По поводу ии-слопа

А можно было написать, что этих знаний нет, ничего нет, зато надо выживать и маскироваться.

«-- Я маленький еще, семь веков, всего восьмой пошел. (с) Дом для Кузьки»
«— Джинни! — ошарашенно произнес мистер Уизли. — Неужели я ничему тебя не научил? Что я тебе говорил? Никогда не доверяй тому, что может думать самостоятельно, если не видишь, где находятся его мозги.» (с) ГП и ТК

Все началось еще тысячу лет назад, при возведении Хогвартса.
— Мальчишки обязательно будут бегать в спальни к девочкам, - заявила Ровена.
— Они будут колдовать и сражаться, - согласился с ней Годрик.
— Нужно укрепить стены, чтобы внутри своего Дома каждый чувствовал себя в безопасности, - добавила Хельга.
— Нужно как следует укрепить основание замка, - кивнул Салазар, уже тогда замышлявший строительство Тайной комнаты для своего питомца – василиска.
Основатели пришли к согласию и заколдовали Хогвартс на совесть, даже не подозревая, что тем самым зародили в замке искру сознания.

Шли года, складываясь в столетия. В Хогвартсе колдовали, проклинали, проливали зелья, копили магию и создавали новые чары, повышая концентрацию магии в стенах. С каждым годом все больше учеников приходили в школу, и каждый приносил с собой магию, оставляя часть своих заклинаний внутри Хогвартса, который медленно, но верно, двигался к пробуждению и осознанию себя.

Никто не знает, когда это случилось, так как сам замок не отмечал дату своего пробуждения в календаре, да и не знал Хогвартс тогда, что такое календарь. Годы и десятилетия он осознавал себя, а также то, что происходило внутри него самого – ученики носились, дрались, колдовали, влюблялись, страдали во время экзаменов, создавая суету, и затем все замирало на лето.
Со временем Хогвартс заметил, что эта суета внутри подкармливает его магией и отгоняет желание впасть в каменную спячку, от которой можно было и не пробудиться. Замок не знал, что такое страх, но проведя век во сне, не желал повторения такого и задумался, как бы избежать такой ситуации. Он скрежетал и потрескивал, маги всполошились и начали срочно укреплять стены заклинаниями, не ведая о том, что закармливают Хогвартс «от пуза» мощнейшей магией.
Вот оно, сообразил замок, нужно больше магии – постоянных заклинаний.
Но как этого добиться, если ты неподвижен и не умеешь общаться с этой шустрой мелочью? Которая к тому же так быстро носится вокруг, что пока решишь спросить, она уже исчезает и затем возвращается, но какая-то другая. Если бы Хогвартс разбирался в разных вещах, то обязательно сравнил бы себя с каменным муравейником, который замирает на лето вместо зимы.
Но Хогвартс не разбирался и продолжал размышлять и предпринимать попытки, одна из которых увенчалась успехом. Всего лишь вовремя показался на глаза и дал приют беглому королю и бац, цепочка событий пошла в ином направлении, маги решили спрятаться от магглов и создали свой Статут… о чем Хогвартс узнал много позже, в ходе уроков Истории Магии.
В тот момент он знал только, что смог как-то повлиять на события и стал сильнее, умнее и красивее, конечно, весь искрился и сиял от заклинаний, которыми его окутали маги. Теперь для стороннего глаза Хогвартс выглядел ужасными на вид развалинами, но замок об этом никогда не узнал и продолжал считать себя «первым красавцем на селе».

