Играя по правилам (Playing by the Rules) (гет)

Вот и закончилась эта история. Всем спасибо за компанию! И до будущих встреч.

Искренне ваш, Greykot.

Домовики перенесли Гарри с Гермионой прямиком в Тайную комнату. И там их поджидало такое зрелище, что расхохотавшийся Гарри никак не мог остановиться: устроившийся между палаток в удобном кресле Сириус поджаривал на наколдованном в ямке синем огоньке зефирки.

— Эй, надо же мне было чем-то заняться, чтобы с ума не сойти! Я ведь за тебя переживал… во имя Мерлина, что с тобой стряслось?!

Тем временем эльфы наколдовали диван, и Гермиона усадила туда Гарри, уложив его голову себе на колени. Сириус тут же подошёл и поднял на диван Гаррины ноги, пытаясь устроить его поудобнее. Он уже открыл рот, собираясь попросить Добби принести магическую аптечку, которой они специально запаслись, когда малыш появился сам, прихватив искомое.

А дальше заставил крестника принять зелье, чтобы хотя бы попытаться успокоить дрожь. Да, Гарри по-прежнему изрядно трясло. Скривившись от противного вкуса, он таки ответил на вопрос Сириуса. Хотя и Гермиона явно ждала подробностей.

— Это длинная история. А если вкратце: меня похитили из лабиринта, мою кровь использовали в тёмном ритуале, чтобы вернуть тело этому мудаку Волдеморту, а он в качестве благодарности пытал меня Круцио. А пока я убивал Волдеморта, мой папа разобрался с Хвостом. Их тела я приволок в Хогвартс, так что, надеюсь, тебя скоро ждёт суд.

— К дьяволу суд! Я хочу немедленно услышать длинную версию.

— Сириус, как считаешь, это шок? — поинтересовалась Гермиона.

— Я в порядке.

— Чёрт, вот теперь я и впрямь волнуюсь!

Поглаживая руку, ласкавшую его щёку, Гарри попытался улыбнуться.

— Мама сказала, из-за меня ты ругаться начала. Кажется, она права. Это правда длинная история, поэтому хочу её рассказывать только один раз. Вот придёт Лунатик, тогда и расскажу всё. Обещаю.

Промыв рану на лбу, Гермиона начала её залечивать. А попутно кое-что заметила.

— Тебя что-то беспокоит? Хочешь поделиться?

Гермиона и Сириус стали обрабатывать остальные раны, и Гарри не выдержал:

— Я сделал то, чем совсем не горжусь. И мне кажется, вы меня возненавидите.

Девушка решила пока не отвлекаться от важного занятия, а вот Сириус ответил:

— И не мечтай! Если это действительно так плохо, приготовься, что тебя запрут или станут постоянно разыгрывать. Но ненавидеть? Никогда!

Закончив с раной на лбу («подарочек» кубка), Гермиона наклонилась и поцеловала любимого.

— Согласна с Сириусом — без запираний и розыгрышей, конечно. Если это и вправду кошмар, наверно, я бы что-нибудь придумала, но безо всякой ненависти. Поттер, я слишком много в тебя вложила. Вышел отличный парень, и кому-то его уступить? Кстати, твой шрам стал гораздо тоньше… и, похоже, ты теперь без очков видишь.

Решив не тянуть книззла за хвост, Гарри сразу же ринулся в омут головой:

— Я специально позволил Волдеморту ударить себя Авадой. Вот почему Дамблдор и Крауч в обморок упали — я был мёртв… но не умер. Рассчитывал, что семейная магия Поттеров позаботится о Петтигрю и Волдеморте, защитив тех, кто мне дорог.

Тем временем Сириусу в плане исцеления выпала задачка посложнее — разобраться с раной от кинжала. Вот он и трудился молча, для начала магией стянув края раны, а затем окончательно её закрыв. И только потом ответил крестнику:

— Знаешь, будь у меня шанс принять на себя Аваду, чтобы твои родители остались в живых, так бы и поступил. Жаль, конечно, что с тобой толком бы не познакомился и время не провёл, но всякий раз выбирал бы именно так.

Поскольку Гарри до сих пор использовал её колени в качестве подушки, Гермиона легко поцеловала его в лоб.

— Помнишь, как мы познакомились с Сириусом?

— Такое забудешь! Мы же думали, он меня убить хочет.

Улыбнувшись ему сверху, Гермиона тоже вспомнила эту ночь. Особенно когда летела на Клювокрыле, сидя у Гарри за спиной.

— Верно — мы считали, что Сириус хочет тебя убить. И что я сделала?

