фестер не сумел взломать конструкцию, не следовало и пытаться.

— Может, соберу на скорую руку механизм какой? — отозвалась Дис. — Но замок и правда загадочный.

— Видите, какое тут обрамление? — Ланиус присел на корточки и провёл пальцем по искусно отлитым металлическим вставкам. — Древесина похожа на ясень. Хотя нет, скорее, это бук. Каркас отлит из свинца. Могу расспросить знакомых мастеров — попробуем узнать изготовителя.

— А вдруг там спрятано проклятье, которое превратит того, кто его откроет, в сипактли⁽¹⁾? — с придыханием спросил Гомес.

— Давайте я просто воткну в отверстие динамит — и с концами, — скучающе предложил Фестер.

— Мечтай! — улыбнулась Дис.

— Слишком любопытный предмет, — покачал головой Ланиус.

— Не-е-ет! — завопил Гомес. — Вдруг нам, наконец, доставили ручную якумаму⁽²⁾, помнишь, мы с тобой заказывали её по почте?

— Это было сто лет назад, дурень. Я всё придумал, потому что мне было скучно.

Лицо Гомеса вытянулось.

— То есть якумамы не существует?

— Существует. Я как раз разделал одну накануне и скормил её тебе вчера за ужином.

Гомес бросился на Фестера с кулаками — тот, будучи выше брата на полторы головы, лениво вытянул руку, схватил его за черепушку и придержал на безопасном расстоянии.

— Прекратите цапаться, — рявкнула Дис. — Не даёте думать. Честное слово, когда откроем сундук — посажу обоих внутрь, и пока не подпишете кровью мирный пакт, на волю не выпущу.

Гомес перестал махать руками, но продолжил сердито сопеть. Фестер украдкой корчил ему рожи.

Разговоры про сундук не прекращались и на семейной вылазке: стрельбе уток на соседнем болоте. Правда, Гомес чуть не подстрелил Фестера, за что Дис предложила старшему сыну поставить брату на голову яблоко и потренироваться в меткости. Больше подобных инцидентов не случалось за весь охотничий сезон.

К обеду вернулся дедушка и с удивлением выслушал рассказ о необычном сундуке.

— Я думаю, там всё же якумама! — настаивал Гомес.

— Ты не можешь думать, потому что мама поставила на тебе в детстве опыт по вырезанию лобных долей.

Гомес запустил в Фестера ножкой перепела, но попал в дедушку.

— Ну всё, хватит! — терпение Дис лопнуло. — Ладно перестрелки, но бросаться едой я вас никогда не учила! Что за мода? Идите оба на этот проклятый сундук и сидите на нём до ужина.

В этом доме Дис слушались все, даже случайно залетевшие в окно мухи. А иначе все, включая мух, рисковали отведать свеженькую искристую молнию.

— Думаешь, он всё-таки проклятый? — спросил Гомес Фестера, сидя на сундуке и болтая ногами.

— Да, и это передаётся через контакт с ягодицами.

Гомес фыркнул.

— Думаешь, я не знаю, что ты постоянно мне врёшь?

Фестер промолчал.

— А мне нравится твоё враньё. Оно интересное.

Молчание.

— Вот что вы всё цапаетесь, как кобра и мангуст! — проскрипел дедушка Гримуар, заходя в холл.

— Чур, я кобра! — Гомес поднял руку.

— Размечтался, блохастый.

Фестер получил в бок кулаком, который с каждым месяцем начинал бить всё больнее. Возможно, ещё годика три-четыре и братья смогут действительно посоревноваться в вольной борьбе. До сих пор Фестеру приходилось поддаваться.

— Вот почему так всегда? — дедушка развёл руками. — Чем ближе брат — тем меньше его ценишь. Сколько бы я отдал сейчас, чтобы увидеться с Нерианом!

— Сколько? Тётушка Долорес хорошо берёт за сеансы по общению с мёртвыми, — доложил ему Гомес. — Но я откладываю карманные деньги, могу поделиться.

Гримуар отрывисто рассмеялся.

— Спасибо, малыш, но общение с духами требует моральных сил, которых у меня осталось не так много. Ах, как мы с Нери безобразничали! Сколько нервов потрепали и себе, и окружающим. Однажды он чуть не потопил меня в проруби. Правда, спустя неделю я подбросил ему в ванну гигантского осьминога.

Гомес и Фестер многозначительно переглянулись.

— Вам и того не расскажи! — погрозил пальцем дедушка. — Каждый раз сердце прихватывает, когда вижу, сколь мало вы цените друг друга. А после смерти Нериана всё больше вам завидую. Вот бы пнуть его ещё разок, а потом крепко обнять.

Из сундука раздался гулкий удар. Даже Фестер замер, вцепившись в металлическую раму.

— А ну-ка, мелочь, посторонитесь!

Гомес и Фестер разом соскочили с сундука. Гримуар провёл ладонью по крышке, а потом внимательно рассмотрел замочную скважину. Он аккуратно просунул внутрь мизинец, и сундук тут же распахнулся. Из него вылетела тень, которая принялась самозабвенно душить хохочущего дедушку. На шум сбежались Дис и Ланиус.

— Ну вот, видите! — хриплым голосом говорил он, когда тень его отпустила. — Взгляните внутрь.

В сундуке оказалось страшная металлическая статуя: то ли обезьяны, то ли толстого лемура, морда отдалённо напоминала человеческое лицо, но впечатление перебивали широченная переносица и выпирающие в оскале клыки. На дне сундука лежала записка:

"Старому хрычу, который по счастливой случайности родился раньше меня. С прошедшим днём рождения! Надеюсь, моя посылка не сильно задержится — местная почта так же надёжна, как вулкан Килауэа ⁽³⁾.

Встречи не предвижу, потому что жизнь на Мадагаскаре слишком хороша, а твоё лицо мне успело набить оскомину за нашу долгую жизнь. Так почему же оно всплывает по двадцать раз на дню? Эту роскошную статую я перекупил у одного контрабандиста. Думаю, она прекрасно впишется в интерьер гостиной. Чувствую себя последнее время неважно. Лекарь местной деревни говорит, что я подцепил денге, правда, он же посоветовал мне на днях лечиться приёмом рома внутрь. Но ничего. Если скончаюсь на чужбине, что рано или поздно произойдёт, — будь добр, поставь это страшилище на нашем семейном кладбище в качестве монумента твоему брату".

Прочитав послание Нериана и смахнув по слезе, Аддамсы принялись разглядывать изваяние.

— Какой необычный сплав, — задумчиво проговорил Ланиус. — Да здесь элементы покрыты иридием — ясное дело, никто не смог это сдвинуть!

Гримуар покачал головой, словно намекая: дело было совсем не в этом.

— Деда, ты в этом году сможешь найти слово! — Гомес потянул его за рукав.

Лицо дедушки озарилось.

— Уже знаешь, что это будет? — улыбнулась ему Дис.

Он торжественно кивнул:

— Страшилище!

1) Морское чудовище из мифологии ацтеков, наполовину крокодил, наполовину рыба и лягушка.

Вернуться к тексту

2) Мифическое существо: гигантская змея, обитающая в джунглях Амазонки.

Вернуться к тексту

3) Вулкан на острове Гавайи, начал извергаться в январе 1983 года.

Вернуться к тексту