Снова потянулись года, складываясь в десятилетия, и Хогвартс усиливался, все больше осознавал себя и узнал, что есть и другие, как он. Не такие красивые и важные, но все же волшебные замки, с которыми он хотел бы встретиться и обсудить что-нибудь. Пока же приходилось довольствоваться общением раз в пять лет через суетливую мелочь, которая то и дело срывалась в гости друг к другу на так называемые Турниры.
Общение, разумеется, проходило через Кубок Огня, а не суетливых глупых людишек, которые все никак не могли сообразить, что магию надо применять на замок, а не растрачивать впустую. Впрочем, Хогвартс никуда не торопился, и неспешно двигался к своей цели, оставаясь на месте.
Турниры трех волшебников прекратились, из-за чрезмерной смертности и Хогвартс тридцать лет спустя признал, что немного погорячился. Не сорвался, но проявил чрезмерную жадность, ведь каждая смерть внутри и в окрестностях Хогвартса делала сам замок сильнее.
Годы пошли дальше, Хогвартс обдумывал полученный с турнирами урок, а также внезапно сообразил, что нельзя ждать подачек от магов, надо действовать самому. Лестницы Хогвартса «ожили», сбивая с толку юных магов и вынуждая их колдовать, защищаться и паниковать. Хогвартс создал Выручай-Комнату, регулярно подсовывая ее магам, тем, что желали чего-либо сильнее всего. Они получали желаемое, как и Хогвартс их магию, которая была ему ценнее всего.
Перестройка замка и ремонт внутри оставили у Хогвартса двоякое впечатление. С одной стороны внутри много колдовали, с другой маги портили его прекрасные коридоры, причиняли боль камням и вообще, вели себя слишком грубо и напористо. Зачастую вместо улучшения красоты они только портили все и Хогвартс даже ощутил легкую злобу, жалея, что не может сам убить всех тех, кто его портил.
О да, он мог бы выпустить василиска, но Хогвартс хорошо усвоил урок с турнирами. Перегни палку, убей слишком многих и приток магии прекратится, поэтому Хогвартс решил не спешить, даже уменьшил подвижность лестниц.

Он взрослел и развивался все быстрее и однажды в стенах Хогвартса появился тот, кто любил замок всей душой. Готов был отдать себя всего, влюбленный в каменные стены и тайны, и Хогвартс раскрылся навстречу, даже не стал препятствовать освобождению василиска. Случилось убийство, и Хогвартс обогатился не только новым полезным призраком (стенания Плаксы отдавались приятной вибрацией, словно она почесывала замку спинку), но и наконец сумел сотворить что-то сам. Подобно юному Тому, он отщипнул часть себя, подражая и действуя по наитию, ведь магии его никто не учил.
Так на свет появился полтергейст Пивз, неуничтожимый, ведь он был частью замка, проявлением его каменной «души», и с ним развитие Хогвартса ускорилось еще сильнее. Многие желали извести Пивза, который нарочито гадил всем подряд и все портил, чтобы от него пытались избавиться – тем самым подкармливая Хогвартс магией.
В те годы мировой замок укрепляли и защищали дополнительно, еще подстегнув развитие Хогвартса. Старые заклинания маскировки вдруг стали ему тесны и начали давить, хотелось сбросить их и явить всему миру свою красоту. Замку хотелось больше магии, больше движения, шагнуть наконец за ту границу, где он обретет подвижность и мощь, и сумеет, наконец, подчинить магов, чтобы те колдовали только над ним.
Увы и ах, парадоксально, но магия домовых эльфов Хогвартсу практически не годилась, только то, что создавали маги – возможно потому, что Основатели были людьми, а может еще почему. Замок не задумывался над такими высокими материями, но понял, что ему не хватает знаний.
Так Хогвартс обзавелся профессором Биннсом, призраком и преподавателем истории магии.
Он специально читал лекции так монотонно и повторял их из года в год, слово в слово, чтобы Хогвартс мог усвоить и понять происходившее в прошлом. Ученики страдали, нервничали, носились, пропускали занудные лекции и, конечно же, при этом колдовали еще больше, подкармливая Хогвартс.
О, это была настоящая жемчужина интриги от замка, которой он по праву гордился.
Еще больше он гордился только одним – моментом, когда Том вернулся в Хогвартс и спрятал в нем часть своей души, создав таким образом еще один источник постоянной подпитки. Замок услышал его слова о проклятии должности и охотно начал подыгрывать, устраивая «несчастные случаи» с преподавателями ЗОТИ.
Все это помогало и подкармливало замок, который попутно тренировался и ускорял свое развитие, все сильнее ощущая, что ему осталось немного до следующей ступени развития.

