Провал первый. Приют (джен)

Примечание автора: К этой главе я шла два года. Ужасно рада, что наконец ее написала. Приятного чтения!

Ветра не было, но вода все же продолжала свой медленный танец еле заметных колышущихся движений. Гарри мог бы до бесконечности смотреть на нее. В поглощенном наблюдениями уме не оставалось места для мечущихся из угла в угол мыслей. С окончанием Великой Перестройки они все немедленно вернулись.

Настроение было не сказать чтобы паршивое, но никакое. Не хотелось ни разговаривать, ни что-то делать... Впрочем, тревожить друзей не хотелось тоже. Он выбрал промежуточный вариант. Изображать оживление Гарри не привыкать, к тому же товарищи сами давали немало поводов для веселья, пусть и наигранного.

Тренировка с полосой препятствий была задумана давно, а тут как раз отыскался прекрасный повод провести ее. Вильгельмине надо было вливаться в командные задачи. Уметь защищаться важно не только магам. Всем. И членам их компании — особенно.

Прогулка тоже оказалась прекрасным отвлекающим маневром. Все разбрелись кто куда, и он легко сумел найти себе уединенный уголок. Просто стоять и смотреть на воду, ничего не изображая и ни о чем не думая. Что может быть лучше?

Вечерело. По-хорошему бы пора уже возвращаться на базу, но уходить до абсурдного не хотелось. И разговаривать — тоже. Он надеялся, что друзья догадаются оставить его здесь. В конце концов, все люди если не взрослые, так и не маленькие. Сами разберутся.

Впрочем, надеждам его не суждено было сбыться, потому что рядом уже слышались чьи-то шаги. Тут, где их приглушала трава, почти невозможно было понять, чьи именно, не то что на базе с ее каменным полом.

Из-за отгораживающего его от поляны уступа вынырнул Рон.

Уединение было нарушено, но досада не приходила, может потому, что заговаривать о чем бы то ни было друг не спешил. Только в несколько шагов оказался рядом, встал, почти касаясь Гарри плечом, и, повторяя его позу, уставился на полукруглое не то лужу, не то озеро, расстилавшееся перед ними.

Кап, кап, кап... минуты утекали в унисон с падающими неподалеку водяными брызгами.

За тринадцать лет своей жизни Гарри должен бы был уже привыкнуть к вопросам без ответов.

Однако раньше ответы были у других.

Теперь их не было впринципе.

— Расслабься, — спокойно уронил Рон.

Он поднял на него глаза, но друг все так же смотрел на неторопливое движение воды.

— Думаешь, нам не видно? Гарри, я не первый год тебя знаю. Этот энтузиазм, достойный Гермионы... — теперь Рон тоже глядел Гарри в лицо, — просто пугает. Ты слишком много на себя берешь. Расслабься, нельзя все контролировать.

— Ты действительно так считаешь? — скептически поинтересовался Гарри.

— Да, — твердо ответил Рон.

— Успокоил, спасибо.

— Гарри, я серьезно. Мы и в ситуациях покруче бывали, и ничего. А тут...

— Провал во времени, юный темный лорд, надвигающаяся война, неизвестный наследник Слизерина под боком.

— Ну да. Но мы обязательно найдем способ вернуться домой. И... ну не считаешь же ты Мак-Сейра хуже Волан-де-Морта?

— Нет, — сдался Гарри. — Но меня беспокоит Реддл.

— Однако не фактом своего существования, верно? — проницательно заметил Рон.

— Да, — он снова замолчал. Даже самому себе признаться в том, что его вновь волнует их странное сходство, было непросто.

— Он маленький, худой, черноволосый, носит одежду не по размеру и ненавистен для каждого первого. Никого не напоминает?

— Тебя Гермиона, случаем, не покусала? — беззлобно проворчал в ответ Гарри. Всего несколько реплик, а на душе уже стало гораздо легче. — Не нравится мне такая осведомленность.

