История - достойное продолжение книги, которую многие читали в детстве. История шкодливого мальчишки-выдумщика, который вырастает и через всю жизнь проносит с собой символ своей первой и главной любви.
В комментариях написали, что детство Тома было самым счастливым временем его жизни, а я вот не соглашусь - он и в юности показан очень приятным молодым человеком, и старость встретил достойно.
В этом тексте, как и у Твена, есть место и юмору, и лирике. А ещё очень понравилось, как здесь показаны второстепенные персонажи: брат Тома, с которым у Твена они только донимают друг друга, и их сестра, о которой в оригинале всего ничего. Здесь даже они стали объёмнее и глубже.
#микрочеловек развивается и всячески окультуривается.
На кухне у моих родителей стоит магнитола, обычно она работает как радио, но также поддерживает воспроизведение с CD-дисков. Вчера во время завтрака микрочеловек занимался своим любимым «Мам, это что за кнопка?» и случайно открыл крышку дисковода. Там обнаружился давным-давно забытый диск Вивальди. Микрочеловек заинтересовался и потребовал немедленно включить. И оказался потерян для общества. Потом очнулся и сказал, что музыка очень красивая. Так что вчера весь день слушали Времена года. Сегодня утром человек снова потребовал красивую музыку с диска, а я рассказала, что у нас есть ещё диски и предложила включить другой. Микрочеловек заинтересовался и сказал, что выберет сам. Выбирать он решил по цвету коробочки и в итоге выбрал Бизе. Послушал, тоже назвал красивой и ещё отметил, что там смешная труба. Потом решил, что в обед надо послушать Верди, но не оценил и почти сразу выключил. А к ужину выбрал Равеля и с удовольствием послушал Болеро.
Растёт человек, однако.
В комментариях написали, что детство Тома было самым счастливым временем его жизни, а я вот не соглашусь - он и в юности показан очень приятным молодым человеком, и старость встретил достойно.
В этом тексте, как и у Твена, есть место и юмору, и лирике. А ещё очень понравилось, как здесь показаны второстепенные персонажи: брат Тома, с которым у Твена они только донимают друг друга, и их сестра, о которой в оригинале всего ничего. Здесь даже они стали объёмнее и глубже.