Хогвартсу требовался новый инструмент воздействия на магов, и он создал его, чужими руками. Четыре юных мага очень интересовались тайнами замка, и Хогвартс открылся им навстречу, помогая создать «карту Мародеров». Открывал потайные ходы, заставлял Петтигрю и Сириуса протискиваться сквозь себя, ощущая приятную щекотку, и размышлял над тем, как приятно будет погонять василиска по трубам в стенах.
Война, война, война, шептались в стенах Хогвартса и он, благодаря монотонным лекциям Биннса понял, о чем речь. Понял и чуть не загорелся, представив, что будет, если война вспыхнет внутри самого Хогвартса. Магия, много магии, после которой он стал бы еще сильнее!
Но также Хогвартс понял, что бои внутри – это не только магия и кровь, смерти, делающие его сильнее, но и заклинания, разносящие прекрасные арки и уродующие коридоры. Хогвартсу стало жалко свою красоту и пока он размышлял, как лучше поступить, война вдруг закончилась.
Эти мельтешащие людишки все еще действовали слишком быстро.

Хогвартс занялся собой, начал тренировать изменения и переносы частей себя, на тот случай, если придется спасать такую красоту, и попутно обнаружил, что от этого приток магии усилился. Время летело незаметно, а затем вдруг в замок принесли несколько сильных артефактов, почти заставивших его застонать от удовольствия.
Философский камень и зеркало ЕИНАЛЕЖ должны были стать настоящим украшением Хогвартса, оставалось только провернуть все так, чтобы люди ничего не заподозрили. Масса магии для защиты камня и Хогвартс радостно поглощал ее, но так, чтобы никто ничего не заподозрил. Из подслушанных разговоров и лекций Биннса он знал о судьбе Тома – Волдеморта и направил к камню того, кто его победил – Гарри Поттера.
Всего-то и требовалось, что повернуть пару лестниц да воспользоваться ночной вылазкой Гарри.

Подвести тролля поближе, для создания интереса, направить Гарри к зеркалу ЕИНАЛЕЖ, и попутно в Хогвартсе зрел новый смутный план, основанный на прошлой войне. Много магии, крови, внимания и, что важнее всего, внимания к самому Хогвартсу – укрепление стен заклинаниями, прятки внутри замка, как безопасного места, и чем больше магов, тем больше магии, не так ли?
Новая война, в которой никто не обратил бы внимания на пару дополнительных смертей в замке.
Столкновение Гарри и Квиррелла произошло очень приятно для замка, уродливый подземный зал сгорел, а Хогвартс руками себя-Пивза утащил философский камень и зеркало ЕИНАЛЕЖ, взамен подсунув подобие такового, благо среди тысячелетних залежей мусора можно было найти что угодно.
Хогвартс спрятал философский камень внутри себя, начав оживать в каком-то смысле. Тянул магию из камня и любовался собой в зеркало, отражавшее могучее красивое здание с островерхими башнями, могучими стенами, восемью воротами и звездой из драгоценных камней по центру.

Прошло еще время и юный Том вернулся, разбудил василиска и отправил его убивать. Василиск приятно щекотал Хогвартс изнутри, но в остальном замку пришлось вмешаться, чтобы школу не закрыли. Все это было очень неприятно и утомительно, хотя испуганные юные маги и напитывали Хогвартс магией вдвое сильнее обычного. Замок размышлял, как бы сделать так, чтобы ученики боялись, но школу не закрыли и не разогнали всех, да так и не придумал толком.
Зато ограничения в убийствах сработали просто идеально, и часть души юного Тома повела себя крайне неосторожно, решив убить кого-нибудь любой ценой. Хогвартс не стал препятствовать визиту юных спасателей, а потом пропустил и феникса – меньше подозрений, это раз, и убийство все равно состоялось, это два.
Поглотив убитую часть души Тома, Хогвартс словно взглянул на себя со стороны, отметил, насколько быстрее стал соображать и реагировать, и осознал, что нужны еще смерти магов, дабы он сам смог наконец повзрослеть и стать «ходячим». Одновременно с этим Хогвартс понял, что любой неосторожный поступок и он сам разделит судьбу дневника, в котором находилась часть души Тома.
Маги любили и считали достойными жизни и разума только себя, уничтожая всех, кто не укладывался в эти критерии. Теперь Хогвартс мог уверенно утверждать, что разделяет их подход, и считает достойными жизни и разума только себя и другие волшебные замки.
Особенно опасен был Дамблдор, Хогвартс увидел это еще в истории с философским камнем, но теперь все идеи мести и уничтожения пришлось отложить как можно дальше. Поторопись и тебя самого разберут по камушку, поэтому Хогвартс продолжил делать то, что умел лучше всего – ждать.