— Не, Герм сейчас на диете, — легко отозвался Рон. — Это все мелкие постарались. Право, кто бы мог подумать, что из Ужаса Подземелий выйдет такой славный карапуз... и Реддл, — его тон снова посерьезнел. — Гарри, он тоже всего лишь ребенок. Пока. Ты не обязан немедленно воспылать к нему ненавистью. Строго говоря, вообще не обязан.

* * *

Солнце не так давно показалось над горизонтом, но столь стремительно набрало силу, что даже смотреть в его сторону было невыносимо. Гарри старался не поднимать голову от пролегающей под ногами тропинки. Мелкие камушки то и дело сыпались с нее, так что ему нужно было сохранять максимальную концентрацию, чтобы ненароком не споткнуться и не улететь вниз, а слезящиеся глаза ничуть бы этому не поспособствовали. Примерно половина пути осталась позади. Пройти до уже виднеющегося невдалеке уступа, вскарабкаться по нему, и останется самое большее миля до того места, откуда, по его мнению, исходило странное явление, свидетелями которого они вчера стали.

В какой-то степени Гарри даже рад был подвернувшемуся предлогу совершить дальнюю длительную прогулку. Ему давно нужно было как следует поразмыслить, и желательно, в одиночестве. Рон рвался составить компанию, и в другое время Гарри не имел бы ничего против, но сейчас предпочел предложить ему лучше помочь Гермионе с обедом. Это был наибезотказнейший способ отвлечь внимание друга.

Никому больше он о своих намерениях не рассказал. Гермиона сочла бы эту затею опасной, близнецы были слишком поглощены своими разработками, Драко, Невилл и Вильгельмина, захватив малышню, отправились прогуляться, сразу как встали. Возможно, опрометчиво с его стороны было идти вот так, наобум, навстречу к неизвестному, но Гарри чувствовал: ему ничто не грозит. Он шел, лишь чтобы полностью удостовериться в этом.

Вернувшаяся было по окончанию стройки тоска растаяла, испарилась после вчерашнего разговора, но решить все проблемы тот все равно бы не смог. У Гарри имелось множество тем на подумать. И самая насущная из них — "Что делать дальше?" — требовала внимания незамедлительно: не так долго оставалось до возвращения в Хогвартс, окончательного укрепления их статуса в этом времени. Ни в коем случае нельзя было ошибиться.

А еще был Реддл, мальчишка, упорно не желающий покидать его мысли. И больше Гарри не собирался закрывать на это глаза. Теперь, когда он был окончательно уверен в своей правоте и в том, что друзья поддержат такое решение, он намеревался разобраться в том, что происходит в этом заведении.

За несколько недель здесь он превратился во вполне сносного скалолаза. Карабканье вверх, вниз и снова вверх по три раза на дню весьма этому поспособствовало, и все же лазать по скалам ему нравилось не сильно, особенно когда внизу разлегалось море, ощетинившееся выглядывающими из-под воды тут и там камнями. Конечно, чтобы слететь туда, стоило как следует постараться, но... Гарри слишком давно и прочно был убежден, что если вдруг с неба упадет кирпич, то припечатает он вполне определенную голову. А потому, взбираясь по уступу, был предельно сосредоточен.

Наверное, потому лишь через несколько пронизанных ветром и все разгорающимися солнечными лучами мгновений он уловил странные звуки, доносящиеся откуда-то снизу. Нельзя было ничего точно разобрать, но, кажется, кричал человек. Ребенок.

Раздумывал Гарри недолго. С другой стороны уступа, у самого его подножия, зияло несколько провалов — пещеры. Почти не было сомнений, что сдавленный зов идет оттуда. Потому что иначе — откуда? Он начал спускаться.

Наудачу балансировать над водой, цепляясь за уступ, не пришлось. Вдоль основания того тянулась неровная тоненькая кромка суши, по которой вполне можно было пройти вдоль скалы и дальше — там тянулась целая гряда таких же.

Оказавшись на твердой поверхности, Гарри замер, постарался прислушаться как можно лучше. Но кругом царила тишина. Настолько безмятежная, что можно было решить, что тот зов ему только почудился.

