Юмор – штука тонкая. И хотя спектр его широк – от «низменного» языка бурлеска и скоморошества до высоколобого узкоспециализированного «профессионального» юмора научных каст – вывести идеально чистую мелодию могут немногие, ведь и в площадной буффонаде могут звучать фальшивые ноты.
Этот напев безупречен. Ни на йоту не отклонившись от событий канона, нелепая до глупости трагедия в Отделе Тайн превращается в высокую комедию, утверждающую столь же "высокие" нравственные идеи семьи.)