Дементоры вокруг Хогвартса нагоняли страх на детей и те щедро делились магией с замком. Том или часть его в этом году не явилась в замок, и Хогвартс, понаблюдав, решил рискнуть – ведь «Карту Мародеров» создавал и он, в том числе, и отлично знал всех собравшихся.
Жаль, конечно, что они уже не любили Хогвартс так, как в молодости, но замок не обижался и даже слегка отомстил Сириусу, через Пивза разгласив, что именно Блэк порезал Полную Даму. Портреты и их обитатели тоже были частью замка, но только теперь Хогвартс наконец начал использовать их разумно, не считая «мельтешащей мелочью».
Страх перед Сириусом обогатил Хогвартс магией, столько защит, столько чар!
К Петтигрю Хогвартс всегда испытывал некоторую слабость и помог укрыться в себе, наслаждаясь щекоткой, и строя новые планы, как бы разжечь войну через противостояние Гарри и Тома. Слишком многое зависело от других магов, от людей, действовавших вне Хогвартса, и в то же время замок не расстраивался. Выжидал, ловил момент и действовал, используя имеющиеся у него инструменты: Пивза и карту Мародеров.
Месть Люпину тоже не удалась до конца, никто не погиб, даже вредный Снейп, но все же, очередной преподаватель ЗОТИ удалился, и дымовая завеса «проклятия на должности» сохранилась.

Возвращение Кубка Огня порадовало Хогвартс, и он даже начал строить планы на парочку убийств магов из других школ, так сказать, в порядке услуги прочим замкам, но увы. Ночевали они вне Хогвартса, а днем все вышло бы слишком подозрительно.
Попытка устроить парочку убийств на испытаниях тоже провалилась, но все же, в замке много и часто колдовали, а также внезапно возобновились зловещие планы Тома, развития которых Хогвартс ожидал с легким нетерпением. Месть, война, кровь, много магии, стать сильнее и наконец явить себя во всем блеске этим глупым людишкам! Пару раз Хогвартс даже представлял себя «спасителем» магов от Тома и тихо хихикал про себя, но так, чтобы никто не услышал.
Убийство все же произошло, но весь приз достался дементорам, и Хогвартс обиделся.

Маленькая суетливая женщина в розовом оказалась настоящей находкой. Столько магии! Столько запретов, порождающих еще больше магии! Столько крови, боли и страданий, что Хогвартс даже рискнул намекнуть и сорвал приз, полную юных Выручай-комнату. Активно колдующих юных магов, делающих Хогвартс все сильнее и разумнее, и поэтому он, поколебавшись некоторое время, все же решил рискнуть.
Подсказал местоположение Выручай-комнаты маленькой женщине и ее подручным.
Увы, убийства так и не случилось, зато внезапно прогнали Дамблдора. Хогвартс, тихо поскрипывая камнями от восторга, взял и не пустил маленькую женщину в кабинет директора, после чего затаился в предвкушении массы магии и попыток взлома.
Наглые мерзкие людишки и тут подвели прекрасный Хогвартс, и никто никуда не ломился!