Ходы в пещеры располагались ниже. И, поднявшаяся во время прилива, сейчас в них медленно заливалась вода.

От нехорошего предчувствия что-то у него внутри сжалось. Торопливо Гарри сделал шаг к ближайшему из отверстий и, потеряв равновесие, чуть не свалился на камни. Правый ботинок всласть зачерпнул воды.

Если он хотел добраться до кричавшего, стоило быть осторожнее. Следующие движения были уже куда более выверенными и медленными.

Прежде чем сделать следующий шаг, неотвратимо ведший в глубину скалы, Гарри на пробу запустил "Хоменум ревелио", но заклинание не показало никакого результата. Глубоко вдохнув, он пригнулся и ступил в воду.

Спускаться в темный наполовину затопленный лаз оказалось жутковато. Гарри достал палочку и старался быть наготове, но идти по скользким камням и удерживать внимание на чем-то кроме равновесия представлялось делом почти фантастичным. Впрочем, уже скоро пришлось возвращаться назад. Почти пояс погрузившись в воду, он уперся в сплошную стену.

Следующий ход спускался вглубину не так резко и был куда просторнее. Воды здесь набралось чуть выше, чем по колено, и идти можно было не наклоняя головы. Но и охватить взглядом все помещение при свете люмоса не представлялось возможным. Медленно, шаг за шагом Гарри обходил его, освещал и слушал, надеясь уловить хоть что-то.

Но и здесь не слышалось ни звука кроме тех, что исходили от него самого. Глухая тишина в наполненных черной водой переходах казалась почти противоестественной. Огонек на палочке все время потрескивал, так и норовя погаснуть. Должно быть, в камнях содержалось что-то влияющее на магический фон, ослабляющее его. Потому доверять Хоменум ревелио не приходилось, надежнее было осмотреть все самому.

Вода все прибывала и прибывала. Еще немного, и можно будет двигаться вплавь. А потом и нужно. На поиски оставались считанные минуты. Гарри понял, что до последней пещеры добраться уже не сможет.

Напряжено, почти отчаянно он пытался придумать, как продержаться под водой хотя бы десять минут, когда люмос выхватил еще один уходящий дальше проход.

Тот был значительно ниже, его конец терялся в темноте, но Гарри, ведомый каким-то высшим инстинктом, шагнул туда не задерживаясь ни на секунду.

Люмос мигнул и погас. Он выставил вперед руки и продолжил свой путь. На краю сознания заклубилось что-то вроде паники. Клаустрофобией Гарри никогда не страдал, однако одному идти наугад в темную, наполняющуюся водой пещеру, чьи стены не пропускают магию... здорово смахивало на самоубийство. Что, интересно, сказала бы на это Гермиона? Стоило признать, что в компании друзей этот поход доставил бы ему больше удовольствия. В конце концов, осветить пространство можно не только с помощью магии. И кто-нибудь из них обязательно бы вовремя до этого додумался.

Подобные размышления неплохо помогали отвлечься. Вернее, помогали бы, если бы не ледяная вода, все время возращавшая его в реальность, холодные стены, которых Гарри то и дело касался, и абсолютная, непроницаемая тишина, казалось, не нарушавшаяся даже его рваным дыханием и сопровождавшим каждый шаг плеском воды.

Ничего не намекало на присутствие еще одного человека. Либо у кричавшего не осталось сил... либо Гарри шел не туда.

Он так привык к отсутствию света, что заметил его появление лишь потому, что начал различать смутные очертания предметов.

Проход расширился, Гарри оказался в еще одной пещере, под потолком которой виднелась дыра, через которую лился солнечный свет.

Но оглядываться было некогда. Он наконец увидел того, ради кого оказался здесь.

Ребенок лежал, наполовину погрузившись в воду, у дальней стены пещеры. Его голова и руки бессильно опустились на едва виднеющийся на поверхности уступ. Отчаянная попытка забраться повыше, по какой-то причине обреченная на неудачу.