Кажется, в этих выразительных зелёных глазах мелькнуло понимание. Значит, он сообразил, на что она пыталась намекнуть.

— Ты заслонила меня собой, — прошептал Гарри.

— Вот именно. И если этот псих Сириус Блэк попытался бы тебе навредить, для начала пришлось бы ему переступить через меня. Надеюсь, ты меня за это не возненавидел?

— Да никогда! Я же люблю тебя!

Гермиона снова улыбнулась.

— Вот и примени к себе, дорогой.

Тут появилась Винки с горячим шоколадом. Ещё и новости принесла:

— Человек-волк просил передать, что придёт позже. Говорит, там много чего происходит, поэтому потом хочет рассказать сразу всё.

— Спасибо. Если вы с Добби присоединитесь, расскажу про третье испытание. Сириус, Лунатика просветишь позже.

Рассевшись у не погасшего костерка, четверо внимательно слушали Гарри, который так и не убрал голову с Гермиониных колен.

Итак, прибыл он на место похищения без сознания и уже раненый, поэтому оказался в ужасно невыгодном положении. Сириус бы с удовольствием послушал, как его крестник сразился с Петтигрю, но без палочки, без очков, да ещё и к надгробью привязанный… не тот случай. А уж когда узнал, что Гарри выдержал сразу три Круцио от самого Волдеморта, не выдержал, вскочил и теперь обнимал крестника ничуть не слабее перепуганной Гермионы.

— Знаешь, после этого мерзкого проклятья следует обязательно обратиться в Мунго. Я не знаю никого, кто после трёх Круцио хотя бы встать сумел, а если ещё и сам Волдеморт пытал… Чудо, что ты вообще выжил, и это я ещё про Аваду молчу!

— На самом деле, я еле на ногах держался, и тут он заявил, что мы сразимся на дуэли. Да даже если бы я никак не пострадал, это был один шанс из ста! Но Волдеморт даже этого шанса решил не давать. А когда начал угрожать точно так же расправиться со всеми, кто мне дорог, решение пришло само собой. Забрать его с собой — единственный вариант, чтобы спасти вас обоих. Вот я на него и пошёл.

Рассказывая о встрече с родителями, Гарри улыбался, а у Сириуса с Гермионой слёзы текли по щекам. Конечно, услышав про крестражи, оба пришли в ужас, особенно когда узнали, что один из них Гарри буквально носил в себе. Правда, услышав, как Джеймс поступил с Хвостом, Сириус умудрился рассмеяться сквозь слёзы.

— Если кто и заслуживал добраться до крысы раньше меня, так это Сохатый. С этим смирюсь. Я просто счастлив, что за своё предательство Питер наконец-то получил по заслугам!

— Когда моя душа вернулась на кладбище, я тоже не дал им ни шанса. Стоявших ко мне спиной трёх Пожирателей разрезал надвое. Волдеморт как раз приходил в себя, когда я ударил его несколькими пронзающими, а потом почти отрубил голову Секо, чтобы покончить с этим выродком раз и навсегда.

Прежде чем продолжать, Гарри пришлось глотнуть горячего шоколада.

— Одна ведьма всё-таки сбежала, поэтому оставаться там было опасно. Так что я отлевитировал Петтигрю поближе к его хозяину, наколдовал пару одеял, прикрыл эту парочку, сел сверху и притянул кубок. Так и очутился на подиуме для победителя.

Увидев, что любимый явно устал, Гермиона нежно погладила его по волосам и сама закончила рассказ. Услышав заявление Фаджа, Сириус моментально вспылил:

— Этот полоумный ублюдок! Эгоист хренов! Политик без капли политических навыков — только свою задницу спасать умеет! Конечно он хочет, чтобы всё стало как раньше. Кто ж ему теперь взятки-то предлагать станет в обмен на то, чтобы творить что угодно? Вот он и надеется, что богатые чистокровные вернут свою магию, снова получат доступ к своему золоту и будут опять набивать его карманы.

Глубоко вздохнув после этой тирады, он решился:

— Если мне предложат суд, скажу — пусть засунут его себе в задницы! Не желаю жить в стране, где нас четверых — включая Лунатика — всю жизнь будут в дерьмо макать. Так что когда вы покинете Британию, мы с вами. Кстати, а куда вы собрались?

Гарри по-прежнему трясло, поэтому нормально пожать плечами не вышло. Однако передать свои ощущения словами он сумел:

— Лишь бы подальше отсюда. Пока Гермиона со мной, мне всё равно. Всё равно нигде не был. Так что куда она — туда и я.

