Мыслит — значит, существует (гет)

Рождественские каникулы начались для Альбуса Дамблдора не самым приятным образом: директором владели смешанные чувства.

С одной стороны, справедливость была восстановлена, и теперь Сириус Блэк может наслаждаться первым после очень долгого перерыва Рождеством.

Но с другой стороны, Гарри в очередной раз доказал, что не собирается играть навязанную ему роль. Для него не было ничего важнее независимости и индивидуальности. Да, Гарри Поттер был очень яркой личностью, особенно для магического мира. Критический ум и творческий подход к решению проблем — этому волшебников не обучали. Скорее, наоборот: все эти зачатки подавлялись. Естественно, в угоду незыблемым традициям, которые, к счастью, потихоньку уходили в прошлое. Всё это — пройденный этап.

Говорят, магия и технология между собой не ладят, но так было только потому, что до сих пор никто не пытался это изменить.

И Гарри Поттер для всего магического мира стал глотком свежего воздуха — к великому несчастью его самого и Дамблдора.

Не было ни малейших сомнений, что Сириус Блэк свяжется с мальчиком и предложит жить с ним — вдалеке от Дурслей и той древней магии, которая защищает дом номер четыре по Прайвет-Драйв.

Директор Хогвартса вздохнул. Всё шло наперекосяк. Быть может, это верный знак, что настало время уступить место более молодым?

* * *

Рождество Ремус Люпин провёл с Сириусом — с другом, которого, как он думал, потерял уже давно — больше двенадцати лет назад.

Если бы кто-то месяц назад ему об этом рассказал, Ремус отправил бы этого «провидца» в больницу Святого Мунго.

Но вмешался Гарри — и всё изменилось.

Ещё в начале учебного года парень догадывался, что в этой истории что-то нечисто, и Люпин, как бы недоверчиво не следил за манипуляциями своего студента, всё же в глубине души надеялся на благополучный исход расследования мистера Поттера. Именно поэтому Ремус и нарушил клятву, данную много лет назад Мародёрам, рассказав Гарри, что Сириус — анимаг.

Если бы только он начал действовать раньше… всё могло быть по-другому.

Но сейчас не время для упреков и сожалений. Он нужен Сириусу — хотя бы для того, чтобы помочь с уборкой дома и превратить его в место, пригодное для жизни. И это меньшее, что Ремус может сделать для друга, пытаясь искупить свою вину…

* * *

Уже очень давно Сириус Блэк не чувствовал себя таким счастливым. По правде сказать, так было лишь однажды — в тот самый день, когда родился Гарри и он стал его крёстным.

И на этот раз — далеко не впервые — виновником такой невероятной эйфории опять был Гарри Поттер, который вернул ему утраченную свободу, изловив предателя Петтигрю.

Единственным гадким моментом в его нынешнем положении было то, что приходилось мириться с компанией любимой матушки и домового эльфа, который всегда был неотъемлемой частью поместья Блэков. Но это было терпимо. В любом случае, он на свободе, да ещё и со своим старым другом Ремусом. Сюда бы ещё Гарри — и всё было бы просто идеально.

* * *

В своем кабинете за длинным дубовым столом сидел Корнелиус Фадж и время от времени тяжело вздыхал. Сначала из-за побега Сириуса Блэка из Азкабана его несколько месяцев поливали грязью различные печатные издания, а теперь он вынужден терпеть многочисленные нападки общественности, связанные с невиновностью этого бывшего преступника и арестом Петтигрю. Правда, больше всех пострадал Бартемиус Крауч, которого обязали из своих личных средств выплатить Блэку компенсацию за незаслуженное наказание.

Гарри Поттер в какой-то степени спас его от позора, и, тем не менее, министр понимал, что выступление юного волшебника перед общественностью, бесспорно, может загладить грехи и ошибки Министерства. Более того, Корнелиус знал, что сейчас как никогда раньше стоит держать ухо востро, а играть следует с превеликой осторожностью. Ведь Поттер ещё слишком молод, а значит, слава может вскружить ему голову, и парень проникнется собственной значимостью. И кто знает — возможно, в будущем он станет сильным соперником.

В любом случае, это означает только одно — уже сейчас к нему следует подбивать клинья.

* * *

Северус Снейп был в бешенстве.

Как Поттер посмел это сделать? Освобождение старого врага стало для зельевара настоящим оскорблением. По крайней мере, тупые шутки этой шавки изрядно попортили ему жизнь. Жизнь, которая стараниями Блэка и Джеймса Поттера превратилась в настоящий ад.

Нет, в это Рождество ни один подарок профессора не утешит.

* * *

На эти рождественские каникулы Гермиона уехала домой. Родители были несказанно рады видеть дочь, но та в глубине души сожалела, что не смогла остаться с друзьями.

В очередной раз она поступила как идиотка, и опять виноват в этом Гарри. Зачем ему постоянно окружать себя ореолом таинственности? Зачем? Ведь она его друг, а значит, имеет право знать о нём чуть больше, чем простые знакомые, разве нет?

Но несмотря ни на что, у Гарри по-прежнему остается целая куча секретов, и он во что бы то ни стало намерен их сохранить. И это его право, если подумать.

На самом же деле не это больше всего раздражало Гермиону, а то, что Гарри как раз воплощал собой ее идеал человека. Она всегда хотела быть такой, как он: уверенной в себе, доверяющей своей интуиции, всеми любимой…

Многие считали Поттера мерзким маленьким наглецом с завышенной самооценкой, но теперь-то девушка знала, что всё это — всего лишь маска и ничего более. Таким странным способом он просто пытался оттолкнуть от себя тех, кто судит о человеке только по внешности. И эти люди, однажды посчитав его неприятным типом, никогда больше не захотят с ним подружиться.

Гарри же был хорошим человеком. Впрочем, не следует отрицать, что когда дело касалось отношений между людьми, и у него появлялись определенные проблемы. Но всё равно он заслуживает того, чтобы дать ему хоть немного свободы и независимости.

Спускаясь по лестнице в гостиную, где её уже ждали родители, Гермиона думала о том, что совсем скоро сможет вновь увидеть друзей, и от этой мысли на её лице расцвела улыбка.

* * *

Как и в прошлом году, Поттер провёл Рождество вместе с друзьями.

К великой радости Дафны, Сюзан уехала домой, и поэтому слизеринка выглядела повеселевшей. Гарри понятия не имел, или, скорее, просто не хотел принимать, почему Гринграсс терпеть не может эту хаффлпаффку.

Он немного расстроился, что в этом году с ними не было Гермионы. Рождество всегда было для него, сироты, семейным праздником, а из-за того, что собственной семьи у него не было, ею стали друзья.

Невилл был младшим братом, которого всегда нужно ободрять и давать советы.

Гермиона была хлопотливой мамашей, которая всегда хочет быть в курсе всех событий.

Луна была хитрой младшей сестрёнкой, с которой всегда следует держать ухо востро.

Сюзан была сестричкой-прилипалой, которая всё делает с оглядкой на старшего брата.

А Дафна была… Дафной. Как бы странно это не звучало, но Гарри никак не удавалось определить её место в своей псевдосемье.

Парень был твёрдо уверен только в одном: прежде чем он сможет признаться своим друзьям в этих чувствах, пройдет немало лет. Ведь принять такие вещи невероятно трудно.

В любом случае, теперь он это знает. А если первый шаг сделан, значит ли это, что Гарри Поттер уже не один?

Конец третьего курса