Он никак не отреагировал на появление Гарри. Даже не пошевелился, когда тот подхватил его под мышки и поволок к выходу. Лишь беспомощно обмяк на руках, усложнив и без того непростую задачу.

Вода прибывала. Больше Гарри не думал о свете, Гермионе и боязни замкнутых темных пространств. Все его мысли сосредоточились на одной задаче: выбраться отсюда.

Они успели едва-едва. Несколько бесконечных мгновений в конце пути пришлось провести под водой. Испугавшись, как бы остававшийся без сознания ребенок не захлебнулся, Гарри попробовал достать палочку, но магия по прежнему повиновалась из рук вон плохо.

Отчаянным рывком он вырвался на поверхность. Дотащил свою ношу до берега, бережно уложил на песок. И только тут взглянул спасенному в лицо, знакомое до последней черточки.

Мокрая черная челка облепила мертвенно-бледный лоб, скулы еще острее выступили на и без того худом лице Реддла.

Густые ресницы на опущенных веках придавали ему какой-то непривычно хрупкий, беззащитный вид. И на этот раз Гарри склонен был поверить этому. Потому что в пещере у него не было возможности осмотреть мальчишку внимательнее, и делая это теперь, он с каждым новым открытием все больше выходил из себя.

Ссадины, синяки, многочисленные царапины и, видимо, сломанная нога явственно намекали на то, что чья-то ненависть к Реддлу на этот раз перешла все мыслимые и немыслимые границы.

Ни от притока свежего воздуха, ни от легких дуновений ветра тот не спешил очнуться. Возможно, действительно наглотался воды?

Но Гарри совершенно не знал, что делать в таком случае. Станет ли Реддлу хуже, если он аккуратно переправит его до базы? Гермиона или близнецы должны суметь помочь.

Он не успел решить этот вопрос в одну или другую сторону, потому что, задрожав, веки Реддла приоткрылись и он закашлялся.

Гарри выдохнул. Мальчишка был жив. Но и его очевидно плохое состояние не подлежало сомнениям, взять хотя бы то, что приподняться тот так и не попытался, только перекатился набок и, закончив кашлять, весь съежился в маленький напряженный клубок.

Нужно было сделать хоть что-то. Вряд ли после пережитого Реддла обрадует стремление Гарри перенести его непонятно куда. Только ведь и объяснения производимых действий он, наверное, не поймет. Каким бы хладнокровным и проницательным для своего возраста он не был, сейчас Реддл всего лишь напуганный девятилетний мальчишка, только что чуть было не встретивший свою смерть.

Попытавшись нащупать его взгляд, Гарри, к своему тайному облегчению обнаружил, что его пострадавший вновь впал в забытье. Теперь быстрее. Лучше донести его до пещеры, пока не очнулся.

Благодарение небесам, на поверхности магия опять заработала как положено.

Поколебавшись, Гарри решил, что лучше уж наложит конфундус на возможного случайного свидетеля, чем займет руки, пусть даже и облегченным чарами Реддлом. Скорее всего, им никто не встретится, а скакать по камням, пусть даже и с пустячным грузом, плохая идея.

Решение оказалось вдвойне хорошо, потому что не успели они преодолеть и половину пути, как мальчишка снова задергался.

— Эй, потише, — шикнул на него Гарри.

Реддл не унимался. Со своими неслабыми магическими способностями он вполне мог снять его заклинание и, чего доброго, грохнуться на землю, переломав себе еще пару костей.

— Успокойся. Я не причиню тебе вреда, — предпринял Гарри еще одну попытку.

Без результата.

Посчитав, что хуже уже не будет, он попробовал достучаться до мальчишки ментально.

Попытка увенчалась успехом, но порадоваться этому сразу Гарри не сумел.

При соприкосновении с чужим сознанием его окатило такой волной причудливо смешавшихся боли, тошноты и слабости, что споткнувшись, он чуть было не упал. Если это то, что ощущает сейчас Реддл, удивительно, как он еще может трепыхаться. Впрочем, и на этот раз надолго мальчишки не хватило. Он обессиленно обмяк и больше уже не тревожил Гарри попытками вырваться.