Неудивительно, что её поцелуй он заработал. И в объяснения пустилась тоже она:

— Всё зависело от реакции Министерства и Дамблдора. А после сегодняшнего заявления Фаджа моим родителям не стоит возвращаться в Британию. Иначе через них доберутся до меня, а через меня — до Гарри. Мы ведь не просто школу покидаем, а страну. Тем более, в последние пару лет мама и папа активно ищут варианты за границей. А из Хогвартса я ухожу, сдав СОВ, поэтому весь мир у наших ног. И если вы с профессором Люпиным составите нам компанию, будем только рады.

Немного посидели молча. Гермиона по-прежнему гладила Гарри по волосам, и вскоре он задремал. Улыбнувшись, Сириус прошептал:

— Ты ему просто идеально подходишь. Никто его не может так успокоить, чтобы он уснул после настолько тяжёлого дня. Он невероятно тебе доверяет!

В ответ Гермиона покачала головой — она придерживалась несколько иного мнения. Правда, говорила тоже шёпотом:

— Когда Министерство стёрло ему память, мы оба почувствовали, каково это — жить без Гарри. Это были худшие месяцы моей жизни! Гарри нужен мне как никто! Когда сегодня я решила, что он погиб, внутри у меня тоже что-то умерло. Так что быть с ним и помогать ему совсем несложно.

Кивнув, Сириус вернулся к зефиру, время от времени делясь с Гермионой. А пока Гарри спал, в Тайной комнате царила уютная тишина. И у обоих возникло ощущение вечера в кругу семьи.

* * *

Проснуться Гарри заставила боль. Правда, его уже поджидала пара флаконов с зельями. Пришлось Гермионе ему помогать, поскольку руки до сих пор слегка дрожали.

— Не хотели тебя будить ради зелий — сон помогает не хуже. А Винки принесла немного еды.

Заметив, что появился Ремус, Гарри тут же накинулся на него с расспросами:

— Ну что там случилось, когда мы ушли?

— Сириус и Гермина уже рассказали, что с тобой стряслось. Скажу одно: Джеймс бы тобой так гордился! Ты прекрасно справился! Знаешь, я давно уже считал Фаджа придурком, но, оказывается, был о нём слишком высокого мнения. Он просто полный идиот! Выяснилось, что сын Барти Крауча — осуждённый Пожиратель смерти, вроде бы давным-давно умерший в Азкабане — при помощи оборотного зелья целый год выдавал себя за Грозного Глаза. Наверняка именно он по приказу Волдеморта бросил пергамент с твоим именем в Кубок Огня, поскольку упал в обморок вместе со своим отцом и Дамблдором. К сожалению, точно мы никогда не узнаем — пока он лежал без сознания, Фадж устроил ему поцелуй дементора. И как только об этом узнала Амелия Боунс, немедленно подала в отставку.

— То есть, его даже не допросили?

— Нет. Фадж считает себя законом и даже заявил об этом с подиума. Только он понятия не имеет, что его ждёт.

Гарри чувствовал себя сбитым с толку. Тогда Ремус и указал на то, чего министр в своей слепоте не разглядел:

— Фадж считает — раз сказал, что это никакой не Волдеморт, значит, так и есть. Совсем с катушек съехал! Только вот палочку, которую ты передал Амелии Боунс, немедленно отправили Олливандеру. И тот сразу подтвердил, что когда-то продал её одиннадцатилетнему Тому Риддлу — будущему Волдеморту. Больше того — там хватало ведьм и колдунов, которые хорошо помнят его последний террор. Поэтому в этом вопросе гораздо больше народу верит тебе, а не министру… и это их здорово пугает.

Увидев улыбку Сириуса, Гарри решил, что им с Гермионой Ремус уже всё объяснил.

— Детёныш, сам подумай. Все считали Волдеморта мёртвым, и тут появляешься ты, утверждаешь, что он возродился, а ты снова его убил. Мало того — в качестве доказательства предъявляешь его тело и палочку. А потом заявляешь, что из-за идиотов вроде Фаджа покидаешь страну. Ну и кто их защитит, когда Волдеморт вернётся снова? Тебя-то под рукой не будет. Похоже, они готовы хоть голову Фаджа преподнести тебе на серебряном блюде — лишь бы ты остался.

Гарри эти рассуждения изрядно озадачили.

— Но почему? Все крестражи уничтожены — больше он не сможет вернуться!

— Мы это знаем, а вот они нет. А мы не станем распространяться. Они ведь даже не подозревали, что он вообще может вернуться!