Снова летнее затишье, нарушенное лишь возвращением Дамблдора. Хогвартс отметил, что директор серьезно ранен, и ощутил нетерпение камня, вот он шанс на убийство или хотя бы просто смерть в стенах замка. Раньше Хогвартс бы что-то да предпринял, выдал себя, но за эти годы он стал умнее, чем за всю прошлую тысячу лет и начал выжидать, зная, что шанс обязательно подвернется.
Хотя бы, например, не дать Снейпу прийти на помощь директору и тот умрет, не получив своих зелий. Северус был отчасти полезен, столько страха на его уроках, столько вылитых и испорченных зря зелий, столько магии, часть которой доставалась Хогвартс.
Но отчасти Снейп был и вреден, слишком настороже, слишком бдителен.
Затем все же случилось убийство, пусть и не в стенах Хогвартса, и замок обратил свое внимание на перспективную кандидатуру Драко Малфоя. Едва не подпихивал его дверьми, заталкивая внутрь хранилища мусора, столкнул нос к носу с нужной половинкой исчезательного шкафа и затаился, выжидая.
Пустить внутрь школы Пожирателей! Сколько смертей! Сколько крови! Сколько магии! Война шла полным ходом, но все ее плоды проходили мимо замка, и Хогвартс страдал – слегка.
Ждать пришлось недолго – по меркам Хогвартса, хотя по меркам мерзких людишек Драко оказался удивительно медлителен, и отряд магов ворвался внутрь замка… предельно разочаровав его. Одно убийство и то с помощью Авады, ни тебе нового призрака, ни поглощения души умирающего Дамблдора.
Магии было много, но все же не то, не то, и Хогвартс опять затаился, выжидая.

Страдания и пытки юных магов, отмененные, к слову сказать, все тем же погибшим гадом – Дамблдором! Теперь Хогвартс четко осознавал, что подпитывался их страданиями, неосознанной магией, а Дамблдор лишил такого вкусного источника еды, едва не отбросил замок в новую спячку!
Война завершилась победой Тома, взявшего власть и Хогвартс ждал его визита, но так и не дождался. Маг, некогда сгоравший от страсти к замку, не вернулся и не признался снова в любви, как в былые времена, оставил без внимания и Хогвартс обиделся.
Обиделся, но одновременно с этим понял, что Том тоже опасен и может раскрыть планы замка.
Следовало избавиться от него, и Хогвартс начал строить планы по воздействию на Тома через ту часть его души, что все также скрывалась внутри гор мусора. Одновременно с этим замок напитывался магией, укрывал внутри Выручай-комнаты все больше и больше юных магов, раздувался от «еды», ощущая, что осталось совсем немного, еще чуть-чуть и он сможет, сможет!

Мерзкие людишки в своей суетливости не дождались нужного момента и устроили битву прямо внутри Хогвартса. Столько магии, крови, смертей и одновременно с этим разрушений. Хогвартс стонал и защищался, как мог, наплевав на осторожность, пропустил в Тайную Комнату без пароля, выдал диадему Ровены, лишь бы защитники победили как можно быстрее и остановили эту вакханалию разрушения.
Сила вливалась в замок и одновременно с этим он страдал и сходил с ума. Обострившееся восприятие заставляло его чувствовать каждый уничтоженный камень, разбитую колонну, сожженную дверь и это сводило с ума.

Битва за Хогвартс завершилась победой Гарри Поттера и его друзей, но Хогвартс этого уже не осознавал. Ушел в себя, сохраняя накопленную мощь и отсекая боль, зная, что однажды он проснется и вот тогда покажет всем, кто не ценил его красоту. Знания частей души Тома, убитых магов, мощь, прекрасные могучие каменные мышцы будут на его стороне, и он пойдет по Земле, давя мерзких людишек и заставляя сдаться. Право жить внутри Хогвартса и кормить его магией станет священной привилегией! Хогвартс дремал и грезил своим будущим величием, мимо неслись года и десятилетия, внутри школы суетились юные маги, не ведающие, что подкармливают и исцеляют собой замок.
Хогвартс дремал и никуда не торопился, ведь камни отлично умеют ждать.