Маскировка, вплетенная в защиту базы, должна была не позволить Реддлу увидеть лишнего, но об этом он думал меньше всего. Наверное, стоило послать своим какое-то предупреждение, чтобы не свалиться им с юным темным лордом на руках как снег на голову, однако такие чары как патронус никак нельзя было настроить не срабатывать, если рядом с друзьями вдруг окажется кто-нибудь посторонний, поэтому здесь он старался их не использовать.

Наверняка хотя бы Фред с Джорджем на месте будут. И их Реддлом не пронять совершенно точно. А остальное решат по обстоятельствам.

На удачу, на базе и не оказалось никого, кроме близнецов. Объяснения не понадобились. Увидев состояние, в котором пребывал мальчишка, они мигом подобрались. Джордж одним движением освободил артефакторский стол, заваленный какими-то их разработками, Фред перехватил испуганно и дезориентировано оглядывающего окружающее Реддла у Гарри, и процесс пошел.

Он мог не волноваться. Эти двое свое дело знали. Но Гарри все равно честно просидел рядом все сорок минут, что они занимались пострадавшим. И еще двадцать, которые тому нужно было отлежаться.

Наконец Фред вопросительно оглянулся на него, по-видимому, ожидая инструкций, но Гарри и сам еще не знал, что собирается делать дальше, а потому просто крепко схватил мальчишку за руку — чтоб точно не вырвался, благодарно кивнул друзьям и, пообещав напоследок: "Расскажу как вернусь", потащил Реддла к выходу из пещеры.

Они не останавливались до тех пор, пока не достигли редкого островка зеленой травы под одиноко растущим деревом. Здесь Гарри выпустил руку своего пленника и вытащил палочку.

Он был готов, что мальчишка в любой момент попытается сбежать, но тот, на удивление, не предпринимал к тому малейшей попытки. Только пристально, как змея, не отводя глаз и не моргая, смотрел на него.

Оставалось еще одно дело. Перед тем, как стереть память обо всем, чему тот стал свидетелем в последние два часа.

Узнать, что же все-таки произошло.

Реддл попытался противиться вторжению в свое сознание, но даже будь он менее вымотан, мальчишке все равно пока не хватило бы для этого умений.

Гарри легко обнаружил то, что хотел. И так же легко вынырнул из глубин чужих воспоминаний обратно в реальность. Но вот справиться с обуявшими его эмоциями оказалось не так просто.

Реддл пошатнулся.

— Садись, — предложил Гарри и сел сам, рассеяно уставившись вдаль, за линию горизонта.

Реддл упрямо продолжал стоять.

Молчание затягивалось.

— Что это было? — наконец полузадушенно вопросил мальчишка.

— Магия, Реддл. Неужели ещё не понял? — устало ответил Гарри.

— Ее не бывает, — не слишком уверенно возразил тот.

— Ты сам все видел, — Гарри пожал плечами. — Не хочешь верить своим глазам — не верь.

Мальчишка молчал.

Помедлив ещё немного, Гарри вздохнул:

— Ну что же... — поднялся и, немного повертев в руках палочку, снова направил ее Реддлу в лицо. Ребенок завороженно наблюдал за кончиком деревяшки, почти касающимся его лба.

Так, в неподвижности, они пробыли ещё какое-то время. Наконец, прошипев себе под нос злобное: "О, Мерлин", Гарри бессильно опустил палочку.

— Не могу, — мрачно произнес он. — Тебе повезло.

Чистым безумием было оставлять такие знания этому человеку. Гарри представить не мог к чему это способно было привести. Однако и наложить на него обливейт, как собирался, он не мог тоже.

Вместо этого он снова сел, а потом и во весь рост вытянулся на траве, с наслаждением подставил лицо солнцу и свежему ветерку.