Ремус согласно кивнул, хотя нашлись у него и плохие новости:

— Когда очнулся старший Крауч, его немедленно переправили в министерскую тюрьму. Дамблдор тоже очухался, хотя, говорят, пока очень слаб. Так вот, первым делом он приказал разыскать Гарри и доставить к нему в Министерство любой ценой. И в секрете это никак не сохранить, поэтому люди паникуют всё сильнее. Если уж сам Альбус Дамблдор считает, что отъезд Гарри Поттера из Британии обернётся катастрофой, ему будут более чем готовы поверить. Поэтому когда он послал за мной Минерву, для меня это стало сигналом, что пора звать Добби и отправляться сюда.

Пытаясь заставить себя хоть немного поесть, одновременно Гарри старался сообразить, почему Дамблдора настолько не устраивает его отъезд.

Конечно, у Гермионы времени было побольше, поэтому она не сомневалась, что уже знает ответ.

— Дамблдор знал о крестражах Волдеморта. Да и как иначе, если два года назад один из них ты бросил прямо ему на стол? Но теперь я уверена — про тот, который прятался в твоём шраме, он тоже знал. Поэтому убеждён — чтобы Волдеморта уничтожить окончательно, ты обязан умереть. Лично мне кажется, знал он об этом давным-давно, поэтому для меня он старый мерзкий ублюдок!

У Гарри и так-то аппетита особо не было, а эта новость отшибла его напрочь. И не успел он тарелку отодвинуть, как та исчезла.

— И что это значит для нас?

— Ничего. План не меняется: спокойно сидим здесь и пережидаем панику наверху. Домовики будут носить нам «Ежедневный пророк», вот и останется просто оценить, когда настанет пора действовать. Правда, перед полнолунием Лунатику понадобится безопасное место, но я считаю, на Гриммо заглядывать не стоит. Дамблдор ведь примерно представляет, где искать особняк моей семьи. И что Лунатик живёт по своему календарю — тоже знает.

Услышав это, по-прежнему измученный Гарри извинился и ушёл с Гермионой в их палатку.

* * *

Когда на следующее утро подростки заглянули в палатку к Сириусу и Ремусу, Добби вручил им свежий номер «Пророка». Ну что ж, Гарри предсказуемо изобразили врагом общества номер один — крадущим магию сумасшедшим убийцей.

— Ребята, мы этого ждали. Но если Фаджа вышвырнут из министров, на сколько хотите поспорить, что «Пророк» развернётся на сто восемьдесят градусов? И Гарри снова станет величайшим из великих? Мне пообещают справедливый суд, Гарри — орден Мерлина… да что угодно — лишь бы нас заполучить!

Возмущённый Гарри отбросил газету.

— Тогда опять всё как в старые добрые времена: герой я или злодей — зависит от дня недели. И что «Пророк» за всех подумает.

Гермиона промолчала, но это выражение лица ему хорошо знакомо. Любимая глубоко задумалась и спустя несколько минут заявит, что ей срочно нужно в библиотеку. Но поскольку сейчас не выйдет (хотя у них в палатке хватает книг), на сей раз обратилась к взрослым:

— А как вообще печатают «Ежедневный пророк» или «Ведьмин еженедельник»?

Переглянувшись, Бродяга и Лунатик дружно признались, что понятия не имеют. Вопрос, который заинтересовал Мародёров и Гарри, первым задал Ремус:

— А что?

— Ведьмы и колдуны верят всему, что читают, а Министерство активно этим пользуется. А мы здесь проведём как минимум несколько недель. Вот я и подумала: а что, если поработать над тем, чтобы у британских ведьм и колдунов появилось ещё что почитать… да такое, что действительно стоит прочесть?

— Хочешь издавать нашу собственную газету?

— Гарри, не говори глупостей. Где мы тут новости откопаем? «Сириус Блэк кладёт орехи в кашу» — вряд ли громкий заголовок.

Прежде чем продолжать, она улыбнулась Сириусу.

— Я тут подумала... можно ведь использовать наше самое сильное оружие — правду. И заодно прикинула, как её лучше подать читателю. Например, представляете правду о том самом Хэллоуине в виде брошюры, статьи или комикса? Хранителя меняют на Петтигрю, и он ведёт своего хозяина прямиком к Поттерам. Что происходит в доме. Потом появляется Хагрид и забирает тебя, причём по приказу Дамблдора. Сириус преследует Петтигрю и внезапно оказывается в Азкабане без суда и следствия. Дамблдор посреди ночи оставляет тебя на пороге маггловского дома. Как думаешь, многое из этого знают британские волшебники?

Сириус моментально обратился к Ремусу:

— Надо немедленно посвятить этих двоих в Мародёры — это чертовски потрясающая шутка! Да от одной только мысли, что его секреты будет обсуждать вся страна, старина Дамблдор штаны намочит!