Реддл почему-то так и продолжал стоять рядом. Казалось, его инстинкт самосохранения просто-напросто испарился. Только минут десять спустя, видимо поняв, что больше ничего от Гарри не услышит, он развернулся и в считанные секунды исчез из поля зрения.

Повалявшись в свое удовольствие, Гарри все-таки поднялся и отправился объясняться с друзьями.

Все уже были в сборе. Возбужденно болтающие Сири и Сев, сияющая Гермиона рядом с довольным Роном, снова отсевшие в уголок Драко и Вильгельмина, деловые Фред с Джорджем, даже задремавший Невилл, которого Рон не преминул толкнуть в бок при появлении Гарри.

И все они выжидающе уставились на него, без сомнения желая получить понимание того, что, собственно, сегодня произошло.

Должно быть, близнецы не стали рассказывать никому о том, что видели сами, потому что первым вопросом было: "Гарри, где ты был?" от Гермионы.

— Провожал нашего гостя. Вы ужинали? Мне что-нибудь осталось? Это будет очень длинная история, — уклончиво ответил ей он.

Ему в руки тут же сунули тарелку и вновь принялись испытывать любопытными взглядами.

— Рон знает, что утром я хотел проверить место, где мы вчера видели выплеск, — начал Гарри. Рон согласно покивал. Гермиона прищурилась. — Ну, в общем, я так до него и не дошел. Потому что по дороге услышал крики о помощи, доносящиеся от одной из пещер снизу.

— Кто бы сомневался, — хмыкнул Драко. Гарри это замечание проигнорировал.

— Ее уже почти затопило, когда я нашел кричавшего. Реддла.

Теперь никто не торопился его перебивать. Ребята слушали с видимым напряжением. И когда Гарри закончил, грянула буря.

На сам факт спасения от смерти будущего Волан-де-Морта друзья отреагировали довольно скупо, а вот на то, что его так зверски избили и попытались лишить жизни самым жестоким способом, какой только можно представить — яро. Даже очень.

Гермиона рвалась четвертовать Мак-Сейра, и даже тихий Невилл на этот раз готов был составить ей компанию.

— И что, мы так это и оставим? — медленно, словно плохо понимая, что говорит, произнес он.

— А что ты предлагаешь? Пойти и утопить уже самого Мак-Сейра? — спокойно — все его эмоции откипели уже давно — отозвался Гарри. — Все, что мы можем сделать — это держаться от него подальше и, если что, не позволить застать себя врасплох.

— И надеяться, — насмешливо добавил Рон. — Что Мак-Сейр будет того же мнения и удержится подальше от нас.

— Вряд ли нашей безопасности, по крайней мере сейчас, что-то угрожает, — задумчиво протянула Гермиона. — А вот Реддлу... Если они уже напали на него один раз, то что мешает сделать это снова?

— Наш малыш не так-то прост, — усмехнулся один из близнецов. В полутьме было не разобрать кто именно. — Уверен, ему хватит ума не попадаться снова.

— Не сомневаюсь, — сухо кивнула Гермиона. — Но если у него не получится?

— Не переживай, присмотрим за крошкой Томми, — хлопнул ее по плечу второй. — Никуда он от нас не денется.

— Вы хоть понимаете, что говорите сейчас о будущем темном лорде? — нервно усмехнулся Драко. — Уверен, он убежден, что не нуждается ни в чьей помощи.

— Даже не сомневаюсь. И не забывай, раньше здесь не было Гарри с его феноменальной способностью спасать всех и каждого. И Реддл как-то выбрался из этой заварушки, — уже серьезнее ответил второй близнец.

— Не удивлюсь, если именно после этого приключения у него и поехала крыша, — добавил первый. — Приятного мало.

— А что если ее тогда и не было? — запинаясь проговорил Невилл.

— Что же, значит, мы изменили историю, — с притворной торжественностью объявил предыдущий оратор.

И так не блещущее радостью общее настроение стало совсем траурным.

— Может, вы объясните мне, что происходит? — очень тихо, но так, что ее услышал каждый, произнесла Вильгельмина.

Все замерли.