— Я подумала примерно о пяти сотнях экземпляров, которые распространим на Косой аллее и в Хогсмиде. Пабы, кафе, магазины — чтобы люди брали и читали. Можно издать по книге за каждый Гаррин год в Хогвартсе. Вот тогда Дамблдор действительно перепугается. Один философский камень и эта комната чего стоят!

А пока остальные поздравляли Гермиону со столь блестящей идеей, появился Добби со специальным выпуском «Пророка».

Сразу привлекало внимание фото на первой полосе — корреспондент утверждал, что там запечатлели более двух тысяч ведьм и колдунов. И все они шли к Министерству, чтобы потребовать отставки Фаджа и немедленно снять ложные обвинения с Гарри Поттера.

— Д-а-а-а, впечатляет, — обратилась Гермиона к Мародёрам. — Как вы сказали, так и вышло. А если Фадж не уйдёт сам, сотрудники Министерства ещё и забастовкой пригрозили. У него просто не осталось выбора.

Перевернув страницу, она подтолкнула Гарри в бок.

— Здесь замечательное интервью с Седриком. Он говорит — ты знал, что на третьем испытании обязательно что-то случится. И Дамблдор и компания тоже об этом знали, только палец о палец не ударили. По крайней мере, хоть кто-то публично на твоей стороне.

А вот глянув на следующую страницу, девушка застыла. И явно не поверила своим глазам.

Остальные трое сразу обратили на это внимание, и Сириус «одолжил» газету.

— Вот это да! А ведь точно влетело ему в копеечку. Публичное извинение перед мисс Гермионой Грейнджер аж на полстраницы! Гарри, с чего это Крам такое удумал?

Тот теперь почти не дрожал, поэтому плечами пожал совершенно спокойно.

— Из-за него Гермиона пострадала. Я сказал, если он не извинится, выйдет против меня с палочкой в руке. Он тогда ответил — с удовольствием. Похоже, передумал. Вот если бы магическая Британия так отреагировала, когда я появился с мёртвым Волдемортом, мы бы здесь не прятались.

Гермиона быстро его поцеловала.

— Зато благодаря этим извинениям вся магическая Британия знает, что я ни в чём не виновата. Интересно, схватятся ли те, кто тогда присылал мне Громовещатели, за перо и пергамент, чтобы письменно извиниться? Думаю, теперь у людей будет ещё больше поводов нам верить.

Забрав газету у Сириуса, она собиралась ещё раз прочесть извинения, как вдруг у неё в голове словно лампочка вспыхнула.

— Слушайте, раз Виктор Крам заплатил, чтобы это напечатали, значит, и мы так сможем!

На такую наивность Сириус только головой покачал.

— «Пророк» ни за что не напечатает, чего мы хотим — сколько золота не насыпь.

Закатив глаза, как только может подросток в ответ на явную глупость взрослого, Гермиона пояснила, что совсем не это имела в виду:

— Я и не думаю, что в магической Британии такое можно напечатать за любое количества золота. А вот в маггловском мире — запросто, причём быстро. Даже специальная услуга есть, когда автор платит за издание собственной книги. А если кто-то в типографии потрудится её прочесть, просто подумает, что это фантастика.

Идея захватила всех.

— Есть чары, которые переводят письменный текст в печатный и даже переносят на бумагу. А Сириус когда-то неплохо рисовал — дополнительные рисунки на карте Мародёров его рук дело…

— Я уже давным-давно не делал ничего подобного…

— Да, знаем. Вряд ли в крыле строгого режима Азкабана выдают художественные принадлежности. Ну а чем нам здесь заняться? Студенты разъедутся по домам только через неделю, а прежде, чем хотя бы подумать шевелиться, нам придётся подождать минимум ещё пару. Вот и отвлечёмся. Раскрыть правду о прошлом, планируя будущее, неплохо нас всех займёт.

В палатке подростков оказалось достаточно чернил и пергамента, поэтому к работе над новым проектом приступили немедленно. Ремус вёл хронологию событий, которые охватит книга. Гарри рассказывал Гермионе, что испытал, сталкиваясь с дементором, и та записывала дословно. А надувшийся Сириус сидел в углу, и уже вскоре его окружали валявшиеся на полу скомканные клочки пергамента.

Они настолько увлеклись, что когда Винки заявила — пора обедать, все изрядно удивились. А сразу после еды Ремус выложил на стол свои записи. С небольшими изменениями их быстро согласовали. Ну а Гермиона, записывая за Гарри, сразу разбивала его рассказ на главы.

— Я тут подумала: если собираемся это публиковать, в форме романа будет читаться лучше. Не будем приукрашивать факты — просто подадим их под определённым углом.

Когда Гермиона прочла свои записи вслух, остальные смахнули слёзы. Сириус был полностью «за», однако у него нашлись ещё кое-какие соображения:

— Если хотим сделать из этого книгу, я считаю, всё должен писать один и тот же человек. И ты можешь расспросить не только Гарри, но и меня. И точно так же перенести мои слова на бумагу — возможно, вот с этим?

И он выложил на стол рисунок. Хагрид на летающем мотоцикле обернулся, чтобы кому-то помахать. И в этот момент у него из-за пазухи выглянула макушка ребёнка. А шрам в виде молнии на лбу гарантировал, что ребёнка мгновенно узнает любой британский маг.

Трепет в Гаррином голосе уловили все:

— Сириус, это просто замечательно!

— Знаешь, пока я это рисовал, заодно изгнал несколько демонов. Позволить Хагриду тебя забрать — худшее решение в моей жизни. По крайней мере, сменить Хранителя Джеймс, Лили и я решили вместе, а вот тут только моя вина.

— Да и мне стало легче, когда рассказал Гермионе про ту ночь. Раньше мне снился великан на летающем мотоцикле — наверно, именно поэтому мои родственники называли меня уродом. Слушайте, а ведь это может принести пользу каждому из нас. К тому времени, когда настанет пора уходить, так можно сбросить основную часть эмоционального груза и оставить его здесь. А попутно перенести всё на бумагу, и пусть весь мир читает.

Вот так всего за день решили, что этот проект не только позволит бороться со скукой, но и здорово поможет. А какое влияние окажет на магическую Британию, можно только догадываться.

* * *

Предсказание Сириуса касательно реакции Министерства оказалось пугающе точным. Новым министром стал отец Седрика и пообещал им Солнце, Луну и звёзды — лишь бы они появились и поддержали Министерство. Однако Мародёры дружно утверждали, что Амос Диггори — с потрохами человек Дамблдора. Следовательно, им по-прежнему даже думать не стоит менять планы или с кем-то связываться.

Удобный ритм работы нащупали быстро. Сириус по утрам рисовал, а вечером рассказывал Гермионе связанную с этим рисунком историю. Назавтра утром она приводила записи в порядок, а Сириус рисовал дальше.

Гарри накладывал чары, превращавшие записи в печатный текст, а затем копировал его на обычную маггловскую бумагу формата А4, которую добывал Добби. Ну а Ремус внимательно следил за хронологией событий, поскольку Сириус зачастую «скакал» во времени туда-сюда. Попутно Ремус и Гарри взялись за ещё один проект, и тот обещал неплохие дивиденды.

Дело в том, что они пытались добавить Тайную комнату на Карту Мародёров. И у Ремуса наконец-то получилось. И вот тут их поджидало удивительное открытие: оказывается, отсюда по всей школе расходится целая сеть секретных ходов, включая кабинет директора. Осторожно разведав этот маршрут под мантией-невидимкой, Гарри обнаружил, что, стоя в тоннеле, может видеть и слышать всё, что происходит в вотчине МакГонагалл. И даже вспомнил, что в этом углу стоит ростовое зеркало в позолоченной раме. Конечно, для них это очень полезно, но теперь в течение дня придётся следить за Картой.

* * *

Тем временем домовики приобрели несколько экземпляров справочника «Жёлтые страницы». И когда работа над книгой вышла на финишную прямую, Ремус время от времени ускользал из Хогвартса на целый день и обзванивал издательства и типографии, интересуясь, согласятся ли там за наличные напечатать книгу. В конце концов, остановились на небольшой фирме, которая за определённую сумму пообещала издать их труд вне очереди.

А чтобы вписаться в уже существующий рынок, решили «примазаться» к давно уже известной серии о жизни и приключениях Гарри Поттера. В том числе поэтому книгу назвали «Гарри ненавидит Хэллоуин». Для обложки Сириус нарисовал резную тыкву, напоминавшую Гаррину голову в комплекте со знаменитым шрамом.

Как только текст был готов, в тот же вечер Мародёры собирались покинуть Тайную комнату. Завтра Ремус и его собака передадут материал в типографию, а потом отправятся в безопасное место, где Лунатик проведёт полнолуние. И если всё пройдёт как задумано, вернутся они спустя три дня. Тем временем домовики будут доставлять уже напечатанные книги, заодно давая понять Гарри и Гермионе, что всё идёт по плану.

* * *

Недовольный — именно так Минерва могла описать Альбуса, когда он вышел из камина в своём бывшем кабинете.

— Я-то думал, сейчас у тебя есть дела поважнее. Например, готовить Хогвартс к первому сентября. Вот у меня точно есть дела поважнее, чем отвечать на твой вызов, словно одиннадцатилетний волшебник, которому назначили отработку.

Директриса молча протянула книгу.

— То есть, они выпустили ещё одну из этих ужасных историй? Да ещё когда вся страна ищёт Гарри? Остаётся только восхищаться их деловой хваткой.

Закатив глаза на такое поведение своего бывшего босса, Минерва открыла форзац и указала на очевидное.

Рассказано Сириусом Блэком и Гарри Поттером

Записано с их разрешения Гермионой Грейнджер

Иллюстрации Сириуса Блэка

Альбус тут же схватил книгу и начал быстро листать. А поскольку прекрасно знаком с описанными событиями, чтобы следить за повествованием, оказалось достаточно одних иллюстраций.

Разрушенный дом Поттеров большинство британских магов узнают моментально. Однако тот оказался лишь фоном для пробиравшегося через обломки существа. Читатель видел крадущуюся крысу с палочкой Волдеморта в зубах. А рисунок, на котором Хагрид увозил Гарри на мотоцикле Блэка, можно считать едва ли не произведением искусства. Честно говоря, эмоции ощущались в каждом росчерке пера. А дальше иллюстрация за иллюстрацией раскрывали то, о чём Дамблдор все эти годы предпочитал молчать. А при участии мисс Грейнджер можно даже не сомневаться, что в тексте эти моменты освещены гораздо подробнее.

Однако один рисунок сразил Дамблдора наповал — на нём он оставлял спящего Гарри на пороге у Дурслей с письмом на одеяле. Как будто художник умудрился заглянуть в его разум и показал читателю, что именно скрывается за этими мерцающими глазами. И это далеко не образ заботливого дедушки, который Альбус поддерживал долгие годы. Нет, это коварный и опасный Дамблдор, которому даже карманные деньги нельзя доверить, и уж тем более — детей или правительство.

— Откуда ты это взяла? А удалось выяснить, правда ли это написали те, чьи имена на обложке?

— Обнаружила у себя на столе сегодня утром. Внутри ещё и дарственная надпись для меня. И если тебя интересует моё мнение, категорически заявляю: это на сто процентов написали именно эти люди!

Взглянув на дарственную надпись, Альбусу пришлось согласиться.

Минерве МакГонагалл

Спасибо, что наконец-то сделали то, что правильно, а не то, что легко — или что Дамблдор приказал!

Гарри и Гермиона

И пока Дамблдор потрясённо таращился на книгу, Минерва выпустила коготки:

— Если бы ты не приказал Хагриду забрать Гарри, ничего бы этого не случилось. Сириус бы забрал своего крестника, вырастил и воспитал, а Петтигрю ловило бы Министерство. Зная тебя достаточно давно, я прекрасно понимаю: что бы ты ни делал, на это всегда есть причина. Просто остальным Альбус Дамблдор эти причины не доверяет. Наше общество сейчас в полном раздрае, и всё началось той ночью. И я желаю знать — почему?

Альбуса настолько потрясли напечатанные разоблачения, что он снова прокололся:

— Появилось пророчество. Гарри и Волдеморту предсказали, что они будут сражаться до конца. «И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой…»

Собеседница моментально задала очевидный вопрос:

— Но поскольку недавно Гарри уничтожил Волдеморта, в чём проблема? Я-то думала, ты праздновать будешь.

Дамблдор выходил из себя очень редко. Зато теперь понятно, насколько он взвинчен.

— Волдеморт не уничтожен. Он создал настоящие мерзости, которые привязывают его к этому миру. И прежде чем с ним окончательно покончить, их следует уничтожить. А поскольку одна из них у Гарри Поттера в голове, возможно, теперь ты понимаешь, почему я так отчаянно стремлюсь его отыскать. Неужели не ясно? Чтобы Волдеморт исчез навсегда, Гарри Поттер должен умереть!

Однако Минерва поняла не только это. И вывод поразил её не меньше столкновения с «Ночным рыцарем».

— Даже если бы мог удалить этот шрам, не стал бы. Так ты сказал той ночью. Что ж, теперь я знаю, почему. Ты растил бедного ребёнка как ангца на заклание!

Только тут Альбус сообразил, что сказал слишком много. А ведь Минерва весьма вспыльчива, и это немедленно подтвердилось:

— Убирайся из моей школы! Здесь тебе больше не рады! Того, кто относится к ребёнку, как ты относился к бедному Гарри, к детям вообще нельзя подпускать!

— Мне очень жаль, — извинился Дамблдор, доставая палочку. Однако раздавшийся за спиной громкий голос заставил его замереть:

— Хогвартс, на директрису напали!

В мгновение ока кабинет оказался забит домовиками, и каждый горел желанием защищать своего директора от кого угодно.

Тем временем Сортировочная Шляпа продолжала:

— Альбус Дамблдор, ты неоднократно слишком близко подходил к черте, за которой поведение считается неподобающим для директора Хогвартса. И вот сегодня ты её преступил. Поэтому когда покинешь этот мир, не рассчитывай на свой портрет в этом кабинете.

Тот факт, что Альбус собирался угрожать ей палочкой, стал для Минервы последней каплей.

— Да, и когда покинешь этот мир, не забывай — тебя будут ждать Джеймс и Лили. Разве не потрясающее начало следующего большого приключения? А теперь убирайся из моей школы, пока тебя эльфы не вышвырнули!

Направлявшийся к камину сломленный Дамблдор обнаружил, что домовики следят буквально за каждым его движением. Поэтому ничего не оставалось, кроме как войти в зелёное пламя и вернуться в Министерство.

А четверо в секретном тоннеле, благодаря которому и стали свидетелями этой сцены, благодарили Судьбу, поскольку вовремя приняли меры предосторожности, бросив друг на друга заглушающие чары. И у них на глазах МакГонагалл села за свой стол в снова опустевшем кабинете и заплакала. Это и стало сигналом, что пора уходить.

* * *

К тому моменту, как они вернулись в свой нынешний «дом», Гарри находился в таком состоянии, что только объятия Гермионы помогли удержать его от безрассудных поступков. К счастью, его еще и отвлечь удалось.

Стол в их палатке увеличили, и теперь тот вытянулся от стены до стены в самой просторной комнате. И на нём громоздились стопки книг, которые следует доставить по назначению. А на каждой стопке лежала записка, чтобы домовики знали, куда доставить эти конкретные книги. Причём в дебатах по этому поводу участвовали все. Например, предложение Добби оставить несколько экземпляров в Гринготтсе тоже одобрили.

Экземпляр МакГонагалл стал своеобразным тестом. Все прекрасно понимали, что рано или поздно она позовёт Дамблдора — вот почему они ждали в секретном тоннеле. И когда у них на глазах Дамблдор таки раскрыл несколько своих секретов… в общем, несколько придя в себя, Гарри в знак благодарности горячо поцеловал Гермиону.

— Ты была абсолютно права! И реакция Дамблдора уже показала, какой идеальной местью станут эти книги. Думаю, эта сцена в директорском кабинете войдёт в предпоследнюю, уничтожающую главу нашей заключительной книги. А в последней главе мы объявим, что навсегда покидаем страну.

Прижавшись к нему покрепче, девушка согласилась:

— Вот теперь пора. Волдеморта ты уже победил, а теперь начнём уничтожать Дамблдора. Отправляй книги.

Конечно, Гарри попросил Добби и Винки. Правда, последняя сначала обеспечила всех чаем и бутербродами. Поэтому четвёрке магов только и оставалось наблюдать, как стопки книг постепенно исчезают со стола. Кстати, Гарри настоял, чтобы один экземпляр получил Седрик. В конце концов, его отец — новый министр магии, да и сына любит… поэтому мысль дружно признали здравой. Да и Министерство завалят книгами — оно вообще стояло в списке доставки под первым номером. И если домовики справятся там, в остальных местах никаких проблем не предвидится.

В результате книги появятся везде, где регулярно собираются ведьмы и колдуны. Даже рядом с «Флориш и Блоттс» оставят коробку с книгами и записку, что взять их можно совершенно бесплатно.

Когда со стола исчез последний экземпляр, всех удивил Ремус, достав бутылку уже охлаждённого шампанского.

— Мы все невероятно усердно трудились, а недавно ещё и убедились, насколько эффективной может стать наша работа. Поэтому предлагаю остаток дня отдохнуть и устроить небольшой праздник. График выпуска следующего тома уже составлен. И когда увидим реакцию общественности на первый том, тогда и решим, осуществим ли план покинуть Британию в день выхода второго.

И кто скажет, что они не справятся?

Первой бокал подняла Гермиона.

— За то, чтобы закончить следующий том!

Гарри подхватил:

— За то, чтобы покончить с манипуляциями!

Сириус решил не отставать:

— За то, чтобы выбраться из этой комнаты и страны!

Подытожил Ремус:

— За новую жизнь подальше отсюда!

Дружно зазвенели бокалы — у всех возникло ощущение, что за это действительно стоит выпить.